ЛитМир - Электронная Библиотека

Отец писал книгу о тропических болезнях. Он планировал построить больницу и собирался все средства вложить в этот проект, вокруг которого сконцентрированы все его мечты.

Мама что-то задумала. Однажды в полдень, когда спала жара, мы сидели под пальмой и наблюдали, как на море играют летающие рыбы.

— Ты растешь, Сьювелин, и ни разу не уезжала с острова после нашего приезда.

— Вы с папой тоже.

— Нам надо оставаться здесь, но мы думаем о тебе и беспокоимся.

— Беспокоитесь?

— Да, о твоем образовании, о твоем будущем.

— Мы все вместе, об этом мы и мечтали.

— Возможно, мы с папой не останемся здесь навсегда.

— Что ты хочешь сказать?

— Просто я хочу сказать, жизнь кончается когда-то. Сьювелин, тебе надо ехать в школу.

— В школу? Но здесь же нет школы!

— Есть в Сиднее.

— Что? Уехать с острова?

— Все можно устроить. Ты будешь приезжать на каникулы. На Рождество… и летом. На корабле только неделя пути до Сиднея. Неделя туда — и неделя обратно. Тебе нужно получить хорошее образование.

— Мне никогда не приходила в голову эта мысль.

— Нужно готовиться к будущему.

— Я не могу оставить вас.

— Только на время. Со следующим кораблем мы с тобой поедем в Сидней. Выберем тебе школу и решим, что делать.

Меня поразила новость, и сначала я отказывалась думать об отъезде, но родители со мной поговорили и пробудили во мне чувство искателя приключений. Я получила странное воспитание. Шесть лет я прожила в коттедже «Дикая яблоня», где получила строгое традиционное воспитание. Потом меня увезли на далекий нецивилизованный остров. Можно представить, что внешний мир покажется мне необычным.

В течение последующих нескольких недель меня обуревали смешанные чувства. Не могу решить, я больше сожалела о принятом решении или радовалась, но я осознавала его разумность.

Кугабель бурно прореагировала, услышав о моем отъезде. Она уставилась на меня горящими глазами, и, казалось, они излучали ненависть.

— Я еду, еду, — повторяла она.

Я пыталась убедить ее, что ей нельзя уезжать. Мне придется ехать одной. Родители посылают меня, потому что у белых принято получать образование, и это происходит в школе.

Она не слушала. У нее такая привычка, не слушать ничего, что она не желает знать.

За неделю до прибытия корабля мы с мамой завершили приготовления к моему отъезду. Был август. Занятия в школе начнутся в сентябре, а в декабре я приеду, на каникулы. Наше расставание не будет долгим, твердила мама.

На следующее утро пропала Кугабель. Ночью она не спала в своей кровати. Она жила в маленькой комнате, смежной с моей. Увидев, что мы спим в кроватях, она тоже последовала нашему примеру. Она подражала мне во всем, и если бы ее отправили в школу, она бы только радовалась. Кугаба не находила себе места.

— Где она? Она надела украшения. Оставила платье, ушла в перьях и ракушках. Где же она?

Отец спокойно сказал, что она где-то на острове, если только не взяла каноэ и не уплыла на другой остров. Следует ее поискать на острове.

— Она пошла к Гиганту, — решила Кугаба. — Пошла к нему просить, чтобы маленькая мисс не уезжала. Это плохо… отсылать маленькую мисс. Не надо ее отправлять. Ее дом здесь.

Кугаба раскачивалась и причитала:

— Нельзя уезжать маленькой мисс.

Отец не сомневался, что Кугабель вернется, ведь она уже достаточно напугала свою мать. Но прошел день, и она не вернулась. Я рассердилась на нее и обиделась, ведь у нас и так осталось мало времени, чтобы провести его вместе. Но к вечеру второго дня мы все встревожились, и отец послал поисковые партии к горе.

Кугаба дрожала от страха, мы с мамой успокаивали ее.

— Я боюсь, очень боюсь, Мамабель.

— Мы найдем ее.

