1
2
3
...
53
54
55
...
76

Никогда еще Генрих не испытывал такого смущения. Он потерпел поражение в присутствии двора и парижан; де Вивонн сражался за него, защищал честь своего короля.

Торжество Катрин было полным.

Кто виноват, мой дорогой, в том, что ты попал в столь неловкое положение? — мысленно произнесла она. — Кто спровоцировал скандал? Посмотри на женщину, сидящую рядом с тобой. Это ее вина. Злись на нее, а не на де Шабо. Стоит ли тебе тратить время на человека, допускающего такие промахи, если у тебя есть твоя умная королева, способная перехитрить любого француза и любую француженку?

Как она любила его — даже сейчас, когда он имел глупый, посрамленный вид.

Ты проиграл, Генрих. Признай свое поражение. Ты не должен колебаться. Помни, что весь Париж смотрит на тебя. Разве ты не знаешь, что истерия толпы легко может смениться обожанием героя? Этот герой, де Шабо, стоит перед тобой. Не выдавай своих чувств. Вини Диану. Проклинай ее. Но не забывай о своей чести в присутствии подданных.

Но король хранил молчание.

Люди начали шептаться. Что это значит? Победитель находился здесь. Происшедшее было сюрпризом для всех, но кто не любит сюрпризы? Почему король молчит? Де Шабо с высоко поднятой головой отправился к своему врагу, который попытался подняться и броситься на человека, погубившего его карьеру.

— Не двигайтесь, де Вивонн, или я убью вас, — сказал де Шабо.

— Убейте меня, и покончим с этим! — закричал несчастный дуэлянт.

Снова де Шабо предстал перед королем и попросил его вернуть ему честь. Смущенный, охваченный стыдом Генрих молчал.

Монморанси встал со своего места и опустился на колени перед королем. Диана дрожащей рукой дернула Генриха за рукав. Он не должен был унижать себя так своим поведением на глазах тысячи людей. Он мог за несколько мгновений потерять популярность, которая завоевывалась годами.

Монморанси умоляюще посмотрел на короля.

— Победитель должен быть вознагражден, — шепнула Диана.

— Вы исполнили свой долг, де Шабо, — сухо произнес Генрих, — ваша честь теперь восстановлена.

Король быстро встал. Запели трубы. В сопровождении Дианы, королевы и своей свиты Генрих покинул шатер.

Катрин ликовала — король очень редко попадал в такое глупое положение. Если бы он только запомнил, кто подставил его!

Вернувшись в свои покои, Катрин услышала шепот своих фрейлин.

О чем они говорили? Что думает толпа, которая всю ночь ждала на поле этого поединка? Люди пришли, чтобы увидеть смерть человека, а стали свидетелями позора их короля.

Но позже она посмеялась над собой; какое ей дело до того, что думают люди? Гораздо важнее то, что они сделали. Толпа ворвалась в палатку де Вивонна и набросилась на еду, приготовленную им для банкета. Люди ели, пили, веселились. Они украли дорогую посуду, которую де Вивонн позаимствовал на время.

Если толпа не увидела смерть, то она все же получила развлечение. Возможно, смятение Генриха не имело такого значения, как это показалось Катрин в первый момент. Может быть, все эти интриги не помогли ей вбить хоть какой-то клин между королем и Дианой.

Я не в силах терпеть это, повторяла Катрин, лежа по ночам в одиночестве. Если я ничего не добилась, я должна найти другой способ.

Через несколько дней де Вивонн умер. Он мог бы жить, если бы захотел. Но он сорвал повязку с раны и прогнал докторов. Его кончина не привлекла внимания.

Так закончилась эта история. Но королева увлеклась изучением ядов; в ее личном шкафу было много запирающихся ящиков, где хранились книги, рецепты, жидкости, порошки.

В ноябре Катрин родила девочку. Ее назвали Клаудией — в честь матери Генриха.

Король возобновил свои ночные посещения Катрин. Им нужны были новые сыновья. Четырехлетний Франциск обладал слабым здоровьем. Катрин смотрела на него с тревогой, когда Диана позволяла ей делать это.

Летом в Реймсе состоялась коронация Генриха. Катрин еще не прошла аналогичную процедуру. Это не задевало ее, поскольку по традиции французского двора ее ждала отдельная коронация.

