ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Противник предпринял несколько контратак, чтобы вернуть оставленные высоты, но сумел овладеть только высотой 165,4.

Таким образом, 8-я бригада морской пехоты заняла две важные в тактическом отношении высоты, истребив до 250 солдат и офицеров, захватила 3 орудия, 10 минометов, 20 пулеметов, 150 винтовок, 15 ящиков с боезапасом и много другой техники, оружия и снаряжения.[175]

Авиация главной базы из-за плохих метеорологических условий фактически боевых действий не вела. Она осуществляла только барраж над Севастополем и произвела несколько вылетов на разведку.

Командующий СОР генерал-майор И. Е. Петров отдал приказ № 04, которым начальником противовоздушной обороны Севастопольского оборонительного района назначался начальник отдела ПВО Приморской армии подполковник Н. К. Тарасов. Приказ требовал все части противовоздушной обороны, расположенные на территории СОР, подчинить начальнику ПВО оборонительного района.[176]

В этот день, день 24-й годовщины Великого Октября, группа коммунистов и комсомольцев 18-го батальона (командир капитан М. С. Черноусов) морской пехоты совершила героический подвиг, который навсегда останется в благодарной памяти советского народа. Батальон занимал важную высоту севернее д. Дуванкой. Утром при поддержке артиллерии бронепоезда «Железняков» (командир капитан Г. А. Саакян)[177] морские пехотинцы отразили две попытки противника наступать при поддержке танков вдоль долины р. Бельбек. В связи с возможностью обхода позиций вражескими танками было принято решение выставить на подходах к высоте группы боевого охранения. Одну из таких групп возглавил политрук Н. Д. Фильченков. В нее вошли комсомольцы — краснофлотцы Иван Красносельский, Даниил Одинцов, Юрий Паршин и Василий Цибулько.

Пятерка черноморцев вступила в единоборство первоначально с 7, а затем с 15 танками врага и не отступила.[178] В критические моменты некоторые из них со связками гранат бросались под вражеские танки. Вся пятерка моряков погибла. Ценой собственной жизни они преградили путь бронированным машинам. Всем им посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Обстановка к исходу дня складывалась для защитников города неблагоприятно. На участке 2-го Перекопского батальона и 3-го полка морской пехоты противник во второй половине дня перешел в наступление, нанося главный удар в направлении х. Мекензия и по долине Кара-Коба. Несмотря на значительные потери, врагу удалось овладеть х. Мекензия.[179] Дальнейшее продвижение немцев было остановлено моряками при огневой поддержке береговых батарей № 10, 19, 35 и 265-го корпусного артиллерийского полка. Заметим, что 305-мм башенная батарея № 35 (командир капитан А. Я. Лещенко, военком старший политрук А. М. Сунгурян), расположенная в районе мыса Фиолент, впервые вела огонь по врагу.

С потерей хутора создалась реальная угроза прорыва противника к Северной бухте и расчленения войск СОР на две группировки. Нужно было срочно вернуть хутор. Кроме того, группа немецких войск продвинулась на юг восточнее д. Шули и сосредоточилась в районе деревень Уппа, Узенбаш и Ай-Тодор. Необходимы были срочные меры, чтобы не допустить прорыва врага с востока и юго-востока. С этой целью боевым распоряжением № 0063 заместителя командующего СОР генерал-майора П. А. Моргунова командиру 2-го полка морской пехоты приказывалось уплотнить боевые порядки полка, стойко оборонять участок: х. Мукдесово — х. Сухая речка — высота 120,1 — Шули (искл.) — высота 126,9; не допустить продвижения частей противника по тракту со стороны Байдары и по лощинам из Уппа на Шули.[180]

Боевым распоряжением № 0065 заместителя командующего СОР генерал-майора П. А. Моргунова 7-й бригаде морской пехоты надлежало к 8.00 следующего дня сосредоточиться в районе безымянной высоты в 2 км западнее х. Мекензия, откуда во взаимодействии с 3-м полком морской пехоты перейти в наступление на х. Мекензия — Черкез-Кермен с задачей восстановить положение на участке 3-го полка морской пехоты, заняв рубеж: высота 200,3 — Черкез-Кермен.[181]

Занимали оборону на подступах к Севастополю выходящие соединения и части Приморской армии. 172-я стрелковая дивизия (командир полковник И. А. Ласкин) сосредоточилась в Балаклаве, а ее 514-й полк занимал оборону в районе д. Камары. 40-я и 42-я кавалерийские дивизии заняли оборону в районе Байдары — Мускомья, имея задачу прикрыть Байдарскую долину и дорогу Ялта — Севастополь.[182] Остальные войска продолжали выход к Севастополю.

