1
2
3
...
36
37
38
...
89

– Я не желаю более того, что в силах завоевать.

– И ты веришь, что сохранишь привязанность королевы меня в придачу?

– Леттис, ты хочешь меня. Неужели ты думаешь, что я этого не знаю?

– Я нахожу тебя достаточно привлекательным и предлагаю это.

– А что твоя жизнь с Уолтером Деверо? Он – неудачник, не подходит тебе. Признай это.

– Но он был мне хорошим мужем.

– Хорошим мужем? Какова была твоя жизнь с ним? Самая красивая женщина двора, прозябающая в деревне!

– Я могла бы быть при дворе, не оскорби я чувств Ее Величества вниманием ко мне ее фаворита.

– Нам нужно быть осторожными, Леттис. Но помни: я женюсь на тебе.

– Как и когда? – Я рассмеялась. – Я больше не наивная молодая дурочка, какой я была. Я никогда не забуду, как ты предал меня и позволил сослать, когда она послала за мною, намекнув, что знает о твоем неравнодушии. Ты повел себя так, будто я – пустое место для тебя!

– Я был глупцом, Леттис.

– О, никогда не поверю! Ты был мудр. Ты хорошо знал, где искать выгоды.

– Она – королева, моя дорогая.

– Не я – твоя дорогая, Роберт. Это – она с ее короной.

– Ты неправа. Она – повелительница, и мы все обязаны ей подчиняться. Поэтому мы должны льстить ей и трепетать перед ней. Вот отчего положение таково, каково оно есть. О, Леттис, как ты не понимаешь меня! Я никогда не забывал о тебе. Я тосковал по тебе, мечтал о тебе. Все эти годы… а теперь ты вернулась – и прекраснее, чем прежде. В этот раз мы не должны разлучиться.

Он начинал одерживать надо мной верх, хотя я лишь наполовину верила ему. Однако как мне хотелось поверить!

– А что, если она поступит по-другому?

– Мы перехитрим ее.

Мысль о том, что мы будем с ним союзниками против королевы, охватила меня дерзким восторгом. Он очень хорошо знал мои слабости, а я уже изучила его. Не было и сомнения, что мы с ним созданы друг для друга.

Я рассмеялась:

– Я бы желала, чтобы она услышала тебя сейчас.

Он рассмеялся тоже, так как понял, что одержал победу.

– Мы будем вместе, я обещаю тебе это. Я женюсь на тебе.

– Но это невозможно.

– Говорю тебе, что я решил, и я сделаю это.

– Не все в вашей воле, милорд. Вспомните, однажды вы уже решили жениться на королеве.

– Королева предубеждена против брака. – Он вздохнул. – Я пришел к выводу, что она никогда не выйдет замуж. Она играет этой мыслью; ей нравится быть окруженной поклонниками. Если бы она когда-либо решилась выйти замуж, она остановила бы выбор на мне. Но ее сердце закрыто для брака.

– Так по этой причине ты вспомнил обо мне?

– Давай посмотрим правде в глаза, Леттис. Если бы она пожелала, я бы женился на ней – конечно, я бы женился. Не использовал бы такой шанс только дурак. Я бы стал королем во всем, кроме имени. Но и это не помешало бы мне любить прекраснейшую, несравненную леди Эссекс. Ах, Бог мой, Леттис, как я желаю тебя! Я желаю только тебя. Я желаю, чтобы ты была моей женой. Я хочу видеть наших общих детей… сына, который носил бы мое имя, продолжил бы мой род. Я не успокоюсь, пока не достигну этого. Я сделаю все для того, чтобы однажды это осуществилось.

Не знаю, поверила ли я ему, – но как мне хотелось поверить!

А когда он говорил так уверенно, я поневоле уносилась вслед за его мыслью в мечтах. Он обладал даром убеждения, он мог «выговорить» сам себя из любого затруднения, из любой опасной ситуации, и так, видимо, часто бывало в его отношениях с королевой. Немногие в такой опасной жизни оставались бы невредимыми, как Роберт.

На следующий день я была настороже, приглядываясь, не заметил ли кто нашего совместного отсутствия ночью? Но никто не смотрел на меня с любопытством либо вопросительно. Я пришла ночью в свою спальню незамеченной, Роберт, по всей видимости, тоже. Мои дети были возбуждены всем, что творилось в замке, прислушиваясь к их разговорам, я поняла, что они уже очарованы Робертом. Трудно было сказать, кого они обожали более: королеву или графа Лейстера. Королева, конечно, казалась им недоступной, но она настояла, чтобы дети были ей представлены, и задала им несколько вопросов. Я была очень горда, когда увидела, с каким умом и тактом они отвечают ей. Ясно было, что она завоевала их, как было с большинством детей: она неподдельно их любила.

