ЛитМир - Электронная Библиотека

— Все мы имеем сильное чувство национальной гордости, — вставил Дугал. — Независимость дорога большинству из нас, и возникает страх потерять ее, даже если ее сохранение означает потерю некоторого комфорта.

— И что явилось бы результатом этого чувства? — спросила я.

— Ничего, что было бы нам неподвластно, — ответил Фабиан. — Но время от времени это проявляется. Как вы видите, Хансам этого дома — человек непомерной гордости.

— Я считаю его довольно забавным, — сказала Лавиния.

— Если вы признаете его главой дома, все будет хорошо, — пояснил Фабиан. — Но я полагаю, что он не тот человек, с которым было бы разумно столкнуться.

— Что он мог бы сделать?

— Доставить неудобства тысячью способами. Слуги слушаются его. Они не посмеют сделать ничего против него. Если в стране и нарастает беспокойство, то это, вероятно, из-за тех методов, с помощью которых мы вводим новые законы. Они боятся, что мы собираемся навязывать им наши пути до такой степени, что их национальные институты не будут учтены.

— Правильно ли поступать так? — спросила я.

Фабиан посмотрел на меня и кивнул.

— Обычаи тхаггери, сати… это зло, которое запрещено британцами. Вы выглядите удивленной. Я понимаю, что вы о них, видимо, не знаете. Эти злые, жестокие обычаи давно подлежат запрещению. Мы запретили их зако-ном Очень многие индийцы жили в страхе перед этими обычаями, но в то же время они возмущены нашим приходом сюда и признанием их криминальными актами, Дугал, конечно, изучил все это.

— Он изучал, — сказала Лавиния.

Дугал не взглянул на нее. Он повернулся ко мне.

— Это Тхага Индостана. Мы называем это тхаггери. Это поклонение богине Кали, которая, должно быть, самая кровавая из всех известных богов и богинь. Она постоянно требует крови. Те, кто присягают ей, — убийцы по профессии. Считается почетной профессией… убивать.

— Конечно, все согласны с тем, что необходимо прекратить это, — уверенно проговорила я.

— Все… кроме самих тхагов. Но это уже вмешательство иностранцев в обычаи страны.

— Людей, должно быть, терроризировали.

— Это было религиозное сообщество. Эти люди, принявшие присягу, были убийцами. Так как они убивали, то было неважно, кого. Они жили за счет добычи, захваченной у жертв, но мотивом убийства был не грабеж, а ублажение своей богини. Они собирались в группы, присоединялись к путешествующим, входили к ним в доверие и, выбрав подходящий момент, убивали их.

— Как… жестоко!

— Обычно они удушали жертву.

— Многие из них использовали «колючее яблоко», — вставил Фабиан.

— О, это особый вид наркотика, — пояснил Дугал. — Оно растет здесь в изобилии. Его листья и плоды используются в медицине. Когда листья высыхают, они имеют наркотический запах. Вы узнаете растение, когда его увидите. На самом деле оно носит название дурмана, но здесь его называют «колючим яблоком». Вы можете увидеть чашечку из пяти чашелистиков в виде трубки с большим венчиком, имеющим вид воронки. Его плод — своего рода коробочка, покрытая колючками.

— Полагайся на научное описание Дугала, — насмешливо сказала Лавиния.

— В этом нет ничего научного, — проговорил Дугал. — Это так просто понять любому.

— Держу пари, что не могла бы узнать его, если бы увидела, — возразила Лавиния. — А ты, Друзилла, смогла бы?

— Я думаю, что ни за что.

— Вот, видишь, Дугал. Ты надоел нам своими описаниями. Я хочу услышать больше о яде.

— Он смертельный, — пояснил Дугал. — Из него можно извлечь специальный алкалоид, называемый атропином. Некоторые из местных жителей используют его как наркотик. Приняв его, они становятся страшно возбужденными. Мир кажется им прекрасным, а сами они находятся почти в бреду.

— И им это нравится? — удивилась я.

— О, да, конечно, — воскликнул Дугал. — Они испытывают изумительные ощущения… пока продолжается его действие. Но я полагаю, потом наступает резкая депрессия, которая обычна в таких случаях. Более того, это может быть очень опасно и иметь летальный исход.

— Вы говорили, что эти тхаги используют его, чтобы убивать свои жертвы.

— Это один из способов, — ответил Фабиан, — но я знаю, что гораздо чаще используют удушение.

