1
2
3
...
36
37
38
...
86

— Джейсоном Веррингером, — сказал он.

— Можете немного поболтать, — закончила тетя Пэтти и исчезла.

— Я удивлена, что вы заехали сюда, — начала я.

— Давайте сядем, как предложила ваша тетя. Я заехал попрощаться. Я еду за границу и несколько месяцев не буду в Колби. Я чувствовал, что должен вам это объяснить.

— О?

— Вы удивлены? Я не хотел уезжать, не сказав вам.

Я не сводила глаз с лаванды, существенно поредевшей, поскольку Вайолит собрала большую ее часть, чтобы положить в маленькие мешочки для аромата в шкафах тети Пэтти.

— Я удивлена, что вы сочли необходимым приехать сюда.

— Ну, мы же особенные друзья, подумал я, и, учитывая все происшедшее, хотел поставить вас в известность. Я так недавно овдовел, а смерть кого-то, с кем прожито много лет, потрясает… даже когда ее ожидаешь. Я чувствую необходимость вырваться. У меня на континенте много хороших друзей, которых я навещу. Я проделаю своего рода Гран Тур — Франция, Италия, Испания… вот я и подумал, что было бы приятно сказать вам до свидания.

— Могу лишь отметить, что очень удивлена тому, что вы для этого приехали в такую даль. Смею предположить, со временем я услышала бы эту новость, вернувшись в школу.

— Ну конечно же я хотел, чтобы вы знали, что я уезжаю, и особенно то, с каким нетерпением я буду ждать встречи с вами по возвращении.

— Я неожиданно польщена. Вы останетесь к чаю?

— С восторгом. Разговаривать с вами — такое огромное удовольствие.

— Когда вы едете? — спросила я.

— На следующей неделе.

— Надеюсь, у вас будет интересное путешествие. Гран Тур — обычно ярчайшее впечатление в жизни молодого человека.

— Я не так уж молод и не ищу ярких впечатлений.

— Просто чувствуете потребность путешествовать после вашей потери. Понимаю.

— Когда люди умирают, ощущаешь некоторое беспокойство.

— Вы имеете в виду… совесть?

— Хм. Полагаю, с этим тоже приходится разбираться.

— Надеюсь, ваша не окажется слишком устрашающим противником.

Он засмеялся, и я не смогла удержаться и засмеялась вместе с ним.

— Как хорошо с вами, — сказал он. — Насмехаетесь надо мной, не так ли?

— Простите. Мне не следовало… такая тема.

— Я знаю, что обо мне ходят сплетни. Но хочу, чтобы вы помнили, что сплетня — лживая шельма… очень часто.

— О, я не замечаю сплетен.

— Чепуха. Все замечают сплетни.

— Но, несомненно, вы последний человек, которого они могут заботить.

— Только эффект, который они могут возыметь на кого-то, на кого пытаешься произвести впечатление.

— Вы хотите сказать, что пытаетесь произвести впечатление на меня?

— Да… самым пылким образом. Я хочу, чтобы вы задумались над тем, что я могу быть не столь черен, как меня описывают, хотя последнее; чего мне хотелось бы, это чтобы вы считали меня святым.

— Заверяю, это было бы очень трудно. Мы снова засмеялись.

— Мы провели тогда замечательный вечер вместе, — мечтательно сказал он.

— Было очень мило с вашей стороны позволить нам с Терезой остаться в Холле. Сейчас Тереза с нами.

— Да. Я слышал, что вы увезли ее с собой.

— Очень скоро они все придут к чаю.

— Мне очень хотелось бы еще поговорить с вами. Я много хочу сказать.

— А вот и Тереза, — продолжала я. — Тереза, у нас посетитель. Вы знакомы с сэром Джейсоном?

— Конечно, — сказала Тереза. — Он дядя Фионы и Юджини.

Джейсон рассмеялся.

— Я добился славы в глазах Терезы, — сказал он. — Дядя Фионы и Юджини! Конечно, это лишь отраженная слава.

— Приятно быть узнаваемым, неважно по какой причине, — сказала я.

Появились тетя Пэтти и Вайолит, и чай был подан.

Разговор шел о деревенской жизни, и описания тети Пэтти были уместны и забавны. Тереза угощала, словно дочь в семье, и я заново была потрясена переменой, которая произошла в ней. Это была приятная традиционная сцена: чай на лужайке и гость, которому случилось проезжать мимо и который решил заглянуть.

