ЛитМир - Электронная Библиотека

Плащ Эссекса, я помню, был расшит золотым кружевом, но какая разница, как он был одет? Он во всем бы выглядел исключительно эффектно. Он носил одежду с равнодушием, которое изобличало его природную элегантность. Я с восторгом вспоминаю его решимость не быть причисленным к королевским фаворитам.

В сущности, он не скрывал своего презрения к мужчине, который позволял кому-либо пренебрежительно и оскорбительно обходиться со своей женой, пусть даже и королеве.

Он подозревал о намерениях Лейстера, а я уже знала их в полной мере. Я давно обнаружила в муже желание дружбы с моим любимцем, но теперь, после опубликования «Трактата о деяниях», я находила иные мотивы, скрытые Лейстером за родственным интересом. Он насаждал всюду своих родственников, и они начинали крутиться вокруг него и служить его интересам.

Я была слегка обижена. Я не желала, чтобы моего сына использовали. Возможно, у меня уже появились какие-то предчувствия. Но я сама подавила свои страхи. Мне было любопытно, как примет его королева и сможет ли Лейстер заставить юного Роба плясать под свою дудку.

Перед приездом Лейстера я сказала своему сыну, что тот желает с ним поговорить. Эссекс прямо и резко отвечал, что не интересуется проблемами двора.

– Но ты должен быть любезен с членами семьи, – упрекнула я.

– Мне не нравится сложившееся положение, – отвечал он. – Лейстер проводит все дни при дворе, зная, что королева никогда не примет тебя.

– У него есть другие обязанности, и он не занимается там чепухой. У него много постов в правительстве.

Он был упрям:

– Если тебя не принимают при дворе, он должен был бы отказаться бывать там.

– Роб! Но это же королева.

– Все равно. Лейстер в первую очередь должен быть предан тебе. Меня бы оскорбило, если бы при мне тебя унижали.

– О, Роб, милый, как я обожаю тебя за твое безрассудство! Но он не сможет ничего сделать. Пожалуйста, пойми. Королева ненавидит меня за то, что я вышла за него замуж. Она настроена разлучить нас. Ты должен понять, что для него было бы губительно не подчиниться ей.

– Если бы я был на его месте… – пробормотал Роб, сжимая кулаки, и этот жест заставил меня засмеяться счастливо и нежно! Как прекрасно иметь такого защитника!

– Ты слишком долго жил в провинции, – сказала я. – Лейстер обязан королеве именем и состоянием… будешь обязан и ты.

– Я?! Тебе никогда не удастся сделать из меня придворного. Я предпочитаю достойную жизнь в провинции. Я научился ей в поместье Берли. Но видеть, как старый мудрый советник трепещет под командой женщины! Увольте, это не для меня. Я предпочитаю свободу и независимость. Я проживу жизнь так, как я хочу.

– Не сомневаюсь, мой сын. Но пойми же, наконец, что твоя мать желает тебе только наилучшего в жизни!

Он обернулся ко мне и обнял. Любовь к нему захлестнула меня.

Приехал Лейстер, шарм и добропорядочность были воплощены в нем.

– Как я рад видеть тебя! – закричал он. – Я хочу с тобой получше познакомиться! Ты теперь совсем мужчина. Ты ведь мой пасынок, а родственники должны держаться вместе!

– Совершенно согласен, – резко сказал Эссекс. – И это непростительно, когда муж при дворе, а жену там даже не принимают.

Я была поражена: я знала, что Эссекс всегда действует импульсивно, но разве он ничего не знает о могуществе Лейстера? Было неосторожностью оскорблять его. Или сын не читал «Трактат о деяниях»? Я не верила, что Лейстер нанесет вред моему сыну, однако становиться врагом его было опасно.

– Ты не знаешь характера королевы, Роб, – сказала я.

– И не желаю узнавать, – парировал он. Я видела, что уговорить его будет трудно.

Как всегда, я была восхищена тактом Лейстера. Неудивительно было, что он сохранил свое положение при дворе. Он снисходительно улыбнулся, не подавая виду, что этот юнец, который ничего не знал о жизни при дворе, раздражает его. Он был терпелив и мягок, и полагаю, Эссекс был этим немного обескуражен. Я видела, как меняется его мнение под вежливыми, любезными доводами Лейстера, который слушал речь моего сына внимательно и терпеливо. Я восхищалась Лейстером, как и прежде, и, глядя на двух этих мужчин, думала, как я счастлива, что они занимают место в моей жизни. Имя Лейстера внушало страх и благоговение всей стране, а имя Эссекса… возможно, однажды и с ним будет то же.

