ЛитМир - Электронная Библиотека

- Здравствуйте, Роза! - Ярослав рад ее видеть.

- Вы? - она делает удивленные глаза. - Где вы пропадаете? Почему не кажетесь? А мы подумали было, что вас волки съели на вашем глухом хуторе.

- Кто это "мы"? - Ярослав смотрит на девушку - она кажется ему гораздо интересней, чем тогда, в первую встречу под Новый год.

- Мы - это значит я, Алла Петровна и председатель.

- С Кузьмой Никитичем мы недавно виделись. Он что-то ничего не говорил насчет волков.

- Он-то да, а вот мы с Аллой по вас в самом деле соскучились.

Что-то дрогнуло, всколыхнулось в нем тревожное и приятное, имя это сладким замирающим эхом отозвалось в душе - Алла… соскучилась. Неужто правда? Да, они не встречались с той новогодней ночи. Он с благодарностью смотрит на неожиданного курьера доброй вести, а Роза, обойдя вокруг, уже рассматривает этюд, восторгаясь вслух:

- Ой, какое чудо! Первый раз вижу, как рисуют А вы художник, настоящий. Вы что кончали?

- Среднюю школу.

- И все?

- И все. Если не считать трех лет службы на пограничной заставе

- Значит, у вас талант. От бога.

Он не отвечает. Он немножко растерян. Не знает, что ему делать, как вести себя: продолжать писать этюд и разговаривать с девушкой? А она бойко:

- Что вы не спросите, как я живу?

- Еще не успел. Рассказывайте. А я, с вашего позволения, буду писать. Хорошо?

- О чем рассказывать? - она смотрит на него в упор хитрющими глазами.

- Как живете, например.

- А-а-а. Живу, как видите. Все так же - одиноко.

- Скучаете?

- Редко. Времени нет. А вы?

- Временами.

И опять неловкое молчание. Потом она:

- Что вы не спросите, далеко ли я путь держу?

Он уже настроил себя на полуиронический, шутливый тон:

- Не все сразу. Так далеко ли?

- К вам на хутор. Лично к вам.

- Польщен, хотя и не очень верю.

- Нет, правда, честное пионерское.

Ярослав неторопливо кладет мазки. Медленно, растягивая фразу, говорит, не отрывая взгляда от работы:

- Что ж, я рад, что вы меня не забыли. Поедемте, гостьей будете.

Она весело и добродушно рассмеялась, приговаривая:

- Теперь уже - нет. Я приглашаю вас к нам в клуб на праздничный вечер.

- По случаю?..

- Как? Вы забыли? А еще солдат… Ведь завтра День Советской Армии.

- Да, действительно, забыл, каюсь.

- Совсем одичали, Ярослав Андреевич, в своей берлоге.

"А что, она, пожалуй, права - одичал, - подумал Ярослав. - А вечер - это хорошо, надо пойти. Там, возможно, будет Алла". Спросил, все так же не поворачивая головы:

- Когда вечер?

Сегодня, в шесть начало. Артисты приезжают московские. Эстрадный ансамбль.

- Ого! - воскликнул Ярослав. - Что ж, спасибо. Приду.

Ярослав попытался было еще раз пригласить ее к себе в гости, а то, мол, как-то нескладно получается: шла и вернулась с полдороги. Но Роза, не сводя с него насмешливого взгляда, молча отрицательно качала головой.

- А то пойдемте, угощу вас грибами, мочеными яблоками.

Она продолжала качать головой, не сводя с него оценивающего, сложного взгляда, и взгляд этот смущал Ярослава. Наконец пообещала:

- Потом как-нибудь, в другой раз. Нагряну к вам внезапно… Так мы вас ждем. Смотрите, не опаздывайте.

Взмахнула палками и сразу всем своим крепким телом рванулась вперед по целине.

Поднявшееся солнце растопило иней, у берез был стыдливый вид, точно их раздели и они стояли теперь обнаженными, зябко ежась на морозе. Ярослав не спеша побрел домой. Он не то чтобы волновался, но испытывал тревожное любопытство перед новой встречей с Аллой.

