ЛитМир - Электронная Библиотека

Об аресте генерала Лютого в газете не было ни слова. Этот факт намеренно замалчивался, зато красочно живописалось о жестокости и нетерпимости скинхедов, которые убили ни за что ни про что несчастного Валиева-оглы, оставив без папы множество детей. Под эту гребенку клуб будущих десантников закрыли и арестовали около четверти его членов.

— Правильно, — одобрил Бобров, — не фиг тут.

После этого губернатор решил наконец прочитать и про себя, великого. В этот момент дверь в кабинет с треском распахнулась и рыдающая в истерике Смирнова бросилась на колени прямо к столу губернатора, не заботясь даже о том, что новые ее колготки затрещали и порвались на коленях.

—  Не виноватая я-а-а-а!!! — завопила она. — Это не я написала-а-а-а!

—  В чём дело? — не понял Бобров. — Что такое?

—  Иван Петрович, вы ещё не читали передовицу в сегодняшней газете? — всхлипывая, завыла Смирнова.

—  Нет ещё, не читал, — ответил Боб ров. — А что такое?

В это время в кабинет со скоростью, неприемлемой для почтенных лет седовласого старца, буквально влетел еще и Христофор Ульянович Илов. Он задыхался то ли от быстрой ходьбы, то ли от гнева. Увидев стоящую на коленях Смирнову, он занес свою коротенькую ручку и с силой ударил ладонью пресс-секретаря по затылку. Смирнова взвизгнула, стремительно рухнула носом на ковер, юбка ее задралась, оголились небесно-голубого цвета панталончики под колготками.

— Что происходит? — заорал Бобров. — Закройте немедленно дверь!!!

Секретарша, с любопытством заглянувшая в кабинет, отпрянула и плотно захлопнула дверь. Смирнова начала отползать от разгневанного мэра, шепча слова оправдания, но Илов ее не слушал, его просто колотило от злости. Он занес ногу для того, чтобы пнуть Смирнову прямо по голубым трусам.

— Прекратить! — приказал Бобров. — Оставь её, Илов! Ты что, совсем рехнулся на старости лет?!

— Она нас сдала, сучка. — Старик вовсе потерял самообладание, Бобров никогда от него не слышал даже грубого слова. — Всех заложила!

С этими словами он выхватил из кармана пачку газет и метнул их в Смирнову. Та закрылась обеими руками и громко зарыдала, причитая:

—Не я это, не я! Меня подставили!

—Да объяснит мне кто-нибудь, в чём дело? — прогремел Бобров.

—Я объясню, — как всегда спокойно, сказал, заходя в кабинет, Рябиновский. — Кто-то с помощью госпожи Смирновой весь компромат, который мы тщательно скрывали, выплеснул на страницы областных газет. Пока то, что напечатано на бумаге, — это ерунда. Но ведь тот, кто все это протолкнул в прессу, основывался на реальных документах. А вот если эти самые документы попадут в руки… гм… как бы это сказать… То вам, господа, не поздоровится.

—Нам не поздоровится, — поправил доктора наук Илов.

—Нет, Христофор Ульянович, не поздоровится вам, — утвердительно повторил Рябиновский, — ни под одним из указанных в статье документов моей подписи нет!

Бобров схватил газету со стола и быстро пробежал глазами статью. Все, что было скрыто за семью печатями, вышло наружу. Теперь каждый школьник знает, что он, губернатор, вор и проходимец. Под статьей красовалась подпись: «Смирнова».

—Ах ты, блядское отродье! — рассвирепел Бобров. — Я тобой жопу вытру!

—Тихо, тихо, губернатор, — постарался успокоить гнев Боброва Рябиновский, — Наташа не виновата. Это происки наших врагов. Мы еще можем все исправить. Надо срочно по всем каналам и во все газеты дать опровержение. Расписать, что это наши недруги, чтобы нарушить стабильность в регионе, подтасовывают лживые факты, порочащие самых честных представителей власти. Вставайте, Наталья Семеновна, нужно дальше работать. Спасать ситуацию. Испуганная донельзя Смирнова отползла к стенке и с трудом поднялась на ноги.

—Ты думаешь, это поможет? — спросил Бобров. — Ведь по фактам, изложенным в газете, начнется проверка. А если, не дай бог, ксерокопии документов, о которых тут говорится, попадут в руки соответствующих органов в столице, то нам лучше упаковывать чемоданы.