Во время торжеств, устроенных по случаю коронации Генриха, Катрин думала о том, как ей избавиться от Дианы. Несомненно, существует какой-то яд с замедленным действием, сказала она Космо и Лоренцо Руджери. Она была не в силах терпеть унижения, которым подвергала ее Диана. Она должна избавить себя от своего врага. Им известно, что в Сент-Жермене ей довелось наблюдать за своим мужем и этой женщиной, когда они занимались любовью?

Братья покачали головами. Они посоветовали ей заделать дыру в полу и перестать думать об отношениях короля и Дианы. Они не могли помочь ей, не осмеливались сделать это. Даже если бы Диана умерла естественной смертью, королеву заподозрили бы в том, что она отравила соперницу. Более того — ее советчиков заточили бы в тюрьму и подвергли пыткам.

Катрин понимала это. Если Диана умрет, братьям придется спешно бежать из Франции!

Она должна отказаться от идеи устранения Дианы таким путем.

Выслушав их, она согласилась с тем, что ей следует внять их советам, потому что братья были правы. Однако она продолжала думать об убийстве Дианы.

Диана не щадила королеву. Мадам де Пуатье часто принимала королевский двор в Шенонсо; она с удовольствием демонстрировала Катрин, каким образом она сделала этот замок еще более красивым. Требовались большие усилия воли, чтобы не подсыпать яду в бокал мадам де Пуатье.

Диана шагала от одного триумфа к следующему. Шенонсо был не единственным подарком, преподнесенным ей королем. У нее было много бриллиантов и земель.

Диана начала подготавливать брак наследника престола.

Де Гизы были ее свояками; старшая дочь Дианы вышла замуж за одного из братьев де Гиз; поэтому Диана хотела способствовать возвышению этого честолюбивого рода.

Диана всегда поступала следующим образом: приняв решение о необходимости того или иного действия, она просила аудиенцию у короля и королевы. Ей всегда удавалось заручиться поддержкой короля, не отказывавшего фаворитке ни в чем.

Именно так она поступила, когда Генрих и Катрин прибыли в Шенонсо. Диана хотела изложить им свои планы относительно брака маленького дофина.

Король и королева приняли ее. Катрин мысленно отметила, что все выглядело так, словно это она, Диана, принимает их.

— Ваше Величество оказали мне милость, согласившись выслушать меня, — сказала Диана. — Я хочу поговорить о будущем нашего любимого дофина. Кто мог бы лучше подойти на роль его супруги, чем королева Шотландии, Мария Стюарт?

— Королева Шотландии! — сказала Катрин. — Ее мать была француженкой.

— Вас это смущает, Ваше Величество? — Диана улыбнулась одними губами.

— Она также была сестрой де Гизов, — невозмутимо продолжила Катрин. — Полагаю, король считает амбиции Стюартов чрезмерными. Если девочка из этой семьи приедет во Францию в качестве будущей королевы этой страны, Стюарты возомнят о себе бог весть что.

— Порой королевы прибывают из самых странных мест, — рассерженно заметила Диана.

— Дайте мне подумать, — сказал Генрих. — Рано или поздно нам придется заняться поисками невесты для дофина.

— Франциск еще слишком мал, — заявила Катрин.

— Союзы между будущими королями и королевами заключаются, когда они еще лежат в колыбелях, — сказала Диана.

Катрин закусила губу, сдерживая поток слов. Диана хочет увеличить свою власть, вместе с де Гизами править Францией. Де Гизы начали действовать через Диану, любовницу короля; со временем они будут использовать в своих целях их племянницу.

Не обращая внимания на Катрин, Диана сказала королю:

— Говорят, что эта девочка умна и прелестна. Подумайте, сир, о пользе, которую этот брак принесет Франции, о том, что мы получим благодаря ему.

— Шотландия! — сказала Катрин. — Маленькая бедная страна!

— Ваше Величество, вы абсолютно правы, — улыбнулась Диана. — Это действительно бедная страна. И все же разве не приятно будет включить ее в состав наших владений? Но наибольший интерес представляет другой аспект этого вопроса. Вы позволите мне изложить его?

54
{"b":"12158","o":1}