ЛитМир - Электронная Библиотека

— Все в рубцах, шрамах и каких-то швах. Искореженное, как будто какой-то злобный великан сдавил его своими лапищами. У этого создания не было ни ушей, ни носа, а рот закрывало что-то вроде маски. Кожа пепельно-серая, как у мертвеца, а глаза, зеленые-зеленые, высоко — почти что на лбу. И волос на голове нет.

Эвра поежился. Я и сам содрогнулся, представив себе эту картину.

— Что с ним случилось? — спросил я. — Он умер?

— Не знаю, — сказал Эвра. — Прибежали его братья — мне всегда казалось, будто они все братья, хотя это, наверное, не так, — и унесли его прочь.

— Ты его больше не видел?

— Они все похожи друг на друга, — сказал Эвра. — Некоторые чуть повыше или пониже остальных, но отличить их практически невозможно. Поверь мне, я пытался.

Как странно… Меня раздирало любопытство: кто такие этот мистер Карлиус и его Малый Народец? Я всегда любил тайны. А вдруг мне удастся разгадать эту тайну? Может, с помощью своих новых способностей я сумею поговорить с одним из существ в капюшонах.

— Откуда пришел этот Малый Народец? — спросил я.

— Никто не знает, — ответил Эвра. — Обычно в цирке работают четверо, а то и шестеро таких созданий. Иногда приходят еще несколько. Иногда мистер Карлиус приводит новых. Удивительно, что никого из них здесь не было, когда ты у нас появился.

— Как ты думаешь, это как-то связано со мной и мистером Джутингом? — спросил я.

— Сомневаюсь, — сказал Эвра. — Наверное, это просто совпадение. Или так должно было случиться. — Он на секунду замолчал, а потом добавил:

— Кстати, вот еще что: мистера Карлиуса зовут Рональд.

— И что?

— Он просит называть его Ро.

— Ну? — не понял я.

— А теперь добавь к его имени первую букву его фамилии.

Я задумался. Мистер Ро Карлиус. Мистер Ро К. Мистер…

— Мистер Рок, — прошептал я, и Эвра серьезно кивнул.

Мне стало страшно интересно, и я задал Эвре еще кучу вопросов, но он толком ничего не смог ответить. Он почти ничего не знал о мистере Карлиусе, так же как и о Малом Народце. Они едят мясо. От них странно пахнет. Передвигаются они очень медленно. Они либо не чувствуют боли, либо умеют сдерживаться. А еще у них нет чувства юмора.

— Откуда ты знаешь? — спросил я.

— Гибкий Брэдли, — загадочно ответил Эвра. — Он работал у нас в цирке. Кости у него были как из резины, он умел растягивать руки и ноги. Неприятный был человек. Любил зло пошутить над нами, а потом смеялся противным смехом. Он умел не просто выставить тебя идиотом, а сделать так, что ты и сам начинал чувствовать себя идиотом. Как-то раз мы давали представление в арабском дворце. Лично для шейха. Шейху понравились все актеры, но больше всех — Гибкий Брэдли. Они разговорились, и Брэдли сообщил шейху, что не может носить драгоценностей — они либо спадают, либо трескаются из-за того, что его руки и ноги становятся то толще, то тоньше. Шейх вышел на несколько минут, а потом вернулся с маленьким золотым браслетом. Он отдал его Брэдли и велел надеть на руку. Брэдли послушался. Тогда шейх попросил его стряхнуть с руки браслет. И вот Брэдли стал вытягивать руку, как мог, а потом укорачивать ее, но браслет не соскальзывал с руки. Шейх сказал, что он волшебный и снять его можно только тогда, когда его обладатель сам этого захочет. Браслет был очень дорогой, бесценный, но шейх все-таки подарил его Брэдли в знак величайшего почтения. Так вот, сейчас расскажу, при чем тут Малый Народец. Брэдли любил издеваться над этими созданиями в синих плащах. И всякий раз придумывал что-нибудь новенькое. Устраивал им ловушки, попав в которые они повисали в воздухе вниз головой. Поджигал им плащи. Смазывал веревки, с которыми они работали, мылом, чтобы у них скользили руки, или клеем, чтобы они приклеились к этим веревкам. Подбрасывал кнопки в еду, подпиливал колышки, чтобы их палатка рухнула, запирал их в каком-нибудь фургоне…

— А почему он был такой злой? — не удержался я.