Но я не могла избавиться от ощущения странности его присутствия и пыталась определить настоящий мотив его визита. Конечно, повидаться со мной. Но почему? Я была несколько раздосадована собой оттого, что находила этот вопрос чрезвычайно волнующим. Тетя Вайолит спросила, приехал ли он на поезде в три сорок пять, и он сказал, что да.

— Тогда вы захотите попасть на шестичасовой.

— Если только не проведете какое-то время здесь, — вставила тетя Пэтти. — Когда мы жили в Грантли, мы могли бы поселить вас у себя. Здесь, увы, нам не хватает комнат. Конечно, есть «Королевский герб» в самом Молденбери.

— Я слышала, кормят там плохо, — сказала Вайолит.

— Но у них замечательный ростбиф, — добавила тетя Пэтти. — Они славятся этим блюдом.

— Я действительно попросил, чтобы экипаж прибыл за мной без четверти шесть, — сказал он.

— В таком случае у вас осталось не так много времени, — сказала тетя Пэтти. — Корделия, почему бы тебе не показать сэру Джейсону сад.

— Какая превосходная идея! — сказал он.

— Сейчас он не в лучшем виде, — вставила Вайолит. — Самое хорошее время — ранняя весна. Сейчас цветы обретают усталый вид. В этом году солнце было особенно яростным.

— Я уверена, что Корделия найдет что-нибудь приятное, чтобы показать нашему гостю, — сказала тетя Пэтти. — Пойдем, Тереза, помоги мне с подносом. Вайолит позаботится об остальном.

— Вы должны позволить мне отнести поднос, — сказал Джейсон.

— Подите, подите, — сказала тетя Пэтти. — Если бы вы знали количество подносов, которые я в своей жизни переносила…

— Полагаю, астрономическое, — сказал сэр Джейсон, подхватывая поднос. — Теперь без лишних споров покажите мне дорогу.

Тетя Пэтти вразвалочку проковыляла вперед. Улыбаясь про себя, я смотрела, как они исчезают в доме.

Через несколько мгновений он был снова рядом со мной.

— Какая очаровательная дама ваша тетушка! Так весела… и так тактична.

— Тогда пойдемте. Я покажу вам сад.

Несколько секунд он шел молча. Я сказала:

— Этот участок обрабатывает Тереза. Она очень изменилась. Бедное дитя, она чувствовала себя нежеланной.

— Мне будет недоставать вас, — сказал он.

— Недоставать меня? Вы говорите так, словно видите меня каждый день. Мы встречались всего несколько раз… и сколько времени прошло с тех пор, как это случилось в последний раз?

— Я чувствовал, что каким-то образом вы мною недовольны.

— Недовольна? Я несколько раз поблагодарила вас за гостеприимство в отношении Терезы и меня.

— Наш счастливый вечер был прерван довольно резко.

— О да… когда прибыла ваша подруга. Я вполне это поняла.

— Думаю, что нет.

— Ну, это было неважно. Еда была окончена, и я думала, что пора вернуться к Терезе.

Он вздохнул.

— Я хотел бы объяснить вам многое.

— Нет никаких оснований, почему бы вам делать это.

— Есть. Когда я вернусь, мы должны будем встретиться. Я отчаянно хочу, чтобы мы были добрыми друзьями. Я так много хочу поведать вам.

— Что ж, надеюсь, ваша поездка будет приятной. Экипаж скоро прибудет. Не следует опаздывать на поезд.

Он положил руку на мою.

— Когда я вернусь, я хочу поговорить с вами… серьезно. Видите ли, прошло еще немного времени после… и есть еще определенные трудности, которые я должен уладить. Корделия, я вернусь, и тогда…

Я избегала его взгляда.

— О, вот и Вайолит, — сказала я. — Наверняка, она за вами. Это значит, что станционный экипаж прибыл.

Я крикнула:

— Мы идем, Вайолит. Экипаж прибыл, не так ли?

Я прошла вместе с ним через лужайку. Он крепко держал меня за руку и пытался что-то сказать. Он просил меня подождать его возвращения, когда он будет в таком положении, которое позволит продолжать наши отношения. Так он вел бы себя с любой девушкой. Но мне казалось странным, что он приложил особые усилия для того, чтобы сказать мне о своем отъезде.

Мы стояли и махали ему, пока экипаж не исчез.

37
{"b":"12162","o":1}