ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Стройность и легкость за 15 минут в день: красивые ноги, упругий живот, шикарная грудь
Рой
Лохматый Коготь
Эволюция разума, или Бесконечные возможности человеческого мозга, основанные на распознавании образов
Ловушка архимага
SuperBetter (Суперлучше)
Кодекс Прехистората. Суховей
Зона Посещения. Расплата за мир
Там, где цветет полынь

– Непослушание королеве?!

– Я использую тактику, которой она сама так успешно пользовалась в юности – притворюсь больным.

Так Роберт сделал вид, что готовится к отъезду, но перед самым отъездом пожаловался, что чувствует неодолимую боль в ногах и что они сильно опухли. Предписанием его докторов всегда в таких случаях было оставаться в постели; так он и сделал, однако послал к королеве с уведомлением, что получил предписание, но просит его извинить, поскольку он прикован болезнью к постели и не может в эти несколько недель предпринять путешествие из Уонстеда.

Пришлось оставаться и в самом деле в постели, ибо со стороны злопыхателей была опасность, что они донесут королеве совсем не те сведения. А какие могли быть у нас надежные друзья?

К счастью, я была в доме, когда вдали показалась кавалькада. Королевский штандарт реял в воздухе: я в ужасе поняла, что она на всех парах скачет к новоявленному инвалиду.

Оставалось время как раз только на то, чтобы убедиться, что из спальни убраны все предметы, которые могли бы изобличить присутствие женщины, и постараться самому «больному» принять возможно более болезненный вид.

Зазвучали трубы: королева прибыла в Уонстед.

Я услышала ее голос: она потребовала, чтобы ее незамедлительно провели к графу. Она желала убедиться в его состоянии, поскольку очень волновалась за него.

Я закрылась в одной из небольших комнат, откуда могла слышать, что происходит. Я волновалась, что будет значить в нашей жизни сей визит, и одновременно была очень зла: я, хозяйка дома, сидела взаперти и не могла появиться.

У меня было несколько доверенных слуг, и я послала одного из них за новостями.

По сведениям, королева была с графом, выражая большую печаль по поводу его болезни. Она не могла доверить никому ухаживать за ее дорогим другом. Она решила остаться в комнате больного и велела приготовить ей Королевский кабинет на случай, когда он ей понадобится.

Я была в отчаянии: так то не был краткий визит!

Какая странная ситуация: я, хозяйка, не имела права показаться в своем собственном доме.

Прислуга забегала. Я слышала, как королева кричала какие-то приказания. Полагаю, Роберту более не было необходимости изображать что-либо, так как он в самом деле сделался больным из-за волнения. Он не знал, что со мной и будет ли раскрыто мое присутствие в доме.

Я благодарила Бога за то, что Роберта так многие страшились, по крайней мере, они остерегались выдать королеве истинное положение дел. Так же, как королева могла сбросить его с пьедестала, так же и он мог свершить страшную месть над виновником.

Более того, у Роберта была зловещая репутация. Люди до сих пор помнили Эми Робсарт и скоропостижно скончавшихся графов Шеффилда и Эссекса. Я знала, что некоторые даже шептались о том, что врагам и недругам графа Лейстера лучше не обедать с ним за одним столом.

Оказалось, я не напрасно боялась предательства.

Но более всего меня в тот момент мучила проблема, небезопасно ли мне оставаться спрятавшейся в доме или лучше уехать. А если я уеду и буду замечена, то поднимется буря.

Я решила оставаться и молила Бога, чтобы визит Елизаветы оказался кратким. Теперь я часто смеюсь, вспоминая те времена, но тогда мне было не до смеха. Еду мне приносили, так как я не могла выйти. Моя преданная горничная постоянно подсматривала и подслушивала.

Елизавета оставалась в Уонстеде две ночи и два дня, и лишь когда из крошечного окошка верхней комнаты я увидела удаляющуюся кавалькаду, я решилась выйти.

Роберт был в постели и в превосходном настроении. Королева была внимательна и настаивала на том, чтобы самой ухаживать за ним, и заверяла его в своей неизменной любви. Она пожурила его за то, что он не заботится о своем здоровье.

Он был уже уверен, что она не выйдет замуж за француза, а также в том, что его позиции при дворе останутся, как прежде, твердыми.