Был эпизод, когда вдруг граф Лейстер пропал и никто не мог его найти. Королева послала за ним, но безрезультатно. Я в это время была с нею, и ее растущие нетерпение и гнев стали беспокоить меня. Мне не хотелось, чтобы мои усилия пропали даром, а визит ко мне королевы был бы испорчен. Более того, я становилась столь же подозрительной, как и она. Воспоминания о нашем свидании все еще жили во мне. Я так ярко представляла себе, что мы женаты, что мне начинало казаться, будто этот дом – наш с Робертом. В такие минуты я представляла, что была бы полностью удовлетворена, оставаясь в провинции вместе с Робертом Дадли.

Но где же он? Дуглас Шеффилд не было в замке, однако не было ли среди свиты другой красотки, с которой он тайно встречался и на которой также обещал жениться, всегда надеясь на то, что королева снизойдет до разрешения для него на женитьбу, и на то, что муж очередной его пассии будет удобно и вовремя убран с пути?

Королева пожелала сама поискать его в саду. Она подозревала, что он там с кем-то из женщин и что она поймает его на месте преступления. Догадываюсь, каков был бы ее гнев – мой был бы не меньше.

И тут произошла странная вещь: едва мы ступили в сад. мы увидели его. Он не был об руку с красивой женщиной – на руках он держал моего младшего сына Уолтера. Другие мои дети тоже были с ним. Милорд Лейстер выглядел чуть менее великолепно, чем всегда: одна щека его была вымазана в грязи, так же, как и рукав.

Я увидела, как на глазах помягчела и успокоилась королева, как она вполголоса хихикнула. Она крикнула ему:

– Милорд Лейстер, я вижу, стал коноводом и воспитателем!

Увидев нас, Роберт поспешил нам навстречу, поставил Уолтера на ноги и поклонился сначала королеве, а затем мне.

– Полагаю, Ваше Величество не нуждались во мне за время моего отсутствия, – сказал он.

– Мы недоумевали, что с вами произошло. Вы отсутствовали два часа подряд.

Как он умел держаться! Он видел перед собой свою сиятельную любовницу и другую любовницу, с которой так недавно был занят любовной страстью, и все же никто не мог бы заподозрить сути отношений между нами.

Мой Роберт подбежал к королеве. И сказал в запале:

– Вот этот Роберт… – он слегка запнулся, и, указывая на графа Лейстера, продолжил, – …говорит, что никогда не видел сокола, который смог бы сравниться с моим. Я хотел бы показать его вам.

Королева протянула ему руку, и мой сын, взяв ее белые тонкие пальцы в свои грязные пальчики, потянул ее вперед.

– Пошли. Покажем ей, Лейстер, – кричал он. Я сказала:

– Роберт! Ты забываешь, с кем разговариваешь. Ее Величество…

– Ничего, пусть покажет, – сказала королева мягким голосом, и глаза ее были нежны. Она всегда любила детей, и они сразу же это понимали. – Меня ждет ответственное задание: мистер Роберт вместе со мной осмотрит сокола.

– Он слушается только меня, – сказал ей с гордостью Роберт.

Он встал на цыпочки, и королева склонилась к нему, чтобы он мог ей прошептать:

– Я скажу ему, что Вы – королева, тогда он Вас послушается. Но я не могу обещать.

– Посмотрим, – заговорщицки сказала ему королева.

А затем последовал забавный спектакль, когда мой Роберт тащил королеву за руку по траве, болтая о лошадях, собаках – всех их он собирался показать ей. Мы шли следом; Лейстер уже видел и лошадей, и собак.

Да, она была великолепна, я должна признать это. Она выглядела среди детей, как девочка. При всем этом она была слегка печальна. Я догадывалась, что она завидует мне, моей семье, тому, что я имею детей. Девочки, старше возрастом, держались отстраненно и делали это совершенно правильно, поскольку слишком много фамильярности от них не потерпели бы. Во всяком случае, именно мой старший сын завоевал любовь и симпатии королевы.

37
{"b":"12160","o":1}