— Я говорила хозяину Люку, нельзя спать в кровати хозяина целый месяц перед праздником Масок. А хозяин Люк смеялся, говорил: «Не для тебя. Делай, как я велю». Я ему говорила про Ворчливого Гиганта, а он только смеялся. И я спала в его кровати. И в ночь Масок я спала в его кровати… А потом родилась девочка. Все сказали: «Кугаба родила дитя Гиганта. Она отмечена им. Гигант к ней приходил». Но это был не Гигант, это был хозяин Люк. Если б они узнали… они бы убили меня. Хозяин Люк сказал, пусть все думают, что отец девочки Гигант, а сам смеялся. Кугабель не дитя Маски… Я боюсь, наверное, Гигант очень рассердился на меня.

— Тебе нечего бояться. Гигант поймет, что ты не виновата, так получилось, — успокаивала ее мама.

— Он возьмет ее. Я знаю. Он протянет руку и возьмет ее… вниз, на горячие камни. Скажет, плохая Кугаба. Твой ребенок не мой ребенок, а теперь будет мой. — Мы никак не могли ее утешить, она повторяла. — Тот старый дьявол был у меня за спиной, соблазнил меня. Я плохая, я согрешила. Сказала большую ложь, и Гигант рассердился.

Мама предупредила ее, чтобы она никому не говорила об этом, Кугаба немного успокоилась. Местные признали моего отца посланцем Гиганта, но страшно представить, что они сделают, если поднимутся против нас. А поступок Кугабы несомненно непростительный грех в их глазах.

Ночью нашли Кугабель. Ее нашел мой отец на горе. Она сломала ногу и не могла двигаться. Он принес ее домой и вылечил ей ногу. Островитяне смотрели на него с благоговением. Отец не велел ей ходить некоторое время.

Я сидела у ее кровати и читала вслух, Кугаба готовила дочери различные отвары из растений, в этом она была большая мастерица.

Кугабель призналась, что ходила на гору попросить Гиганта, чтобы он не отпускал меня с острова. Она упала и повредила ногу. Она поняла это как знак Гиганта: он хочет, чтобы маленькая мисс ехала, а Кугабель наказана за сомнения в правоте желаний Гиганта.

Мы согласились с ее объяснениями.

Кугаба больше не упоминала о своем обмане относительно рождения дочери. Мама уверяла ее, что Гигант не очень сердит, ведь девочка только сломала ногу, а отец обещал вылечить ее, и через некоторое время невозможно будет узнать, какая нога пострадала.

Последние дни перед отъездом я проводила с Кугабель, она смирилась с предстоящей разлукой. Отец тоже грустил, но знал, что мы поступаем правильно.

Мы с мамой прибыли в Сидней. Мое восхищение гаванью и огромным портом облегчило вступление в новый этап жизни. Мне нравились жители.

Я обожала кривые улочки, потому что они выросли на месте дорог, по которым в старое время проезжали повозки. Меня восторгали новые широкие улицы, вскоре я вполне освоилась. Мы с мамой ходили за покупками в большие магазины, прежде я таких не видела, а сколько новых товаров я видела впервые.

Мама сказала, что надо купить платье для школы.

— Но прежде, давай выберем школу.

Мама навела справки, и мы посетили три школы, прежде чем остановили свой выбор на одной. Она расположена в центре города, недалеко от гавани. Мама беседовала с директором, рассказала, что мы живем на острове в Тихом океане и до сих пор она учила меня сама. Мне пришлось сдать несколько тестов, из этого испытания я вышла с триумфом, следовательно, моя мама хорошая учительница. Мы договорились, что я начну учебу в начале семестра, а мама со следующим кораблем вернется на остров Вулкан.

Что это были за дни! Мы как сумасшедшие делали покупки. Я запомнила названия улиц и умела ориентироваться в городе. По совету директрисы мы купили школьную форму на улице Элизабет. Мы покупали продукты, лекарства и одежду, чтобы отправить Все это на остров, потом мы с удовольствием бродили по городу, наблюдали за кораблями в гавани, побывали на том месте, где высадился капитан Кук, я опять почувствовала себя ребенком, отправившимся путешествовать с Анабель из коттеджа «Дикая яблоня».

Наступил день, когда я попрощалась с мамой и пошла в школу. Я чувствовала себя ужасно несчастной, скучала по родителям и острову.

Постепенно я привыкла к новой жизни. Моя необычность привлекала девочек, они могли часами слушать мои рассказы об острове. Я была смышленая, умела постоять за себя, и школа мне понравилась.

31
{"b":"12159","o":1}