Существенную помощь отходившей к Севастополю Приморской армии оказали соединения и части 51-й отдельной армии, и особенно 184-я стрелковая дивизия погранвойск (командир полковник В. А. Абрамов) и 48-я кавалерийская дивизия (командир генерал-майор Д. И. Аверкин), а также 421-я стрелковая дивизия (командир полковник С. Ф. Монахов) из Приморской армии (без 1330-го полка). По приказу командующего войсками Крыма они удерживали горные проходы с задачей не допустить противника в горы и далее к морю. Затем 421-я дивизия трое суток удерживала Алушту, отражая атаки превосходящих сил врага. Только 4 ноября, когда почти весь личный состав вышел из строя, немецко-фашистские войска овладели городом. К этому времени вынуждена была отойти из района Карасубазара на побережье в районе Куру-Узень, Алушта 48-я кавалерийская дивизия. Ее командир решил освободить Алушту и приморской дорогой прорваться в Севастополь. Однако ожесточенный бой, разгоревшийся 5 ноября, не принес успеха кавалеристам. Остатки дивизии отошли к д. Куру-Узень, откуда 14 ноября пробились к партизанам.

После упорных и кровопролитных боев 2–4 ноября в районе селений Розенталь и Фриденталь обессиленные части 184-й дивизии погранвойск начали отходить к побережью. Вскоре они вышли на верхнее плато горы Демержи — Яйла. Утром 6 ноября разведка донесла, что Алушта в руках немцев. Тогда командир дивизии решил скрытно пересечь шоссе Симферополь — Алушта и лесом пробраться к Ялте, а если и она занята — горами и лесом выйти к Севастополю. В первой колонне пробивался штаб дивизии с минометным дивизионом и остатками 262-го стрелкового полка майора Г. А. Рубцова. К 17 ноября около 1500 бойцов во главе с командиром дивизии пробились с боями в главную базу Черноморского флота. Здесь на базе остатков дивизии и батальона школы НКВД был сформирован полк НКВД.

В директиве Ставки № 1882 на имя командующего войсками Крыма Г. И. Левченко, копия — Ф. С. Октябрьскому и П. И. Батову (см. Приложение № 10), отмечалось, что с целью сковывания сил противника в Крыму и недопущения его на Кавказ через Таманский полуостров «главной задачей ЧФ считать активную оборону Севастополя и Керченского полуострова всеми силами; Севастополь не сдавать ни в коем случае и оборонять его всеми силами…».[183] Этой же директивой определялись задачи по использованию кораблей и авиации в обороне Севастополя и Керчи; командующим Севастопольским оборонительным районом был назначен командующий Черноморским флотом вице-адмирал Ф. С. Октябрьский с подчинением его командующему войсками Крыма. Директива предписывала начальнику штаба флота контр-адмиралу И. Д. Елисееву в качестве заместителя командующего флотом убыть на Кавказ (Туапсе), где сосредоточились основные силы флота, а командующему войсками Крыма вице-адмиралу Г. И. Левченко и его штабу — в Керчь, куда отошли соединения 51-й армии.

Командующий СОР, оставаясь одновременно командующим Черноморским флотом, имел возможность оперативно использовать в интересах обороны главной базы разнородные силы флота. Это имело огромное значение, если учесть, что Севастополь был блокирован с суши.

вернуться

175

Там же.

вернуться

176

ЦАМО. — Ф. 288, оп. 9396, д. 2, л. 5.

вернуться

177

Это был первый выход бронепоезда на огневую позицию. Построили его рабочие Морского завода, ст. Севастополь и личный состав бронепоезда. Паровоз и площадки были защищены толстой броней. За стальными плитами укрывались четыре 100-мм пушки, восемь минометов, полтора десятка пулеметов.

вернуться

178

РГА ВМФ. — Ф. 10, д. 3497, л. 41.

вернуться

179

Там же. — Ф. 1087, оп. 0017217, д. 32, л. 172.

вернуться

180

ЦАМО. — Ф. 288, оп. 9900, д. 11, л. 29.

вернуться

181

Там же, л. 37.

вернуться

182

Там же, д. 33, л. 67; д. 11, л. 46.

вернуться

183

Там же. — Ф. 407, оп. 9852, д. 1, л. 228–229.

16
{"b":"121312","o":1}