ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Желание поцеловать ее вдруг стало непреодолимым…

– О нет, только не это!

Она попыталась увернуться от него, но это только усилило его желание. По ее приоткрывшимся губам он понял, что она это почувствовала.

– Я размажу тебя по пещере, Макрив. Он тут же скрутил ее руки за спину.

– Сомневаюсь, что в таком положении у тебя это получится.

Повернувшись на бок, он начал свободной рукой расстегивать ее рубашку.

– Что ты себе позво… – не договорив, Мари запнулась и тихо застонала, когда он твердым, коленом раздвинул ей ноги.

Прижавшись в поцелуе к ее ключице, он распахнул ее рубашку, откинув в сторону сначала одну половину, затем вторую. Но замешкался с передней застежкой ее прозрачного лифчика, потому что не имел опыта обращения с современными предметами женского туалета. И еще он не мог оторвать глаз от набухающих сосков, просвечивающих сквозь тонкую ткань.

Не выдержав, распорол застежку когтем, чтобы обнажить волнующуюся плоть. Ее прерывистое дыхание участилось.

Но едва он попытался к ней прикоснуться, как Мари снова оказала сопротивление, и ее грудь заколыхалась.

– Ах, красавица, ты кокетничаешь.

Мари замерла. Ее лицо и грудь залила краска. Пригнувшись к соску, он пробормотал: – Я слышал, что если дотронешься губами до соска ведьмы, она станет рабыней твоих рук.

– Я не ра… ох… – резко выгнула она спину, когда он лизнул ее.

Тогда он переместился к другому соску. Видя, что она не закрыла глаза, а зачарованно смотрит на него, застонал.

Бауэн сгорал от нетерпения сорвать с нее трусики, но заставил себя действовать медленно и нежно. Заметив пирсинг, провел по нему тыльной стороной пальцев. В ответ она вздрогнула.

– Я часто думал об этом последние недели. Как буду целовать тебя, ласкать языком.

Он знал, что его слова возбуждают ее, и чувствовал запах ее возбуждения.

– Я не хочу этого, – пробормотала она, слегка поеживаясь, с полузакрытыми глазами.

Он заскользил рукой по ее боку, и она послушно вытянулась.

– Ты можешь утверждать все, что угодно, но твое тело говорит мне об обратном.

– Ошибаешься.

– У меня не было секса почти два века, и три недели я не снимал напряжения. Когда в последний раз мастурбировал, то представлял под собой твое тело. Этого достаточно, чтобы свести мужчину с ума. А ты… тоже хочешь меня?

– Ты меня не заводишь.

– Лги о чем угодно, только не об этом. Не забывай, что я оборотень и чувствую твое возбуждение. И это сводит меня с ума. Могу проверить. Ты умираешь от желания получить удовлетворение.

– Может быть. Но не от тебя, Макрив. – Она тряхнула головой и прищурилась. – Только не от тебя. – Ее голос даже не дрогнул. – Слезь с меня, иди я закричу.

Очевидно, молодая ведьма обладала способностью отказаться от желания, испытываемого к врагу.

В этот момент он пожалел, что сам такого таланта не имеет.

Глава 21

Макрив провел рукой по своим губам. Он отодвинулся от нее и, прислонившись спиной к стене, сидел, согнув одну ногу в колене.

Мари тоже села, запахнув рубашку, и ждала, когда он заговорит.

– Я устал, Марикета. Чертовски устал. Я так настрадался и совсем не хочу, чтобы ты мучила меня.

– Я тебя мучаю тем, что не хочу с тобой спать?

– Могучая сила во мне кричит, что ты – моя. Скажи, это ты наколдовала, чтобы я так возжелал тебя?

Мари прикусила губу – она не знала.

– Ты, в самом деле, веришь в вероятность того, что я… предназначена для тебя? Но ведь у тебя уже была одна подруга.

– Возможны какие-то варианты, – отозвался он бесстрастно. – Я не стану злиться, если ты признаешься в своих фокусах. – И, увидев выражение недоверия на ее лице, исправился: – Вспылю, конечно, но быстро остыну. Я не злопамятный.

Когда она отвела взгляд, ничего не ответив, взорвался:

– Марикета, ты когда-нибудь испытывала чувство растерянности? Когда не понимаешь, куда идти, где верх, а где низ?

