ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ты что, следишь за мной? – спросила девушка, доставая зажигалку.

– А может, это ты за мной следишь? – улыбнулся он. – Слушай, а правда, кто тебе в глаз дал?

– Что это вам всем мой глаз покоя не дает? В темноте на дверь наткнулась.

– Ну да! А дверь эта на кулак походила почему-то. Что я – по морде никого не бил? Кому ты лечишь?

– Отстань, а? – попросила она. – И вообще – тебе не пора к объекту?

– Нет. Сейчас не мое время.

– О, у вас прямо как у нас! – усмехнулась Алена. – Все по часам! Ладно, мне пора уколы делать, к твоему тоже зайду.

– Буду ждать с нетерпением!

Весь день глаза у нее слипались, она еле шевелила руками, то и дело путая инструменты и раздражая врачей своей медлительностью.

– Алимова, у тебя что – обе руки левые? – спросил удивленный заведующий, когда они возвращались из реанимации. – Что с тобой?

– Дежурство тяжелое было. В сорок шестой палате послеоперационный температуру дал почти сорок один, до пяти утра ничего сделать не могла.

– Ну, потерпи, скоро домой пойдешь, отоспишься.

Мечты, мечты…

«У меня дома отоспишься, как же! Свекровь искренне считает, что на моей работе уставать невозможно, поэтому придумывает все новые и новые дела по дому, которые нужно сделать именно в тот день, когда я вернусь с полторушки. И попробуй откажись – сразу начнется: какая я неблагодарная, какая ленивая, как ничем не хочу ей помочь, как нет от меня никакого толку… Короче, проще сжать зубы и сделать, чем выслушивать…»

Алена уже вышла из больничного двора, направляясь к остановке, когда рядом с ней остановился огромный серебристый джип. Стекло передней двери поползло вниз, и в окне появилась улыбающаяся физиономия Кочана:

– Садись, кукла, прокачу!

– Спасибо, я на автобусе.

– Садись, тебе говорят, Григорий Валерьевич велел тебя домой доставить.

– Не надо.

– Мне что, выйти и силой тебя запихнуть? – разозлился Кочан, открывая дверку. – Сказал, садись!

Ей ничего не оставалось делать, как подчиниться и сесть на заднее сиденье. Возможно, в другое время она разглядывала бы тачку во все глаза, но не сегодня – так устала, что не заметила, как задремала, едва успев назвать адрес. Очнулась оттого, что ее трясли за плечо.

– Эй, подруга, твоя остановка! Ну, ты здорова спать, еле добудился! – весело сказал Кочан. – Что же работаешь так много, аж на ходу спишь? Муж не обеспечивает?

– Не твое дело, – пробурчала Алена, вылезая из машины.

– Понятно. Надо правильных мужей выбирать, чтобы по ночам не в больничке мантулить, а дома в постели кувыркаться!

Это было сказано уже во второй раз за сутки!

– И где ты был всю мою жизнь со своими советами? – разозлилась она. – Спасибо, что довез.

– Да не за что, красавица! – захохотал Кочан, и джип сорвался с места, распугав стаю голубей, которых регулярно прикармливали старушки.

Войдя в квартиру, Алена без сил опустилась на пол в прихожей.

– Господи, как же все обрыдло! – пробормотала она вполголоса, понимая, что даже сил снять сапоги у нее не осталось.

Вадим вышел из кухни, уставился на жену:

– Ты чего на полу?

– Устала…

Он подошел, помог раздеться, довел до комнаты.

– Там мать хрусталь велела в стенке перемыть… да ладно, я сам, – сказал он, укрывая Алену одеялом. – Поспи.

«Сто процентов, ему деньги нужны, и потому решил задобрить меня… Денег у меня все равно нет, до получки осталось ровно сто рублей и две недели».

…Проснулась она от ора свекрови:

– Вадим, это не мужское дело! Драить посуду должна женщина! Где твоя жена?

– Мать, потише, – попросил Вадим. – Она устала, пусть поспит.

– Вадик, сынок, она только и делает, что устает и спит! И потом – что произошло у вас позавчера?

– Не лезь!

– Как я могу не лезть, когда все соседи шушукаются о том, что мой сын бьет жену?!

– Я ее не бью, а позавчера… Ты ж понимаешь – выпил немного, Аленка вспылила, слово за слово…

– Вадик, я тебя очень прошу, сынок, не трогай ее больше! Это не на нее, а на нас бросает тень, пойми! Ведь ты воспитанный мальчик, из приличной семьи! Ей вообще повезло, что она попала в наш дом, что мы с отцом терпим ее присутствие рядом с тобой. И брось сейчас же тряпку, пусть Алена встанет и доделает!