Я подчеркнула, что она могла бы быть оскорблена и уязвлена, услышав о его женитьбе, так как не утеряла своего чувства к нему, но он был настолько доволен тем, что он все еще в фаворе, что отказался быть подавленным.

Теперь, когда опасность миновала, как мы вместе с ним смеялись над происшествием! Но проблема осталась: однажды она узнает.

Роберт был все еще в Уонстеде, когда до нас донеслась весть, что в Гринвиче произошел случай, который мог бы стоить королеве жизни.

Оказалось, что Симье препровождал королеву к ее баркасу, когда один из стражников произвел выстрел. Королевский капитан баржи, стоявший всего в полутора метрах от Елизаветы, упал, раненный в обе руки, обливаясь кровью.

Стрелявший немедленно был схвачен, а королева обратила все свое внимание на капитана. Когда она убедилась, что ранен он не смертельно, она сняла с себя шарф и приказала перевязать ему руку, так чтобы кровь не хлестала потоком. Сама она склонилась к нему и просила у него прощения за невольную свою вину: она была уверена, что пуля предназначалась ей.

Стрелявший – некий Томас Эпплтри был оттащен в сторону, а королева продолжила, как ни в чем не бывало, свою беседу с Симье.

Случай обсуждался по всей стране; когда Томаса Эпплтри посадили, он заявил, что не имел намерения стрелять и что выстрел произошел по несчастной случайности.

Королева, как всегда, милостивая к самым униженным, сама посетила его в камере и провозгласила, что верит Томасу и тому, что он говорит. Он пал при ней на колени и со слезами на глазах молил ее о том, чтобы иметь возможность послужить ей, ибо только одно это желание он и имел за всю жизнь.

– Я верю ему, – сказала королева. – Это был несчастный случай. Я велю твоему хозяину, мой верный Томас, взять тебя на службу обратно.

Затем королева позаботилась о том, чтобы случайно простреленный капитан ни в чем не нуждался, а так как он вскоре поправился, то инцидент вскоре был забыт.

Забыли, но не все. Многие помнили, что граф Лейстер ссорился с королевой из-за паспорта герцога д'Анжу. Симье пожаловался, что Лейстер сделал все, чтобы миссия провалилась, и ввиду дурной репутации Роберта вскоре стали намекать, что именно он организовал покушение на Симье.

Симье полностью поверил в это и решился на месть. Мы поняли, какого рода будет месть, когда граф Сассекс приехал в Уонстед.

Томас Рэдклиф, третий граф Сассекс, не был другом Роберта. На деле между ними существовало ярое соперничество, так как Роберту было известно, что Сассекс порицает отношения его с королевой и те блага, что она Роберту даровала.

Сассекс был столь же честолюбив, как и все мужчины, увивавшиеся вокруг королевы, но любил говорить о том, что единственным его мотивом было желание служить ей и он будет ей служить, даже если для этого придется принести ей определенные неприятности. У него не было ни воображения, ни шарма и он, конечно, не входил в число фаворитов Елизаветы. Но она ценила его за честность, так же, как ценила Берли за его мудрость. Она не расставалась ни с тем, ни с другим, и, несмотря на частый гнев на Рэдклифа и брань, обращенную на Берли, она принимала советы и того, и другого.

Сассекс торжествовал: он привез новости о том, что Симье, взбешенный предполагаемым покушением на его жизнь со стороны Лейстера (в котором, впрочем, он был совершенно убежден), сказал королеве, что лишь ей одной все еще неизвестно о браке Роберта со мной.

Роберт попросил меня выйти к ним, ибо теперь не было никакой причины скрываться. Я вышла к Сассексу.

– Вы попали в большую беду, Лейстер, – сказал Сассекс. – Я еще не видел королеву в таком бешенстве.

– Что она сказала? – спокойно спросил Роберт.

– Сначала она не могла поверить. Кричала, что это ложь. Онa говорила: «Роберт никогда не сделает этого. Он не посмеет». Потом назвала вас предателем и сказала, что вы предали ее.

Роберт запротестовал:

– Она отвергла меня. В этот самый момент решается ее вопрос с замужеством. Почему моя женитьба представляется ей столь важной?

– Она не слушает доводов. Говорит, что посадит вас в Тауэр. Она сказала, что вы сгниете в Тауэре, и она будет рада этому.

50
{"b":"12160","o":1}