— Мне бы хотелось думать, что большинство людей испытало огромное облегчение, когда действия этих тхагов были запрещены законом.

Фабиан пожал плечами и посмотрел на потолок.

— В этом суть того, о чем мы говорим… Независимость или лучшее управление. Всегда найдутся те, кто хотят первое. То же самое и, с сати.

— Оно было запрещено примерно в то же время, что и тхаггери, — сказал мне Дугал. — В действительности они во многом должны быть благодарны лорду Уильяму Бентинку. В течение двадцати лет он был губернатором Мадраса, а затем стал Губернатором страны с 1828 по 1835 год. Вы знаете, как происходит сати. Муж умирает, а его жена бросается в погребальный костер и сгорает вместе с его телом.

— Как ужасно!

— Так думали мы все, и лорд Уильям ввел закон, запрещающий сати и тхаггери, — добавил Фабиан.

— Это было большим шагом вперед, — прокомментировал Дугал.

— Знаете, — вставил Фабиан, — я уверен, что оба они продолжают осуществляться в некоторых удаленных местах. И это демонстративное неповиновение британской власти.

Лавиния вновь зевнула:

— Это действительно уже становится просто уроком истории!

— Восхитительным уроком, — сказала я.

— Друзилла, не будь таким педантом. Ты приводишь меня в бешенство. Ты просто воодушевляешь их. Я знаю, что ты собираешься сказать: «Если тебе это не нравится, я уеду обратно домой». Она постоянно угрожает мне своим отъездом.

— Это то, — серьезно проговорил Фабиан, — что мы должны убедить ее не делать.

Я вдруг обрадовалась. Мне уже приходилось испытывать такое чувство, будто оживаешь вновь.

Оставшуюся часть вечера мы говорили об Индии, о различных кастах и религиях. Глядя на лужайку, я подумала, что это был один из самых мирных пейзажей, которые я когда-либо встречала.

Когда в эту ночь я легла спать, я долго, не могла заснуть, продолжая думать о вечере, о древних жестоких обычаях страны и о том, что живу под одной крышей с двумя мужчинами — и должна признать это — которые были самыми важными в моей жизни: Дугалом и Фабианом! Какими разными они были! Я была немного встревожена грустью, которую заметила в глазах Дугала; он был печальным и полным сожаления. Было нетрудно понять, что его женитьба принесла ему разочарование, и хотя мы были вместе очень короткое время, он, казалось, обратился ко мне за утешением. Я подумала, что должна быть осторожной. Что касается Фабиана, он мало изменился. Я не должна позволять, чтобы он производил на меня сильное впечатление. Я должна помнить, что он был одним из Фремлингов, а они не меняются. Они всегда полагают, что мир устроен для них, а все люди — чтобы служить их целям. Более того, я не должна забывать, что скоро может приехать леди Джеральдин, чтобы выйти за него замуж.

Рошанара вышла замуж почти сразу же. Мы не присутствовали на церемонии, которая проводилась в соответствии с древним индийским обычаем. Я слышала от айи, что Ашраф, юный жених, был примерно на два года старше Рошанары.

— Бедное дитя, — сказала Элис. — Молюсь, чтобы жизнь не была слишком трудной для маленькой Рошанары и ее мужа.

Мы видели украшенные кареты, так как это было огромное событие под председательством Большого Хансама, который выглядел великолепно: в его тюрбане сверкали драгоценности.

Я не видела Рошанару после свадьбы. Она отбыла со своим мужем на чайную плантацию, где он работал на своего дядю, и это было довольно далеко. Мне хотелось знать, был ли дядя таким же большим, как отец Ашрафа, но было трудно вообразить, что такое возможно.

Мы погрузились в рутину. Сделали в детской классную комнату, и я учила там детей. Мы все скучали по Рошанаре. Алан становился уже маленькой личностью.

Дети были счастливы. Смена обстановки очень мало повлияла на них, потому что все, кто любил их и заботился о них, оставались с ними. Элис сказала, что ходили слухи, будто их мать не интересуется ими, но я ответила, что она никогда и не интересовалась своими детьми, поэтому они не замечают этого. Действительно, она была их матерью, но ничего не значила для них, и им было хорошо с Элис, аей и со мной. Мы заполнили их маленький тесный мир, и они ни о чем больше не спрашивали.

69
{"b":"12151","o":1}