И я вновь чувствовала себя победительницей. Лейстер мог плясать под Ее дудку только оттого, что она – королева. Но я была жена. Я была женщина, которую он любил. И, ко всему, у меня был чудесный сын. Лейстер и Эссекс. Чего еще могла пожелать любая женщина?

Думаю, теперь Эссекс в растерянности недоумевал, где же тот злодей из Трактата, и уже в своей импульсивной манере решил, что этот трактат – бред, клевета. И, наблюдая за ними, я думала о том, какие же они разные – мой муж и мой сын, Два графа… Лейстер: умный, тонкий, осторожный и Эссекс: горячий, безрассудный на словах и в действиях.

Хорошо зная их натуры, я не находила удивительным, что в весьма короткое время Лейстер уговорил Эссекса поехать с ним к королеве.

Конечно, я было обижена, что не смогла присутствовать на этой презентации. Тогда бы я увидела, как ястребиные глаза королевы рассматривают моего сына, и наслаждалась бы произведенным эффектом.

Но мне пришлось выслушать новости из чужих уст.

Их рассказала мне Пенелопа.

– Конечно, мы все волновались: ведь в первую очередь она должна была вспомнить, что он – твой сын.

– И она все еще так же ненавидит меня? Пенелопа не ответила. Она не хотела огорчать меня.

– Был момент, когда она, казалось, пребывала в растерянности. Лейстер, весь воплощенное очарование, сказал: «Мадам, я бы просил оказать мне милость и позволить представить Вам моего приемного сына, графа Эссекса». Она взглянула на него и промолчала. Я думала, что сейчас она разразится тирадой, но этого не случилось.

– Тирадой… против Волчицы.

– Затем вошел Эссекс. Он высок, а ко всему еще и высокомерен на вид… и эта сутулость ему вполне к лицу. Я знаю его отношение к женщинам: мягкое, обходительное… по крайней мере, мы с вами знаем, миледи, что женщины ему нравятся. А королева – женщина. И между ними будто искра промелькнула. Я и прежде видела это – между нею и ее будущими фаворитами. Она протянула руку, и он поцеловал ее. Она улыбнулась, проговорив: «Твой отец был преданным слугой… я сожалею о его смерти. Слишком рано…», усадила его возле себя и стала расспрашивать его о провинции.

– А он? Был ли он любезен с нею?

– Он был очарован ею. Ты же знаешь ее. Можно ненавидеть ее за минуту до встречи, тайно…

– Это и должно держаться в тайне, – добавила я.

– …конечно, если ты умен. Но даже ненавидя ее, при встрече с нею нельзя не признать ее величия. Эссекс также почувствовал это. Его высокомерие слетело с него. Он будто влюбился в нее. Этого она и ждет от всех мужчин, но Эссекс не будет притворяться, как прочие, ты знаешь его. Так что с ним это было на самом деле. Я сказала:

– Итак, твой брат, похоже, попал в интимный круг королевы.

– Может быть, – задумчиво произнесла Пенелопа. – Он слишком юн, но, чем старше становится королева, тем более она предпочитает молодых.

– Но это в самом деле странно. Ведь он – сын женщины, которую она ненавидит более всего на свете.

– Он слишком красив, и это поможет ему преодолеть многие обстоятельства, – ответила Пенелопа. – Однако это в ее манере.

Я почувствовала, как холодный ужас охватывает меня. Она отберет у меня и сына. Знает ли она, как сильно я люблю его?

Но он не станет покорно подчиняться, как Лейстер. Он будет защищать меня. Он не позволит оскорбить моего имени, и в его присутствии она не сможет больше называть меня кличкой.

Следуя указаниям Лейстера, Эссекс произвел хорошее впечатление на королеву, и теперь она повернется от дерзкого Рейли к моему сыну. Он был отличен от других, и она не могла этого не заметить: молодой, открытый, честный.

О, сын мой любимый, думала я, неужели я сама позволила Лейстеру завлечь тебя в Ее паутину?

64
{"b":"12160","o":1}