— Думаю, потому, что эти существа никак не реагировали на его издевательства, — ответил Эвра. — Ему нравилось доставлять людям неприятности, а Малый Народец никогда не плачет, не кричит, не пытается дать сдачи. Они вообще не замечали, как он над ними глумился. По крайней мере, так всем казалось…

Эвра издал странный звук, похожий на смех и на стон одновременно.

— Однажды утром Брэдли исчез. Как сквозь землю провалился. Мы поискали его, но так и не нашли, а когда пришло время уезжать, мы собрались и уехали. Никто особенно не беспокоился: многие артисты уходят из цирка и приходят в него, когда им заблагорассудится. Не в первый раз артист сбежал посреди ночи. Прошла неделя, я и думать забыл о Брэдли. В лагере появился мистер Карлиус и забрал у нас двух своих подопечных. Когда он ушел, мистер Длинноут попросил меня помочь оставшимся у нас двум созданиям в синих плащах. Я убрал у них в палатке и вокруг нее, скатал гамаки — они спят в гамаках. Свой гамак я взял именно у них, я тебе об этом еще не говорил?

Нет, об этом он еще не говорил, но я не хотел сбивать его с мысли, поэтому промолчал.

— Потом, — продолжал Эвра, — я решил почистить их котел. Он был большой и черный. Стоял посреди костра в центре палатки. Наверное, когда они готовили, вся палатка была в дыму. Котел был покрыт слоем жира. Я выволок его наружу и вытряхнул на траву остатки их последней трапезы — кусочки мяса и кости. Почистив котел, я снова занес его в палатку. А потом решил собрать объедки и отдать их Человеку-Волку. «Ничего не должно пропадать», — говорит мистер Длинноут. Подбирая мясо и кости, я заметил, что в траве что-то блестит.

Эвра отвернулся от меня и принялся рыться в своей сумке под гамаком. Когда он повернулся ко мне, в руках его был маленький золотой браслет. Он позволил мне полюбоваться им, а потом надел себе на руку. Затряс ею изо всех сил, но браслет с места не сдвинулся.

Перестав трясти рукой, Эвра снял браслет и бросил его мне. Я поймал его и внимательно рассмотрел, однако надевать не стал.

— Это тот браслет, который шейх подарил Гибкому Брэдли? — спросил я.

— Он самый, — ответил Эвра.

Я отдал его Эвре.

— Может быть, он сделал что-то особенно гадкое, — продолжил Эвра, крутя в руках браслет. — А может, они просто устали от его постоянных издевательств. Не знаю. Но с тех пор я стараюсь быть очень вежливым с этими странными существами в синих плащах с капюшонами.

— А что ты сделал с остатками… ну, с остатками мяса? — спросил я. — Закопал?

— Нет, конечно, — сказал Эвра. — Отдал Человеку-Волку, как и собирался.

Потом, заметив мой взгляд, полный ужаса, Эвра добавил:

— «Ничего не должно пропадать», помнишь?

Я молча посмотрел на него и вдруг засмеялся. Эвра тоже захихикал. Через минуту мы уже катались по полу от смеха, обняв друг друга.

— Нельзя смеяться, — простонал я. — Бедный Брэдли. Нам надо плакать.

— Я не могу смеяться и плакать одновременно, — ответил Эвра.

— Интересно, какой он был на вкус?

— Не знаю, — сказал Эвра. — Наверное, как резина.

И мы снова захохотали. Слезы катились у нас по щекам. Конечно, над этим не стоило смеяться, но мы ничего не могли с собой поделать.

Внезапно полог приподнялся, и в палатку вошел Ганс Золотые Руки.

— Над чем смеетесь? — спросил он, но мы не могли ему ответить.

Я попытался было объяснить, но всякий раз, когда я начинал говорить, меня снова разбирал смех.

Ганс покачал головой. Подождав, пока мы угомонимся, он сообщил, зачем пришел к нам.

— Мне велели вам кое-что передать, — сказал он. — Мистер Длинноут хочет вас видеть у себя в фургоне. Срочно.

— А что случилось, Ганс? — спросил Эвра, не переставая посмеиваться. — Зачем мы ему понадобились?

— Ему вы не нужны, — сказал Ганс. — Но с ним мистер Карлиус. Вот ему-то вы и понадобились.

Мы тут же перестали смеяться. Не проронив больше ни слова, Ганс вышел из палатки.

— Мистер Ка-ка-карлиус хочет нас видеть, — с ужасом выдавил Эвра.

— Я слышал. Как думаешь, что ему от нас надо?

13
{"b":"121197","o":1}