ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я поднимусь к ней, — сказала я.

Сестра полулежала на высоких подушках. Меня потрясло то, как она выглядела. Волосы уже не блестели, а стали матовыми, под глазами залегли большие тени. Но когда она увидела меня, ее лицо осветилось радостью.

— Кэролайн, ты приехала! Я бросилась к ней и обняла.

— Приехала сразу же, как только представилась возможность.

— Да, я знаю. Как это ужасно все… я имею в виду кузину Мэри.

— Да, — проговорила я, — мне было очень тяжело.

— Но она оставила тебе Трессидор.

— Я тебе все расскажу об этом.

— У тебя получится, Кэролайн. Ты умная. Не то что я…

— Нет… порой я бываю такой дурой… Но как ты-то? Как поживает моя крестница?

— Спит сейчас, наверное. Я доверила ее няне Ломан. И мисс Белл, конечно.

— Мы встретились с мисс Белл внизу.

Я встревоженно оглядела сестру. Она находилась уже в последней стадии беременности. Я знала, конечно, что женщины в таких обстоятельствах меняются, но… Оливия изменилась что-то уж очень сильно. Кожа приобрела восковой оттенок, лицо осунулось и, казалось, на нем остались одни только большие глаза, в которых был страх…Тревога за сестру на время вытеснила из моего сердца скорбь по кузине Мэри.

— Путешествие, должно быть, утомило тебя.

— Нисколько. Только вся покрылась пылью, как погонщик.

— Ты прекрасно выглядишь. Какие у тебя зеленые глаза! Я все время забываю их, а когда вижу, вздрагиваю от неожиданности и восторга! Кэролайн, ты ведь не собираешься сразу ехать, правда?

— Нет, что ты? Я останусь у вас надолго.

— Ступай в свою комнату, умойся и переоденься. Уверена, что тебе очень хочется это сделать. А потом мы с тобой поужинаем вместе. Здесь.

— С удовольствием.

— Хорошо. Иди, но возвращайся поскорее. Мне так много нужно сказать тебе.

Я оставила сестру на время и направилась в комнату, которая была мне так хорошо знакома. Первым делом разобрала свои вещи, затем умылась горячей водой, которую мне принесли. Переодевшись, вернулась к Оливии.

— Подойди, — улыбнулась она. — Сядь ко мне на постель.

— Извини, что не могла приехать раньше. Я уже совсем было подготовилась к отъезду, как тут этот несчастный случай…

— Да, знаю. Но я так ждала тебя, потому что чувствую тревогу…

Я внимательно посмотрела на нее и проговорила:

— Это я заметила.

— Я говорю о Ливии.

— А что такое?

— Я хочу быть уверенной, что с ней все будет хорошо.

— У тебя разве есть какие-то основания сомневаться в этом?

— Нет, она здоровая веселая девочка… Пока с ней все хорошо. Я просто хотела знать, что… если со мной вдруг что-нибудь случится, о ней позаботятся.

— Что ты имеешь в виду?.. Если с тобой вдруг что-нибудь случится?.. Страх сковал мое сердце. Я только-только увидела смерть близкого человека и не хотела столкнуться с этим снова… Никогда.

— Ну, если что-то случится. Со мной.

Я вдруг разозлилась. Не на сестру, а на судьбу.

— Когда люди говорят так, то имеют в виду смерть, — проговорила я резко. — Почему ты не называешь вещи своими именами?

— О, Кэролайн, ты такая прямолинейная! И всегда такой была. Впрочем, ты права. Да, я беспокоюсь, что если я вдруг умру… Что станет с Ливией?

— Какая чепуха! С чего это ты заговорила о смерти? Ты молода. Все идет хорошо. Не ты первая рожаешь.

— Не сердись. Мне просто нужно было, чтобы ты меня успокоила в этом отношении. Ведь ты ее крестная мать. Я хотела бы, чтобы ты забрала ее к себе. Теперь у тебя такая большая собственность, ты стала богатой женщиной… Тебе это будет не обременительно. Впрочем, я в любом случае отложила кое-что для Ливии и для тебя… чтобы вы могли быть вместе. Мы все устроили с адвокатами еще до того, как я узнала о твоем наследстве. Теперь же ты получила большое состояние. Я рада за тебя.

— И за этим ты звала меня?

Она утвердительно кивнула.

Я была ошеломлена. В душе бродили какие-то смутные предчувствия, но мне казалось, что я просто наслушалась чудоковатого Джеми. И тут это заявление… Я никак не ждала этого от сестры.

— Господи, Оливия, откуда у тебя такие мысли?

