ЛитМир - Электронная Библиотека

— Очень. И я знаю, что ваш ко мне интерес направлен к одной цели.

— Вы правы.

— И цель эта — соблазнить. У вас отработаны формулы? Эта для Марсии Мартиндейл. Эта для мисс Лайонс. Теперь Корделия Грант. Какой номер для нее?

— Вы очень циничны. Неужели вы не верите, что я могу испытывать какие-то глубокие чувства?

— Нет.

— Моя дорогая девочка, я в восторге от вас, вы знаете. В самом деле, я бы женился на вас.

— Не действуете ли вы несколько поспешно? Учительница без гроша за душой…

— Я не нуждаюсь в деньгах.

— Я тоже. Я довольна тем, что имею. Так что видите, бесполезно заманивать меня сюда в вашей сатанинской манере и показывать мне все те богатства, которые могли бы быть моими.

— Всем нравится богатство.

— С деньгами можно многое сделать, это так. Но в данном случае подумайте о цене, которую пришлось бы заплатить, чтобы стать леди Веррингер и украшать ваши залы. Вы!

— Вы неубедительны. Вы же дрожите от возбуждения, думая о такой перспективе.

— Это не возбуждение, — возразила я. — Это ярость. Я поднялась, но он крепко ухватил меня за руку и вынудил сесть.

— Вам известна моя проблема. Мне нужен наследник. Сын…

— Об этом я тоже слышала.

— Я хочу сына. Я бы женился на вас, если бы вы родили мне сына.

Я уставилась на него, не веря собственным ушам, потом сказала:

— О… Теперь я понимаю. Вы желаете доказательства, прежде чем свяжете себя словом. Как предусмотрительно! Другие люди женятся и надеются на рождение детей, но этот путь не для Веррингеров. Я права? — я расхохоталась. — Это помимо моей воли, — продолжала я. — Я просто представила ваших избранниц… содержащихся в Грачином Стане, пока они не покажут, на что способны. Вроде гарема или пьесы периода Возрождения. Вообразите только…

Он пытался не засмеяться, но не удержался, и мы оба посмеялись. Я сказала:

— Это будет чрезвычайно забавно. В настоящее время у вас там лишь одна. Очень скромно. Я представляю их на разных этапах. Кто же произведет на свет мальчика и получит приз? Бедная Марсия. У нее всего лишь девочка. Какая жалость!

Я воспользовалась случаем и устремилась к двери. Он оказался там раньше меня и прислонился к ней спиной, лицом ко мне. Он сказал:

— Корделия, я хочу вас. Я все больше влюбляюсь с каждой новой встречей. Это для меня важно.

— Мне хотелось бы присоединиться к мисс Барстон.

Он отошел в сторону, и я попыталась открыть дверь. Она была заперта.

Я повернулась к нему; он улыбался, и я подумала: «Да они и в самом деле сыновья дьявола». Теперь я была действительно испугана, потому что видела решимость в его лице, и знала, что он способен даже… на это.

— Ну, — сказал он насмешливо. — Теперь что?

— Вы отопрете эту дверь, — сказала я, стараясь говорить твердо, но, боюсь, несколько неубедительно.

— Нет, мисс Грант, не отопру.

— Сейчас же выпустите меня отсюда.

— Нет, мисс Грант.

— Вы заманили меня сюда.

— Вы добровольно пришли сюда с моей экономкой.

— Кто она… своего рода сводня?

— Она подчиняется моим желаниям, чего я жду от всех своих слуг. Теперь вы не так спокойны, верно, Корделия? Не чувствую ли я мурашек предвкушения? Я покажу вам, кем вам предназначено быть. Мы извлечем эту чудесную страстную женщину. Мы позволим ей отбросить в сторону чопорную учительницу.

— Вы тотчас выпустите меня отсюда.

Он покачал головой.

— Я так давно хочу вас, хочу вас… взаимно желающую.

— Желающую? Вы полагаете…

— Когда вы узнаете, какой счастливой я могу вас сделать, да. Но вы довольно упрямы, не так ли? Этот фасад школьной воспитательницы очень внушителен. Я начал понимать, что должен помочь вам прорваться.

С дрожью в руках я взглянула на приколотые к блузке часы.

— Всегда время! — сказал он. — Какое нам дело до времени в подобных случаях?