За эти два месяца Роза несколько раз порывалась встретиться с Ярославом. Но случайно это не выходило, а идти к нему домой было неудобно. Как-то она предложила Алле: "Давай навестим нашего художника", но та, предчувствуя опасность встречи, отказалась.

Но вчера, узнав о концерте московских артистов в колхозном клубе, Алла сказала Розе: "А давай пригласим Серегина: он же солдат", - и смутилась.

Приезд в колхоз столичных артистов - всегда событие. В Словенях с нетерпением ждали воскресенья 22 февраля. Ждали этого вечера и в доме лесничего. Валентин Георгиевич месяцем раньше стал замечать, что на жену его "напала хандра", как он выразился, она стала рассеянной и раздражительной. Лесничий надеялся, что концерт развеет ее грусть-тоску.

Алла ждала концерта с волнением. Вечер был необычный для нее, и поэтому выглядеть ей хотелось необычно, одеться лучше всех. Алла решила надеть серый костюм джерси. Но такой же костюм был и у жены председателя колхоза.

После обеда Алла все-таки примерила костюм и, разглядывая себя в зеркало, вдруг обнаружила, что она сегодня как никогда плохо выглядит - лицо серое и глаза невыразительные, да к тому же волосы не уложены так, как хотелось бы. А это могли сделать только в районной парикмахерской. Все вместе так расстроило Аллу, что за час до начала вечера она ошарашила мужа:

- Ты иди один в клуб, я не пойду!

Валентин Георгиевич даже не поверил, принял за шутку.

- Это почему же?

- Так, я что-то неважно себя чувствую.

Ее расстроенный вид встревожил Погорельцева.

Алла поняла, что сейчас пойдут расспросы, советы, и добавила капризно:

- Да и надеть мне нечего…

- Как это нечего? Побойся бога - это у тебя-то нечего надеть. - Погорельцев принял ее слова за упрек, он считал, что у жены предостаточно нарядов. Он не мог понять, что это - плохое самочувствие жены или каприз. Сказал весело:

- И не выдумывай! Да ты всегда лучше всех одета.

Ярослав опоздал к началу концерта: он вошел в переполненный зал, когда куплетист - маленький, кругленький - уже сидел за пианино и под собственный аккомпанемент безголосо напевал. Пробираясь поближе к сцене и зорко вглядываясь в зрительный зал, Ярослав увидел Аллу: она сидела во втором ряду и шепталась с Розой. По другую руку сидел ее муж, устремив на сцену застывший, деревянный взгляд. Рядом с Розой свободный стул. Ярослав догадался - припасли для него.

Куплетиста сменила певица Лиля Субач - разбитная, мужеподобная девица, самоуверенная и властная. У нее был твердый сержантский шаг, крепкая рука, в которой она держала микрофон, и низкий, грубоватый голос. Она величалась исполнительницей русских народных песен. Зал замер в приятном ожидании: здесь любили народные песни, здесь их знали и умели петь.

Ярослав слушал рассеянно: Алла была здесь, почти рядом. Роза очень кстати сидела между ними, иначе Ярослав чувствовал бы себя неловко в присутствии Погорельцева. Алла была заметно оживлена.

Идя на концерт, Алла опасалась, что Ярослав покажется ей совсем не таким, как в две первые встречи.

Но Ярослав говорил мало, стеснительно, бросая на Аллу короткие взгляды, но от Аллы не могли ускользнуть ни нежность в его глазах, ни ласка в голосе. Именно в этом, и только в этом, хотела она сегодня убедиться и была довольна им, довольна собой, концертом и вообще всем вечером. Теперь она знала, что будет искать новых встреч с Ярославом, встреч, которые принесут ей много радостных, а может быть, и счастливых минут, часов, возможно, дней. Ей было уже безразлично, какой ценой придется платить за минуты счастья. Она хотела, чтоб об этом догадался Ярослав.

15
{"b":"121323","o":1}