ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Принцесса под прикрытием
Околдовать и удержать, или Какими бывают женщины
Говорю от имени мёртвых
Экспедитор. Оттенки тьмы
Мертвый вор
1793. История одного убийства
Код 93
Поющая для дракона. Между двух огней
Мозг подростка. Спасительные рекомендации нейробиолога для родителей тинейджеров

— Не могу вам этого сказать, мисс.

Я поняла, что это все, что мы можем от них узнать. Когда Абель начал напоминать мне о воздаянии за зло, я встала и сказала:

— Мы должны возвращаться.

Полли согласилась.

— Я знаю, — сказала она, когда мы шли обратно, — что этого Абеля ждет скверный сюрприз, когда он попадет на небеса.

Я чувствовала, что наше путешествие не было напрасным. Мы не узнали, где Джанин, но знали, что она жива.

Прошло не больше двух дней с момента моего возвращения в пасторский дом, как, к моему изумлению, к нам зашел Фабиан.

За все эти годы он ни разу без приглашения не приходил к нам, за исключением того раза, с Дугалом.

Я выразила удивление.

— Я слышал, что вы побывали в Лондоне, — начал он, — и зашел убедиться, что вы благополучно вернулись.

Я удивленно вскинула брови.

— Это чрезвычайно любезно с вашей стороны.

— Я беспокоился. Вы говорили мне, чтобы я согласовывал свои поездки с вашими.

— Поездка не была длительной, и там меня встречали.

— Бесценная Полли, я догадываюсь. А как ее сестра и эта их восхитительная питомица?

— Прекрасно.

— Хорошо. У меня есть новости о вашем друге.

— Да?

— Дугале Каррузерсе.

— Какие новости?

— Предыдущим вечером он стал благородным джентльменом.

— Что вы имеете в виду?

— Вы знали, что с его кузеном произошел несчастный случай. Увы, от нанесенных увечий кузен скончался.

— Они были близкими друзьями?

— Родственниками. — Он сардонически улыбнулся, — Это совсем разные вещи. Говорят, что человек сам выбирает друзей, а родственники ему достаются.

— Часто родственные узы бывают сильнее дружеских.

— Обычно голос крови не заглушить.

— Совершенно верно.

— Ну, и я не думаю, что кузен… или, называя его полным именем, граф Тенлей… имел много общего с нашим другом Дугалом. Он был охотником — и больше времени проводил на лошади, чем на своих двоих. Атлетически сложенный, физически активный и с недалеким умом. Ах, я плохо говорю о мертвом и немного шокирую вас.

Я улыбнулась.

— Ни в малейшей степени, — ответила я. — Но как мистер Каррузерс стал благородным джентльменом?

— Со смертью своего кузена. Понимаете, граф был сыном старшего брата отца Дугала, поэтому он получил титул и фамильное имение. Отец Дугала был всего лишь младшим сыном. Я выяснил от Дугала, что он, в общем, был этим доволен. Как и сын, он занимался наукой. Я не знаю точно, к чему у него была страсть. Думаю, к Византийской империи. Дугал вслед за ним занялся англосаксами и норманнами. Бедный Дугал! Настоящее столкнулось с прошлым. Ему скорее всего придется оторвать себя от Хенгиста, Хорсы и Бодицей и подумать немного о своих настоящих обязательствах.

— Смею заметить, он должен быть рад этому. У него, вероятно, появятся деньги, что позволит ему продолжить свои исследования так, как он хочет.

— Большие имения требуют много забот, и это может оказаться для него нелегким. В любом случае могу заверить вас в том, что, начиная с этого момента, мы, несомненно, будем мало его видеть. Вы знаете, такие обстоятельства меняют людей.

— Я не поверю, что они повлияют на него.

— Вы думаете, что он слишком умный?

— Именно так. Он никогда не станет высокомерным. — Я посмотрела на него, улыбаясь, и пробормотала:

— Как некоторые.

— Ладно, посмотрим. Но это означает, что его не будет здесь, чтобы наслаждаться маленькими пикниками в развалинах. Могу заверить вас в этом.

— Благодарю.

— Какая жалость, что пикники не могут продолжаться.

— Он был всего один… тот, в котором вы участвовали.

— В который я вторгся сам. Было бы приятнее, если этого не пришлось делать. Почему бы нам самим не устроить пикник… вам и мне?

— Это совершенно невозможно.