Хлопнула дверь спальни.

«Ясно – пошла рыдать и заламывать руки», – Алена поднялась и побрела в гостиную, молча отстранила Вадима от таза с мыльной водой и стала домывать хрустальные фужеры. Муж уселся в кресло, наблюдая за ней.

– Аленка, может, в кино рванем?

– Деньги появились? – поинтересовалась она.

– Ну, что ты опять? Все деньги, деньги… Одно бабло на уме! Скучно с тобой!

– Да? Зато с тобой очень весело! Посмотри на меня – у меня глаз фиолетовый, губа опухла… Вадим, я не могу так больше! А деньги – ты понятия не имеешь, как их заработать, зато хорошо знаешь, как потратить!

Алена со злостью швырнула тряпку в таз и пошла в комнату, упала там на диван и заплакала. Муж притащился следом, сел рядом, положил руку на спину.

– Слушай, ну, хватит уже! Что ты ревешь все время, как старая бабка, честное слово! – проговорил он с досадой. – У моих друзей жены как жены, веселые, погулять любят, тусовки всякие, а ты…

– Я?! А что я?! – закричала Алена, сев. – У жен твоих друзей мужья деньги зарабатывают, а я все сама, все сама, и ты еще погоняешь меня, свесив ножки! Мне некогда по тусовкам бегать, и сил нет, понятно?! На работе дурдом, домой идешь – ноги не несут, то же самое!

– А что тебе не нравится? – заорал Вадим в ответ. – Я не виноват, что этой стране не нужны инженеры-электронщики, а нужны торгаши и быки с квадратными мордами! Я не для того пять лет учился, чтобы на рынке трусами торговать! А ты, милая, сначала институт закончи, потом меня жить учи!

– Я закончила бы его давно, да тебе жрать нечего будет, если я работу брошу! Я из-за тебя не могу никак последний курс отучиться, потому что не хочу матери твоей на шею сесть, понял? И не тычь мне своим высшим образованием, все равно от него толку никакого!

Он ударил ее по щеке и вышел, шарахнув дверью. Вот так всегда – стоило заговорить с ним о работе, как он тут же строил из себя непонятого гения и отвешивал Алене оплеухи, якобы в сердцах.

Ночевать он не пришел, Алена не очень расстроилась, а Регина пилила ее все утро деревянной пилой. Наконец Аленино терпение лопнуло, и она заорала:

– Я что, всю ночь должна была по городу за ним бегать? Не месяц май, между прочим, мороз под тридцать! Никуда сынок ваш не делся, лежит себе у Димки на диване, пивом голову лечит!

– Да, ребенок от такой жизни пить начал! – прослезилась свекровь. – А все ты, вечно чем-то недовольна, все тебе не так! Живешь, как у Христа за пазухой, на всем готовом, другая бы радовалась!

– На всем готовом?! Да кто ж это готовое готовит, кроме меня-то?! Я ж вам даже зарплату почти всю отдаю, Регина Аркадьевна! – Алена даже задохнулась от такой несправедливости.

Дневник.

«Дом все три года на мне, я пашу, как ломовая лошадь, стараясь угодить всем, и вечно мною недовольны. И при этом я еще дежурю по три полторушки в неделю, нарушая все мыслимые и немыслимые нормы. Хорошо еще, что старшая медсестра понимает мою проблему, раскидывает в графике эти лишние смены по девчонкам, а они потом отдают мне деньги. Не жизнь – сказка просто!»

Нервы сдали окончательно, Алена вскочила из-за стола и, кое-как одевшись, выбежала на улицу. Ее душили слезы, она ничего не могла с ними поделать, они катились из глаз помимо воли. Хорошо еще, что не успела накраситься…

Юркнув из персоналки в перевязочный, она опять надела хирургическую маску и стала накрываться.

В палате у модного больного Алена оказалась около часа дня. Ей обрадовались, как родной:

– Аленушка, добрый день! – Грачев приветливо улыбался. – Я уж думал, что ты меня забыла!

4
{"b":"121179","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Двойная фамилия
Академия надежды
Конец конца Земли
Владычица озера
Мама устала. Как перестать «все успевать» и сделать самое главное
Несемейное счастье
Вязание из шнура. Простые и стильные проекты для вязания крючком
Рунный маг
Карты смысла. Архитектура верования