ЛитМир - Электронная Библиотека

— Кто нарушит кровную клятву, тот будет проклят.

— Никто ее не нарушит. Веришь мне, Кугабель?

По ее щекам потекли слезы. Она смотрела на меня и не вытирала их. Я выскочила из кровати и обняла ее.

— Кугабель, малышка. Не надо плакать. Мы будем вместе. Я расскажу тебе о большом городе за морем. Мы друзья… навеки.

Ее успокоили мои слова, и вскоре она ушла. На следующий день я рассказала Лауре и Филипу о ночной гостье, о том, как мы играли с ней в детстве.

— Она умеет ездить верхом? Мы можем иногда брать ее с собой, — предложил Филип.

Я оценила его доброту к Кугабель. На каноэ мы плавали вокруг острова. Я и Кугабель гребли, мы веселились.

— Она очень красивая. У нее цвет кожи намного светлее, чем у остальных, и это ее выделяет, — заметил Филип.

Кугабель иногда одевалась в национальный набедренный наряд. Она великолепно смотрелась в ракушках и перьях. Она не отводила глаз от Филипа и старалась находиться к нему поближе. Если она чем-то нас угощала, то он всегда первым получал угощение. Филипа забавляло ее внимание.

Потом начались неприятности. Кугабель сообщила мне:

— Гигант ворчит, очень сердится. Вандало сказал, ему не нравится больница.

Вандало намекнул об этом и моему отцу, но не так откровенно. Несколько дней назад слышалось гудение вулкана, значит, что-то ему не нравится на острове. Гигант молчал долго, все время, пока строили больницу и работали на плантации. Почему теперь он ворчит сердито? Отец сначала был раздражен:

— Неужели теперь они будут мне мешать!

— Они же понимают преимущества больницы, и развитие плантации тоже им на пользу, — сказал Филип.

— Да, но они суеверны. Они позволяют старому вулкану управлять ими. Я им объяснял, что в мире существуют сотни вулканов, нет ничего особенного в том, что потухший вулкан иногда «ворчит», по их выражению. Уже триста лет не было извержений. Жаль, что я не могу вбить им это в голову.

Я рассказала Филипу о Танце Масок и о том, что Кугабель — дочь Гиганта. Его привлекал островной фольклор. Он расспрашивал и Кугабель. Она с восторгом проводила время в обществе Филипа.

— Этот старый черт Вандало создает мне трудности. Он с самого начала был против меня. И не имеет значения, что с помощью современных лекарств мы спасли много жизней. Я узурпировал владения старого колдуна, и он жаждет отмщения, стремится разрушить больницу.

— А вот этого вы ему не позволите, — заявил Филип.

— Только через мой труп, — подтвердил отец.

А старый Вандало сидел под банановой пальмой, рисовал знаки древней палочкой и все чаще повторял, что Гигант сердится.

В ночь новолуния состоится Танец Масок. Филип и Лаура с восторгом восприняли эту новость. Они считали несомненной удачей, что местный праздник состоится во время их визита.

Теперь я больше понимала то состояние транса, до которого себя доводили участники танца. Хотя мой отец сделал много доброго, они могут в одну ночь превратиться в дикарей. Ему не удалось победить их страх перед Ворчливым Гигантом.

Кугабель находилась в возбужденном состоянии. В первый раз она примет участие в танцах. В большом секрете она готовила свой наряд. Она, как и другие островитяне считала себя дочерью Гиганта, и поэтому церемония имела для нее особую значимость. Вполне вероятно, что Гигант облагодетельствует собственную дочь.

— Это не будет считаться кровосмешением? — спросила я у мамы.

— Уверена, что в подобном экзальтированном обществе этому моменту не придадут значения, — пошутила она. — Но, Сьювелин, нам надо делать вид, что мы относимся к этому ритуалу серьезно. Старик Вандало своими намеками портит отцу настроение.

— Ты считаешь, он может их убедить, что Гигант против больницы?

— В споре отца и Вандало я не сомневаюсь в победе отца. Но против него еще будут вековые суеверия.

Для нас наступили тревожные дни. Филипа и Лауру интриговал предстоящий праздник, а мы трое беспокоились.

