ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я не спрашиваю, что будет, если я не справлюсь, — тихо оказал Игорь. — Но Серега, если я… они все погибнут.

— Да, — кивнул генерал-губернатор. И спросил так же тихо: — Теперь ты понял, за что нам даются все наши привилегии? Ты за всех в ответе.

— Это точно, — согласился Игорь и встал снова — уже не вскочил, а встал и подтянулся: — Я готов. Полные права вплоть до преимущественного?

— Так точно. Слушай еще. Ты не имеешь права пустить их за Дальнюю… Ты ведь в Высоком Береге?

— Угу…

— Десятый эскадрон поручика Резникова не отвечает, — сказал генерал-губернатор, — скорее всего, уничтожен, как и отряд Крузе. Двенадцатый эскадрон и полурота егерей будут у тебя через… через пару часов. Всех, кого соберешь на месте — под ружье. Всех, независимо от того, кто они такие… Через восемь часов к тебе подойдут ополченцы фон Брахтера. Через десять — кто-никто из Прибойной губернии, но много не жди — приказа отдать не могу, кто сам успеет организоваться — прибудут. Вечером жди охрану с моей латифундии — тут я распоряжаться имею право… — Игорь кивал. — Держи Дальнюю. Через трое суток к тебе подойдет ополчение остальных губерний и регулярные войска, а я соберу людей здесь и ударю на Аллогун.

— Мне придется прикрывать и Пограничную, — определил Игорь, — аллогунские вабиска ударят в обход болот… Да, задачка!.. Вот, значит, чего добивались иррузайцы в союзе с нашими торгашами! — Игорь глубоко вздохнул и коротко выругался. — Мне даже тошно от того, какие… Ладно. Хорошо. Извините, господин генерал-губернатор. Больше не стоит тратить время. Только вот что. Не пускай сюда Светку. Сергей, пожалуйста.

— Она под арестом, — Довженко-Змай приблизился к экрану. — Игорь, ты…

— Ничего не надо, Сергей, — Игорь улыбнулся. — Делай, что должно — и будь что будет. Все сказано за нас. Нам остаётся только делать.

3.

Снаружи было полно народу. Люди стояли молча, большой толпой, все глядели в сторону вышедшего на ступеньки Игоря ("Рубака", стоявший там, как часовой, подвинулся). Со ступенек Игорь вдруг увидел лица Зигфрида и Степки в окружении еще десятка германцев, и спросил в этой тишине у него:

— Привет! Уже прибыли?

— Да нет, — отмахнулся Зигфрид. — Это мы были за Пограничной, ну и успели раньше остальных.

— Хорошо, — кивнул Игорь. Из толпы крикнули:

— Что происходит?!

— Да ничего особенного, — пожал Игорь плечами. — Просто война… — по толпе пробежал шумок, Игорь заметил, как все подобрались. — Через полчаса все мужчины старше тринадцати лет, желающие сражаться, собираются здесь. Виктор Викторович, — Игорь повел глазами в сторону отца Женьки, — я прошу у вас прощения за своё поведение… Садитесь на связь, соединяйтесь со всеми, с кем можете, вплоть до отдельных охотников. Называйте ваш поселок в качестве места сбора. Добираться с максимальной скоростью… Поручик? — повысил он голос, обращаясь к офицеру-ополченцу. — Формируйте ополчение.

— Есть! — тот козырнул.

— Кто отвечает за местную авиацию? — поинтересовался Игорь. Мужчина, стоявший в обнимку с Артемкой, вздернул подбородок:

— Я!.. — он явно хотел представиться, но Игорь поднял руку:

— Назначаетесь командиром авиаподдержки со всеми вытекающими правами и обязанностями.

— Есть!

— Что с моим мальчиком?! — крикнула какая-то женщина. "Мать Тольки," — услышал Игорь шепот Женьки и сухо ответил:

— Ваш сын погиб, сударыня, я сожалею… Жень, формируй объединенный пионерский отряд, — женщина закричала, но Игорь уже не обращал внимания. — Борька, Жень — Вислоусов, блин! Ко мне, быстро! Вечером, когда подойдет охрана латифундии генерал-губернатора — совет.

* * *

Ждать тяжело. Особенно если знаешь, что враг не ждет, а движется к тебе, и силы его, прямо скажем, чудовищны.