—Нужно срочно заметать следы, — сказал Рябиновский, — а вам, Иван Петрович, я посоветую срочно отбыть пока в служебную командировку за рубеж. Например, в Швейцарию. Пока все не уляжется.

—А мне что делать? — спросил Илов. — Ведь меня тоже обложили.

—Тебе… — только успел сказать Рябиновский, как вдруг в кабинет губернатора без стука влетел прокурор Власов и, увидев Илова, как тигр, бросился к нему.

Никто из присутствующих не успел осознать, что происходит, как Власов поставленным ударом в челюсть сокрушил мэра города, и тот рухнул на пол. Прокурор, не теряя времени, бросился сверху и стал головой старика колотить об пол, отчего вставная челюсть Илова выскочила наружу и, сделав сальто-мортале, упала на ковёр.

—Да вы что сегодня, с ума посходили? — заорал Бобров. — Немедленно прекратить!

Но Власов и не думал прекращать. Он стал душить мэра. Рябиновский не спешил вмешиваться, и тогда Бобров сам кинулся на помощь старику. Зная, что прокурор в гневе страшен, судьбу он искушать не стал: по пути схватил со стола хрустальный кубок и нанес им удар по макушке прокурору. Тот закатил глаза и завалился на бок. Кубок разбился вдребезги. Мэр едва дышал. Рябиновский и Бобров подняли его и уложили на ряд выстроившихся у стены стульев.

— Что сегодня, вспышка на солнце? — спросил у Рябиновского губернатор.

— Какой-то бред, — сам ничего не понимая, ответил доктор наук.

Тем временем прокурор пришел в себя, сел на ковре и, потирая ушибленную макушку, поведал:

— Он заказал, чтобы моего сына убили! Гад этот! Из-за твоей, Бобров, дочери!

— Слушай, ты мою дочь сюда не путай! — воскликнул Бобров. — Она тут ни при чём!

В это время зазвонил телефон. Блестящий красный телефон, стоящий отдельно. Все замерли. Бобров на полусогнутых подошел к нему и поднял трубку. Голос в телефоне был спокойным, обрывки фраз долетали до притихших «вершителей судеб», и с каждым словом губернатор все более бледнел и бледнел. Когда в телефоне послышались короткие гудки, Бобров опустился в кресло и пробормотал:

— У них там есть уже оригиналы документов.

Где «там», все поняли. Объяснять не приходилось. Стало ясно, что поздно писать опровержение.

—Все в России воруют, — тихонько пискнула Смирнова, — выкрутимся.

—Не про всех в газетах пишут! — ответил ей Рябиновский. — Ну что ж, дорогие друзья, мне, пожалуй, пора на работу в НИИ.

—А мы? — хором спросили оставшиеся.

Рябиновский пожал плечами и улыбнулся. Он медленно пошел к двери, открыл ее и исчез в проеме. Бобров знал, что ему делать. Он, ни слова никому не сказав, прошел мимо поверженного мэра, оглушенного прокурора и униженного пресс-секретаря и исчез вслед за Рябиновским.

—Надо бежать! — прохрипел Илов.

—Куда? — спросила Смирнова.

—За границу, — ответил Илов, — пока есть время.

—Ты сына моего убил, — грозно сказал Власов, преграждая мэру дорогу к выходу, — ты за это ответишь.

—Ты сумасшедший! — воскликнул Илов. — Зачем мне нужна смерть твоего сына?

—Чтобы женить своего Альберта на Насте Бобровой и захапать себе ее денежки! — обличительно завопил Власов.

—У меня самого денег не меньше, чем у Боброва! — заорал в ответ Илов. — Ты головой своей думай хоть иногда! Или у тебя приступ идиотизма? То мусульманского имама избиваешь, то генерала Лютого посадил ни за что ни про что! В городе из-за этого беспорядки!

—Ах, как ты о городе печешься, старый козёл! — в ответ грубо сказал Власов. — Ты этот город до нитки обобрал!

—А ты такой честный? — возмутился мэр. — Сколько подонков ты на волю выпустил за взятки, скольких расхитителей покрывал?

—И тебя в том числе! — добавил Власов.

—Из-за того, что ты два дня всю милицию за собой таскал, час назад на похоронах Фофана с товарищами произошла резня, — завопил Илов, — «синие» зэки порезали половину наших парней! Ты в этом виноват!

—Мне насрать на всех парней, кроме моего сына, которого ты убил! — завопил Власов, пытаясь догнать старика, который бегал от него вокруг огромного губернаторского стола.

39
{"b":"121251","o":1}