ЛитМир - Электронная Библиотека

– А мне кажется, в это можно поверить. Он в гневе оттолкнул меня.

– Прекрати увертываться! Ты и Блаунт – любовники! Ведь так? Так?

– Я брошенная жена, – проговорила я.

– Будем считать, что ты ответила на мой вопрос. Не думай, что я это забуду. И не думай, что мне можно изменять безнаказанно. Я заставлю вас ответить за нанесенное мне оскорбление – и тебя, и его.

– Я и так уже расплачиваюсь за то, что вышла за тебя замуж. Королева, во всяком случае, с тех пор не принимает меня.

– И это ты называешь расплатой! Скоро тебе придется платить по более крупному счету!

Он стоял передо мной величественный и грозный, самый могущественный человек в стране. Зловещие слова, которые я когда-то читала и слышала о нем, замелькали перед моими глазами, убийца, отравитель… А если это правда? Я вспомнила о людях, которые вдруг умирали в самое удобное для него время. Было ли это простым совпадением?

Он любил меня. Когда-то я, действительно, много значила для него. Возможно, и сейчас он все еще меня любит. Он всегда приезжал ко мне, когда мог. Мы очень подходили друг другу физически. Когда-то мы были прекрасной парой. Но моя любовь к нему прошла, я «выросла» из нее, как из детской одежды.

И вот теперь он узнал, что у меня есть любовник. Желает ли он меня по-прежнему, я не знала. Он стал слаб и сам чувствовал свой возраст. Я думала, что он сейчас просто хотел отдыха и покоя. Но смотрел он на меня с лютой ненавистью – не сможет он простить мне измены.

Я вдруг поверила, что даже во время своих долгих отсутствий он не изменял мне. Он сопровождал королеву и был в ее свите, когда вернулся из Нидерландов, но я помню, как он желал тогда, чтобы я всегда была рядом, и следил, чтобы я всегда была одета не хуже королевы.

Да, я когда-то имела над ним власть, ибо он любил меня. Я была ему нужна. Он был очень привязан к своей жене – ровно настолько, насколько ему позволяла королева.

И вот я предала его. Я завела любовника и выбрала для этого человека низкого положения, слугу. Он никому не простил бы измены – изменить ему и избежать наказания было невозможно. Одно средство мне представлялось надежным: вести себя так, как будто моя измена – способ отомстить ему.

Должна ли я предупредить Кристофера? Нет, не стоит. Он может испугаться. Он ничего не должен подозревать. Я хорошо знаю характер Лейстера, а Кристофер – нет. Я знаю, как надо действовать, убеждала я себя.

– Я от многого отказался ради тебя, – медленно проговорил он.

– От Дуглас Шеффилд – это ты имеешь в виду? – спросила я, стараясь прикрыть испытываемый мною страх наигранной дерзостью.

– Ты знаешь, как мало она значила для меня. Я женился на тебе, не побоявшись ярости королевы.

– И она направила ее против меня. Не тебе бы этим гордиться.

– Но разве я мог быть уверен, что со мной ничего не случится? И все же я женился на тебе.

– А не мой ли отец заставил тебя это сделать, вспомни-ка!

– Да я сам очень хотел жениться на тебе. Я никого не любил так, как любил тебя.

– А затем ты без конца бросал меня.

– Только ради королевы. Я рассмеялась:

– Нас трое, Роберт – две женщины и один мужчина. И никакой разницы нет в том, что одна из нас королева.

– Нет, вся разница именно в этом. Я никогда не был ее любовником.

– Она не пускала тебя в свою постель. Я это знаю. Но все же ты ее любовник, а она твоя любовница, по-другому это не назовешь. Поэтому тебе не следует становиться судьей над другими.

Он схватил меня за плечи, его глаза пылали гневом и мне показалось, что он сейчас убьет меня. Но в глазах его было и отчаяние. Хотела бы я разглядеть, что там было еще. Похоже, он на что-то решился, я поняла.

– Завтра утром мы уезжаем, – вдруг сказал он.

– Куда же мы отправимся? Насмешливая улыбка искривила его губы:

– В Кенилворт.

– Мы…? – запинаясь, произнесла я.

– Ты и я, и твой любовник в числе прочей челяди.

– Я думала, ты приехал лечиться, принимать ванны.

– Потом, – ответил он. – Сначала в Кенилворт.