Ее поразила его внезапная смена настроения, но она поймала себя на том, что кивает.

– Я – нет, никогда. Я всегда четко знал, куда и зачем. Что черное, а что белое. Но теперь все по-другому.

– Например?

– Когда я пришел сюда, чтобы вернуть свою подругу, я день и ночь мечтал о тебе. – Он пристыжено отвел взгляд, и его профиль скрыла тень. – Боль от ран – это ничто по сравнению с чувством вины. – Он горько рассмеялся. – Постоянное чувство вины. Ты не можешь себе представить, что значит не чувствовать ничего другого, кроме укоров совести.

Он встал и принялся ходить.

– Это все равно, что знать, – говорил он будто самому себе, – что от тебя осталась только часть и прежним ты уже никогда не будешь. – Взъерошив рукой волосы, он остановился и посмотрел ей в глаза. – А с тобой все выглядит иначе, чувствуется иначе. И я… черт побери, хочу этого, Марикета. Чертовски сильно хочу.

Он подошел к ней и, подхватив под локти, поставил на ноги.

– Не возвращай меня к жизни, чтобы еще раз уничтожить, – сказал он тихо, глядя на нее сверху вниз.

Ее потрясла глубина боли и растерянности на его лице. Даже после всего случившегося она испытывала к нему сочувствие.

– Послушай, я расскажу тебе все, что знаю, – только правду, и ты сам решишь, что происходит. Выложу все перед тобой, потому что сама ничего не понимаю.

Он коротко кивнул и, отпустив ее руки, подвел к костру. Пригласил сесть на подстилку, будто она была его гостьей. Потом сам сел напротив, лицом к ней.

– О'кей, Макрив, могу поклясться Законом, что намеренно ничего не делала для того, чтобы убедить тебя, в том, будто я твоя суженая. Я еще ни разу никого не заколдовала. Мои подружки с первого класса уже могли влиять на своих учителей, а у меня этого никогда не получалось.

Увидев свет надежды в его глазах, она торопливо добавила:

– Но до гробницы я и даром пророчества не обладала. – Поймав его вопросительный взгляд, пояснила: – В каждом ковене ведьм есть представители всех пяти каст. Поэтому мы и держимся вместе, потому что могущественны только коллективной силой. Говорят, я наделена силами всех пяти каст – воительницы, волшебницы, прорицательницы, колдуньи и целительницы, но у меня никогда не получалось управлять хотя бы одной из них. А сегодня я каким-то образом узнала, что ты придешь. Так реализовала свою способность прорицательницы. Потом атаковала тебя и убила инкуби, проявив силу воительницы. А сейчас магией я вызвала в воде отражение.

– И еще излечила себя. А если заколдовала меня, то использовала все пять сил.

Когда она кивнула, его надежда поблекла.

– А в ночь Ассамблеи состязаний?

– В ту ночь я ничего не делала, – нахмурилась Мари.

– Если ничего не делала, то почему я не мог оторвать от тебя глаз? Там же поблизости отирался проклятый вампир, с которым я когда-то сражался, поэтому я изо всех сил старался следить за ним, лишь бы не таращиться на тебя.

Он скрестил руки на груди и понимающе кивнул.

– В ту ночь, когда мы целовались, – выпалила она, – я действительно хотела, чтобы ты возжелал меня так же страстно, как я тебя. Я хотела этого сознательно и даже испугалась, не заколдовываю ли тебя!

Но он, вместо того чтобы огорчиться, как будто обрадовался:

– Значит, ты тоже страстно меня хотела? Мари почувствовала, как вспыхнули ее щеки.

– Это было тогда, а не сейчас, Макрив. Кстати, если мне и доведется кого-то заколдовать, так это будешь ты. Потому что ты для моей силы как громоотвод.

– Выходит, что и я для тебя особенный. Может, я должен каким-то образом помочь тебе?

Пропустив его слова, мимо ушей, она продолжала:

– Может, я вовсе и не тебя хотела. В ту ночь, когда ты увидел меня без плаща, был причинен вред. Может, я просто воспользовалась ситуацией…

– Какой вред? И зачем ты носила плащ и чары гламура? «Все ему расскажи. Пусть сам разбирается».

– Мне предсказали, – пробормотала она со вздохом, – что один воин из Закона признает во мне свою пару…

27
{"b":"121365","o":1}