ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он умолк.

– Глядя на тебя, можно подумать, что наступает конец света. Это и в самом деле так опасно?

Вместо того чтобы возразить, он кивнул:

– Да, я теряю над собой контроль. Но наши силы не равные. В попытке овладеть тобой я могу разорвать тебя пополам.

Мари нервно сглотнула.

– Во что ты превращаешься, Макрив? Опиши.

– Оборотни называют это «выпустить зверя из клетки». Изменится мое лицо, став чем-то средним между волчьей мордой и лицом человека. Тело станет выше и массивнее. И многократно возрастет сила.

– Я видела клыки и когти.

– Они вырастут и заострятся. Во мне будет преобладать образ живущего внутри меня зверя. Это… невыносимо для тех, кто не относится к нашему роду.

– А что ты сделаешь со мной? Он отвел взгляд.

– Овладею тобой в грязи, как скотина, и отмечу твое тело клыками. Даже после того как укусы заживут, их следы сохранятся навсегда, и любой оборотень сможет увидеть, что ты принадлежишь другому. – Он провел ладонью по рту, как будто представил, как это случится. – И что подсказывает тебе твоя интуиция? Как поступить со мной? – спросил он, взглянув на нее. – Что ты чувствуешь?

Мари задумалась на короткий миг, пытаясь осознать то, что он только что сказал. Она знала, что во время секса оборотни кусают и царапают друг друга. Но не могла представить, что Бауэн захочет вонзить в нее свои клыки, чтобы пометить навеки. Или что абсолютно утратит над собой контроль.

– Честно говоря, у меня нет ни малейшего представления об этом. Но я могу спросить зеркало, что делать.

Идея ему не понравилась.

– Что оно может тебе ответить? – спросил он, наконец, сквозь стиснутые зубы.

– Обычно я получаю лишь приблизительные ответы. Классический оракул.

Бауэн тянул с ответом. Внутренняя борьба отразилась на его лице.

– Тогда спроси его, что будет опаснее – сбежать от меня или остаться в пределах моей досягаемости?

Глава 38

Мари задыхалась от бега и страха, что из-за Бауэна, который должен был под влиянием полной луны потерять рассудок, вынуждена продираться сквозь джунгли одна, фактически спасаясь от смерти.

В то время как он несся сломя голову в противоположную сторону. Но все это не будет иметь смысла, если она не выйдет к человеческому жилью или не найдет какое-нибудь транспортное средство, чтобы превысить скорость его передвижения. Он сказал, что в такую ночь способен пробежать сотни миль, чтобы настичь ее.

У маленького ручья она опустилась на колени, чтобы перевести дух и ополоснуть лицо. Помассировав шею, подумала, что если бы смогла добраться до цивилизации, то не только спаслась бы от него, но и впервые за целый месяц насладилась бы теплым душем. А утром съела бы горячий завтрак с вафлями.

Услышав какое-то движение в зарослях, Мари замерла и огляделась по сторонам.

Наверное, какое-то животное. Они должны водиться в джунглях. И снова отвернулась к ручью…

– Руки за голову.

Не животное. Она медленно поднялась и когда повернулась, то поняла, что нарвалась не на местных. Это были плохие парни. Трое держали автоматы, направленные на нее.

Первой ее мыслью было: «Почему бы не превратить их в лягушек?»

Но едва она попыталась достать зеркало, как они вскинули стволы.

– Руки за голову или всажу пулю, – пригрозил не оставляющим сомнений тоном самый старший из них – вероятно, лидер.

Говорил он без явно выраженного акцента. По-видимому, эти люди были международными наркотеррористами, по сравнению с которыми картель выглядел вполне безобидно. Вот тебе и подсказка зеркала.

Если только это не лучше Бауэна.

Не успела она прибегнуть к помощи колдовства, как один из солдат ткнул ей дулом пистолета в висок. Мари ожидала, что металл будет холодным, но он почему-то оказался теплым.

Ее пронзил страх, и она подняла руки. Когда солдат скрутил их ей за спиной, завязав капроновым шнуром наподобие того, что использует полиция Нового Орлеана, она сказала:

– Вы не представляете, какую ошибку совершаете. Кое-кто выйдет из себя от ярости, узнав о моем похищении.