– А почему бы сейчас же не начать принимать ванны? Ведь для этого и послала сюда тебя твоя госпожа. Могу тебе сказать, что выглядишь ты не лучшим образом… ты очень болен.

– Да, я это чувствую, – проговорил он. – Но сначала я хочу отправиться с тобой в Кенилворт.

И он вышел.

Я была напугана. Я увидела его взгляд, когда он говорил о Кенилворте. Почему Кенилворт? Место, где мы встретились и страстно любили друг друга, где мы назначали друг другу тайные свидания, где ему так захотелось жениться на мне, даже с риском вызвать гнев королевы.

– Кенилворт, – произнес он, и зловещая улыбка искривила его рот. Я поняла, что какой-то жестокий план зародился в его голове. Что он собирался сделать со мной в Кенилворте?

Я легла в постель, и мне приснилась Эми Робсарт. Я лежала в постели, а кто-то подглядывал за мной из темных углов комнаты. Какие-то люди на цыпочках молча крались к постели… Какие-то голоса шептали мне: «Камнор Плейс… Кенилворт…»

Я проснулась, дрожа от страха, и все мои обостренные чувства убедили меня, что Роберт задумал какую-то ужасную месть.

На следующий день мы выехали в Кенилворт. Я ехала верхом, рядом с мужем, и, поглядывая на него украдкой, видела, как бледны его щеки, испещренные сеткой красных жилок. Его элегантный плотный воротник, его бархатный камзол, его шляпа с развевающимся пером не могли скрыть изменений, нанесенных ему болезнью. Несомненно, это был очень больной человек. Ему было почти шестьдесят, и он прожил весьма беспокойную жизнь, совсем не берег себя от всего того, что в свете почитается за проявления мужской доблести. И это сейчас дало себя знать.

Я сказала:

– Милорд, нам следует незамедлительно отправиться в Бакстон, ваше состояние таково, что целебные ванны вам просто необходимы.

– Мы едем в Кенилворт, – резко возразил он.

Но мы не доехали до Кенилворта. День приближался к концу, и я увидела, что Роберт с трудом держится в седле. Мы остановились в Райкотте, в доме семьи Норрис. Там он слег в постель на несколько дней. Я ухаживала за ним. О Кристофере Блаунте он не упоминал. Однако он написал письмо королеве, и мне хотелось узнать, сообщил ли он ей о моей неверности и, если сообщил, какое произведет на нее впечатление это известие. Я была уверена, что оно приведет королеву в ярость, ибо хотя она была и против нашего брака, но то, что я предпочла другого мужчину ее любимому Лейстеру, она воспримет как измену ей самой.

Я решилась прочесть письмо прежде, чем оно будет отправлено. Там не было ничего, кроме торжественных заверений в любви и преданности его обожаемой королеве. Я помню это письмо, вот оно слово в слово.

«Я должен нижайше просить прощения у Вашего Величества за то, что Ваш покорный старый слуга (в слове «покорный» он поставил по точке в центре каждой буквы «о» так, что получились как бы два глаза – этим он хотел напомнить королеве о том прозвище, каким она его наградила когда-то) осмеливается обеспокоить Вас этим посланием единственно с тем, чтобы узнать, как себя чувствует моя милостивейшая госпожа и нашла ли она облегчение от тех страданий, которые мучили ее последнее время, ибо для меня это наиважнейшая вещь в этом мире и я неустанно молюсь за ее здоровье и долгие лета. Что касается Вашего покорного раба, то я продолжаю принимать рекомендованные Вами лекарства и нахожу, что они помогают мне более всего, чем я до сих пор лечился. Надеюсь, что лечебные ванны меня совершенно излечат. Неустанно моля Бога хранить Ваше Величество, с нижайшим почтением целую Ваши ноги. Из Вашего старого владения Райкотт, куда я прибыл в четверг утром, обращается к Вам самый верный и почтительнейший слуга Вашего Величества.

Р. Лейстер»

В добавленном к письму постскриптуме он благодарил ее за присланный ему подарок, который он захватил с собою в Райкотт.

Нет, ни слова там не было о моем дурном поведении. А написать ей из Райкотта он решил потому, что это было их памятное место, где когда-то они часто останавливались. В здешнем парке они ездили верхом и охотились, здесь, в большом доме, они пировали, пили вино и играли в любовников.

73
{"b":"12160","o":1}