— Беременность — серьезное испытание. Я просто подумала…

— Не виляй, — резко перебила я. — Я хочу знать правду.

— Мне очень трудно пришлось, Кэролайн. Все говорят, что вторая беременность наступила слишком рано…Почти все время я лежу в постели. И однажды мне пришла в голову мысль о том, что всякое может случиться… То есть, что я могу умереть…

— Оливия, нельзя жить с такими настроениями.

— Я смотрю правде в глаза. Думала, что ты поймешь.

— Но при чем тут смерть?

Она коснулась своей груди и проговорила:

— Я чувствую что-то… вот здесь. — Я растерянно посмотрела на ее руку, а она продолжала: — Насчет того, что Ливию нужно будет отдать тебе, у меня не было никаких сомнений. Я тебе полностью доверяю. С тобой ей будет лучше, чем со мной…

— Вздор. Ребенку всегда лучше с родной матерью.

— Я думаю, не всегда. У меня уже не осталось сил, чтобы заботиться о ней. Я слабая и глупая. Ты любишь ее так же, как я, а во всем остальном ты лучше. Она такая милая…

— Хватит! — вскричала я. — Я не хочу тебя слушать! Все эти разговоры о смерти… Глупости какие! С меня этого достаточно. Я только что потеряла человека, который был мне очень дорог. А теперь терять еще одного? Нет уж!

— О, Кэролайн, я так рада, что ты приехала. Мы больше не будем об этом говорить. Но сначала дай мне слово. Ты ведь возьмешь к себе Ливию, правда?

— Я не хочу говорить об… — Дай мне слово, и я больше не стану поднимать эту тему.

— Хорошо, я заберу Ливию.

Она стиснула мою руку.

— Вот теперь мне спокойно на душе. Расскажи проКорнуолл. Не о похоронах, а о том, что было до и после. Как там Яго и Поль Лэндоверы? И тот пчеловод?

Я принялась рассказывать, пытаясь говорить в шутливом тоне. Делать это мне было нелегко, ибо стоило вспомнить то беззаботное время, когда рядом всегда была кузина Мэри, как внезапно накатывало страшное осознание того, что ее уже нет и не будет…

Утешением мне была только радость Оливии от встречи со мной. С улыбкой на лице она становилась почти прежней сестренкой.

Мы поужинали в ее комнате. Потом я пожелала ей спокойной ночи и ушла к тетушке Имоджин, которой, как мне передали, тоже хотелось меня видеть.

Она встретила меня несколько более уважительно, чем прежде, к тому же не стала напускать на себя своего грозного величия. То ли это объяснялось тем, что она старела, то ли тем, что теперь я стала богатой леди, с которой надо было считаться… Я не знала точно. С ней был дядя Гарольд, как всегда старающийся быть незаметным. Он встретил меня очень сердечно.

— Как ты поживаешь, Кэролайн? — спросила тетушка Имоджин. — Ты должна быть рада тому, как все повернулось.

— Я все еще ношу траур по кузине Мэри, — холодно напомнила я ей.

— Да, да, конечно… Так, значит, ты стала весьма состоятельной дамой.

— Пожалуй.

Дядя Гарольд вставил:

— Насколько я знаю, вы с кузиной Мэри были очень близки.

Я улыбнулась ему и утвердительно кивнула.

— Это была честная женщина, — проговорил он.

— Она не имела никаких прав на Трессидор, который, естественно, должен был перейти ко мне, — сказала тетушка Имоджин. — Я ближайшая родственница. Конечно, в любой момент можно будет оспорить завещание.

— Нет, Имоджин. Видишь ли… — начал было дядя Гарольд.

— Я могу оспорить завещание! — громко повторила она. — Но… словом, мы решили ничего не трогать.

— Я вступила во владение поместьем согласно последней воле кузины Мэри, — произнесла я. — Она научила меня управлять Трессидором, вести хозяйство…

— Управление поместьем не женское дело, — перебила тетушка Имоджин.

— Значит, и вам самой не пристало бы этим заниматься? — проговорила я.

— У меня есть муж.

Бедный дядя Гарольд! Он посмотрел на меня такими глазами, словно за что-то извинялся.

— Могу заверить вас, тетушка Имоджин, что благодаря усилиям кузины Мэри дела в поместье идут неплохо и чем дальше, тем лучше. Я собираюсь поддержать это.

84
{"b":"12161","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Наследник для императора
Ноль ноль ноль
Лагом. Шведские секреты счастливой жизни
Бодибилдинг и другие секреты успеха
Мой дикий ухажер из ФСБ и другие истории (сборник)
Дневник моей памяти
Дори и чёрный барашек
Звездное небо Даркана
Вилла мертвого доктора