— Как только я слышу такие слова, я всегда требую объяснения.

— Вы не интересуетесь развалинами.

— Вы могли бы просветить меня. Я рассмеялась:

— Не думаю, что мысль научиться чему-нибудь доставит вам удовольствие.

— Вы ошибаетесь. Я жажду знаний… особенно от вас.

— Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду.

— Сейчас вы выглядите как учительница… немного суровая… несколько недовольная плохим учеником и раздумывающая, то ли задать ему сто строк, то ли поставить в угол с дурацким колпаком16 на голове.

— Я уверена, что не подразумевала ничего такого.

— Если я смогу обнаружить руины, которые вы не видели… и уговорю вас?

— Не беспокойтесь. Уверена, что не смогла бы пойти с вами.

— Я не перестану надеяться, — сказал он и добавил:

— учительница.

— Извините, но у меня есть еще дела.

— Позвольте вам помочь.

— Вы не сможете, это церковные дела.

— Которые вы решаете с мистером Брейди?

— О, нет… у него свои заботы. Вы не представляете, сколько приходится делать в церкви… и при том что мой отец не совсем здоров, мы очень заняты.

— В таком случае я не должен вас больше задерживать. До скорой встречи. Au revoir.

Когда он ушел, я продолжала о нем думать. Это заставило меня забыть о более высоком положении в обществе, которое теперь занимает Дугал. Затем мысли о Дугале вернулись ко мне, и я стала гадать, какие изменения может это вызвать в нем и в наших взаимоотношениях, которые только начали перерождаться во что-то более глубокое.

Колин Брейди обратился ко мне:

— Нам следовало бы подумать о летнем празднике.

— Все знают, что он должен состояться в первую субботу августа. Так было всегда. Большинство работает месяцами, чтобы подготовить все к продаже.

— Пастор говорит, что существует обычай спрашивать разрешения Фремлингов на его проведение на их земле, а если сыро, то у них в замке. Я надеюсь, он достаточно велик?

— О, да. Он огромный. Однако, на моей памяти лишь несколько случаев, когда нам пришлось уйти в помещение. Фремлинги знают об этом. Это традиция, и леди Харриет всегда очень любезно дает разрешение.

— Да, но ваш отец говорит, что об этом все же следует спросить. Это тоже часть традиции.

— Да, я полагаю, что так.

— Так вот, леди Харриет с дочерью в Лондоне. Мы должны обратиться за разрешением к сэру Фабиану.

— Я думаю, что это вряд ли необходимо.

— Но его следовало бы спросить.

— Другое дело, если бы леди Харриет была здесь. Она ярая сторонница обычаев.

— Думаю, что было бы разумнее спросить сэра Фабиана… просто по традиции. Может быть, вы сходите и получите его формальное согласие?

— Если бы вы пошли… вам надо было бы просто заглянуть к нему.

— Но сегодня я должен навестить миссис Брайнс. Она прикована к постели уже несколько недель и просит о встрече. И у меня еще масса дел, с которыми надо разобраться… поэтому если бы вы нашли возможность…

Не было причины отказываться сделать это, кроме той, что я чувствовала себя неловко в присутствии Фабиана. Но я не могла объяснить этого, поэтому решила, что пойду получу разрешение и покончу с этим.

Сэр Фабиан был дома. Я спросила, не могли бы ему передать, что я пришла только за разрешением провести на их земле праздник, если погода будет хорошей, или в зале, если будет дождь. Я не займу у него много времени.

В надежде, что служанка вернется и скажет, что разрешение получено, я осталась ждать внизу. Вместо этого она вернулась с известием, что сэр Фабиан в своем кабинете и будет рад принять меня.

Меня проводили через огромный зал к лестнице. Его кабинет располагался на втором этаже.

Когда я вошла, он встал и улыбаясь пошел навстречу. Он взял меня за руки.

Мисс Делани, как приятно видеть вас. Мне сказали, что вы пришли по поводу праздника.

Служанка вышла, закрыв за собой дверь, и меня охватило смешанное чувство волнения и дурного предчувствия.

— Садитесь, пожалуйста.

— Я не задержу вас, — сказала я, — это просто формальность. Леди Харриет обычно просто давала разрешение на проведение праздника на вашей земле, или, в сырую погоду, в зале.

вернуться

16

Бумажный колпак, надевавшийся ленивому ученику в виде наказания

37
{"b":"12151","o":1}