– От заложников мы такого еще не слышали, – заметил другой солдат, когда они тронулись.

Грубо схватив Мари за предплечье, он оттащил ее от воды и потянул сначала вверх по склону холма, а затем вниз. Она сопротивлялась, пытаясь придумать, как убедить их отпустить ее.

– Откуда вам знать, может, я из ЦРУ или из отдела по борьбе с наркотиками? – бросила она, услышав работу двигателя.

Их машина была неподалеку, следовательно, они находились недалеко от дороги.

– Слишком молода еще, – ответил первый. – Больше похожа на заблудившегося эколога.

Когда пришли к их зеленому армейскому грузовику, Мари снова заупрямилась, отказываясь в него залезать.

– Почему вы ни о чем меня не спрашиваете? – спросила она.

Человек просто затолкал ее внутрь, с такой силой ударив по колену, что у нее из глаз брызнули слезы.

– А зачем? – удивился сладким тоном старший. Ситуация прояснилась, и Мари нахмурила лоб. Они не собирались требовать за нее выкуп. Во всяком случае, сразу. Но будут держать у себя. От этой мысли ее чуть не вырвало. Нужно было как-то освободить руки.

Когда грузовик тронулся по ухабистой дороге, Мари определила, что ее повезут в сторону Макрива.

– Послушайте, если хотите благополучно пережить эту ночь, отпустите меня немедленно. – Она уже видела на дневном небе светлый диск полной луны. Зловещее напоминание. – Вы даже не представляете, что навлекаете на свои головы.

Но ее не слушали. Они не догадывались, что везут на свою базу наживку.

Мари знала, что Макрив придет за ней, но это была вторая половина проблемы. Ей не хотелось стать в эту ночь живой приманкой.

Подъехав к закамуфлированному аванпосту, солдаты выволокли ее из грузовика, хотя она отчаянно сопротивлялась, и затащили в помещение поста. Там по подземным тоннелям повели в бункер – в холод и темноту.

Вдоль одного коридора тянулись камеры с крепкими стальными дверями, как в бомбоубежище. Здесь и в самом деле все напоминало бомбоубежище. Один из людей набрал на замке код, и дверь скользнула в сторону. Второй солдат затолкал ее в камеру, где, кроме нар и толчка, ничего не было. Мари вспомнила, как Кэрроу называла каталажку: «два кольца и койка».

– Вы должны меня развязать.

– Ты не в том положении, чтобы командовать, – сказал лидер. – Лучше прими свой лот и приготовься к ночи.

– А что такое «мой лот»?

– Все очень просто. У нас кончилась провизия, – пояснил он, обводя ее взглядом. – Ты и есть наша провизия.

И повернулся к дверям.

– Тогда я ничем не помогу вам, – пробормотала она. – Но клянусь, эту ночь вы не переживете. И смерть покажется вам избавлением по сравнению с тем, что вас ждет.

Один солдат нервно рассмеялся. Второй нахмурился. Лидер, круто развернувшись, ударил ее тыльной стороной кулака, царапнув массивным кольцом висок, когда она попыталась увернуться. Сила удара опрокинула Мари на землю. Из-за связанных рук она упала лицом вниз.

Поднявшись на колени, вытерла о плечо висок. Заметив кровь, злорадно улыбнулась:

– А за это ты умрешь особо страшной смертью.

В сумерках Бауэн больше не мог сопротивляться зову своей женщины. Суля по запаху, она все еще находилась в джунглях. Не успела добраться до города и улететь. Не в силах бороться с собой, Бауэн чувствовал, что меняет направление, устремляя свой бег в ее сторону.

Он никогда еще не бегал так быстро… Хотя нет, бегал однажды…

Но это воспоминание он вычеркнул. Его манил соблазнительный запах Марикеты, а все остальное не имело значения. Акры коварной местности без труда оставались позади. Еще миля или около того, и он найдет ее. Ближе. Он чувствовал, что она совсем рядом… в каких-нибудь ярдах от него. Прямо на берегу ручья.

Достигнув места, где запах был особенно выраженным, Бауэн резко остановился.

44
{"b":"121365","o":1}