Кугабель не отходила от Филипа. Когда он заходил в дом, она сидела на пороге. Стоило ему выйти, она бежала следом. Часто они сидели под пальмами и разговаривали.

Мне он объяснил, что собирает местный фольклор и лучше всего пользоваться естественными источниками.

Закон гласил: за месяц до праздника мужья и жены не должны жить в одной хижине. Филипа впечатляло серьезное отношение островитян к традиции. На этот месяц женщины жили в одних хижинах, мужчины перебирались в другие. Кугаба и Кугабель по-прежнему оставались в нашем доме, потому что в нем не было мужчин-аборигенов.

С каждым днем росло напряжение. Отец терял терпение, потому что местные заранее почти прекратили работу. Они не могли думать ни о чем другом, кроме приготовления масок.

— Они успокоятся после ритуала, — уговаривала отца мама.

Но папа был так огорчен. Он надеялся, что они переросли суеверия. Ему помогают несколько хороших человек, он собирается подготовить их к работе в больнице, но ему нужен еще один врач. Теперь я начинаю сомневаться, сумеет ли он выполнить задуманное. Если они все забросили ради ритуального танца. Значит, они остались такими же примитивными. Отец все еще надеется разоблачить легенду о Гиганте.

— У него на это уйдут годы, — прокомментировала я.

— Он уверен, стоит им увидеть чудеса современной медицины, они сразу поймут, что вулкана следует опасаться лишь в случае извержения. По всей вероятности, он потух. Я думаю, они воображают это ворчание горы, чтобы разнообразить жизнь. Между прочим, Филип говорил тебе о предложении отца?

— Нет! — У меня захватило дыхание.

— Значит, он сначала решил все обдумать. Но отец уверен, ему удалось соблазнить Филипа. Его привлекают эксперименты отца, а отцу нужен второй врач. Я буду очень рада, Сьювелин, если Филип решит приехать работать к нам.

Я покраснела от возбуждения. Как я была бы счастлива. Мне ничего не пришлось говорить. Мама обняла меня и прижала.

— Это будет замечательно. Вы оба останетесь на острове… Ты и Филип. Он тебе нравится. Думаешь, я не вижу? Если он решит приехать, то из-за тебя. Конечно, его интересует работа в больнице, он восхищен планами отца. Просто чудесно, что он, как и отец, занимается изучением тропических заболеваний.

— Ты уверена, что мы с Филипом поженимся; но он даже не сделал мне предложения.

— О, дорогая, не стоит меня стесняться. Я знаю, он еще не предлагал тебе выйти за него замуж. Это важный шаг в жизни. Может, он прежде хочет поговорить со своими родителями. Но к этому все идет. Он поселится здесь… Я буду счастлива… Эта больница и развитие промышленности — это все заслуги твоего отца. Со временем все это будет принадлежать тебе. Все средства отца ушли в освоение этого острова. В Англии у него нет собственности. Мы жили на его деньги все эти годы, а остальное затрачено на строительство больницы. Я хочу сказать, что это твое наследство… А мы с отцом хотели бы видеть его преемника, прежде чем мы…

— Вы оба доживете до глубокой старости.

— Конечно, но приятно, когда все определено. Если б только нам удалось избавиться от этого вредного Вандало, мы бы зажили как настоящие цивилизованные люди. Не смущайся, дорогая. Мы будем рады, если все так устроится. Филип — замечательный, он понравился нам с отцом. И тебе тоже, милая.

Мама права. Он мне нравится. С удовольствием я мечтаю о будущем, когда мы все будем жить на острове. Остров несомненно преобразится. Здесь много хорошего. Отец отличается прекрасными организаторскими способностями. Надеюсь, Филип будет похож на него. Они сработаются. Филип присутствует у отца на приеме больных, учится лечить местные тропические заболевания.

Вокруг острова Вулкан расположено еще двенадцать маленьких островов. Отец верит, они станут развитой территорией. Пока расширяется плантация кокосовых пальм, со временем можно будет развивать и другие виды промышленности. Возможно, и корабли будут заходить к нам чаще, чем раз в два месяца. Но главная мечта отца — найти способ лечения тропической лихорадки.

34
{"b":"12159","o":1}