До совета оставалось около четверти часа — десять минут назад прибыли «вертушки» с людьми генерал-губернатора, которыми командовал его дядя бывший есаул регулярных казачьих войск Степан Змай. Игорь сидел за столом во временном штабе — спортзале школы — и ел суп, слушая обнадеживающий шум снаружи. Он был совершенно спокоен — как внешне, так и внутренне — и, если бы кто-то взглянул на юношу со стороны, то большого труда стоило бы даже предположить, что он собирается воевать.

Он больше не связывался со столицей — что может сказать генерал-губернатор? Сейчас Довженко-Змай, конечно, в бешенстве, да и этот инспектор (интересно — кто?), надо думать, ощущает всю нелепость и даже преступность положения. Но… dura lех — sed lex (1.) — на этом держится Империя. И иногда это оборачивается жуткой стороной. Только отступление от этого принципа обходится в конечном счете дороже. Есть вещи, которых нельзя допускать и в которых нельзя сомневаться. Они — основополагающая современной цивилизации, выстраданная временем и подтвержденная кровью и муками целого человечества.

1. Закон суров — но это закон (лат.)

Цель оправдывает средства. Все больше, чем один. Очень интересно делать невозможное. Стыдно бояться смерти. Нельзя мириться с победившим врагом. Пожалеть розгу — испортить ребенка. И еще десятки больших и малых, писанных и неписанных… в числе которых и такой — законы можно менять, но нельзя не исполнять.

Странно и, если вдуматься, смешно. Он, шестнадцатилетний юноша, только недавно обретший все права совершеннолетнего, сейчас фактически руководит Сумерлой. Веселое время вокруг, все-таки…

…- Игорь! — это орал Борька, его веселое и возбужденное лицо появилось в дверях. — Але? Тут к тебе старый знакомый!

— Гони, — отозвался Игорь. — В смысле — сюда гони.

— Ага, запускаю! — согласился Борька и. исчез, а вместо него вторгся Славка Ставров. Лоб молодого дворянина пересекала жирно залитая биоклеем рана, левая рука оказалась на перевязи, но жизнерадостности потомок новгородских ушкуйников не утратил — полез обниматься, потом перехватил у Игоря миску, уселся напротив, и, пожирая суп, смеясь и тыча Игоря миской в грудь, заговорил:

— Это вообще не честно! Только я нашел место — оч-чень. симпатичное, чем-то на Селигер похоже — как нагрянула невероятная орда каких-то вахлаков, и мне пришлось сниматься и драпать обратно — очень интересно все получилось!.. Слушай, сможешь разместить где-нигде баб и детвору? Со мной сотни три, я всех вывел… Да, еще вот что, — он отставил миску и положил здоровую руку Игорю на плечо. — Я тебе говорил: позови, и я приду? У меня потери, конечно… а все-таки полсотни охранников и сотня ополчения еще есть. Вот он, я, пришел. Ты, по-моему, тут что-то понимаешь, так командуй.

— Давай жри, — грубовато ответил Игорь, — у нас сейчас как раз совет…

…Кроме Игоря, есаула Змая и Ставрова на совете присутствовали командир Алых Драгун капитан Веребников, поручик Ольшина, который командовал ополченцами (и местными, и подошедшими с востока), херцог фон Брахтер, командир пионеров Женька Рубан и командир авиации Микульский.

— Взрывчатка готова? — начал совещание Игорь. Женька кивнул:

— Почти все десять тонн, школьная лаборатория работает вовсю. Я только не пойму, зачем тебе столько этого старья?

— Проследи, чтобы его погрузили в вертолеты, — вместо ответа приказал Игорь. Именно приказал, и Женька отсалютовал:

— Есть.

— Пора прекращать говорить, — проворчал есаул. Нагайка в его руке, словно живая, не замирала ни на секунду. — Надо перекрывать Дальнюю и Пограничную. Иначе они ударят по здешним поселкам и лагерям. И нам во фланг.

— Войска Аллогуна идут западным берегом болот, — подтвердил Микульский.

— Я предлагаю отправить на Пограничную отряд Ярослава Ярославовича, — сказал Веребников, кивнув Ставрову, — и половину ополченцев.

— Ничего этого не надо, — Игорь встал и гибко потянулся. Остался стоять, глядя на сидящих командиров. — Мы не будем обороняться на реках. Мы пойдем навстречу врагу и уничтожим его, а потом развернемся на восток и ударим во фланг аллогунцам, — молчание и непонимающие взгляды были ответом Игорю, и он обратился к Женьке: — Помнишь долину, где погиб Рютти? — Женька кивнул. — Тогда слушайте все… Карту!..

138
{"b":"121318","o":1}