— Мне пора уходить.

— Еще нет.

— Неужели вы не понимаете…

— Я понимаю одно. Это наваждение. Я хочу вас, и раз уж вы настолько упрямы, что отворачиваетесь от того, что лучше всего для вас, мне придется настоять на том, чтобы привести вас в чувство.

— Я вас ненавижу, — сказала я. — Неужели вы этого не видите? Вы ждете, что любая женщина бросится к вам в объятия. Но не эта. А если вы посмеете ко мне прикоснуться, вы поступите как преступник, и я позабочусь о том, чтобы вы понесли за это наказание.

— Сколько огня! — поддразнил он. — Какая ярость! Корделия, мы с вами любим друг друга…

— С моей стороны ненависть, — прошипела я.

— Если вы будете сопротивляться… сопротивляйтесь. Но вы скоро увидите, насколько я сильнее вас. Ну же, позвольте снять ваше пальто. Вы раскраснелись, похоже, вам жарко. Моя дорогая, любимая Корделия, вы будете так счастливы… Мы оба будем.

Он силой снимал с меня пальто. Я ударила его ногой, и он засмеялся.

— Неужели вы действительно на это способны? — заикаясь, проговорила я. — Я не одна из ваших служанок, знаете ли, или из ваших арендаторов, которые боятся пойти против вас. Моя семья отомстит за это, и я тоже. Изнасилование карается законом, Джейсон Веррингер, это верно даже для людей вроде вас.

Он взял меня за плечи и засмеялся, глядя на меня.

— Я буду утверждать, что вы пришли сюда по доброй воле, что вы провоцировали меня, обольщали меня — и это правда.

— Вы дьявол.

— Я предупреждал вас о своем великом предке.

Внезапно захватив его врасплох, я вырвалась и подбежала к окну. На этом окне решетки не было. Он был совсем близко, и в отчаянии я голыми руками ударила по стеклу.

Стекло разбилось. Кровь потекла в рукава, забрызгивая корсаж платья.

— О Бог мой! — воскликнул он, придя в себя. — О Корделия, — почти грустно продолжал он. — Вы так сильно меня ненавидите?

Я была сбита с толку. Мои эмоции были так перепутаны, что я не понимала, что именно чувствовала. Я боялась его, да, но в то же время я хотела быть с ним. Я отказывалась допускать эту мысль, но я знала, что половина меня хотела, чтобы он отнес меня в комнату с зарешеченным окном. И, однако же, я совершила эту тщетную попытку освободиться, разбив окно. Я была поставлена лицом к лицу с фактом, что не знаю себя.

Он смотрел на мои кровоточащие руки, и его настроение снова изменилось. Теперь он был сплошная нежность. Он сказал:

— О Корделия, моя дорогая Корделия!

И на несколько мгновений прижал меня к себе. Я отстранилась. Я чувствовала, что по щекам у меня текут слезы. Мне хотелось, чтобы он крепко обнимал меня и говорил, что в каком-то отношении знает меня лучше, чем я сама. Я не та практичная учительница, которую я изображаю. Во мне есть часть, которая жаждет вырваться на свободу.

Он взял меня за руки.

— Ими нужно заняться немедленно, — сказал он.

Он обнял меня одной рукой и провел к двери, вынул из кармана ключ и отпер ее.

Мы спустились вниз. Миссис Кил вышла из библиотеки, за ней следом мисс Барстон.

Мисс Барстон сказала:

— Мы опоздаем, мисс Грант. Ох…

Она увидела мои раны.

— Произошел несчастный случай, — сказал Джейсон Веррингер. — Мисс Грант порезала об окно руки. Миссис Кил, принесите что-нибудь… повязки… У вас есть какой-то лосьон.

— Да, сэр Джейсон.

Я села на стул. Я сознавала, что мисс Барстон внимательно изучает меня. Джейсон был вполне спокоен. Я была потрясена, и злость по отношению к нему снова вернулась.

— Вы и правда странно выглядите, мисс Грант, — сказала мисс Барстон. — Вы сильно порезались…

— Не думаю, что все так страшно, как выглядит, — сказал Джейсон. — Когда кровь смоют, мы увидим, какой вред был нанесен. Порезы не кажутся очень глубокими. Главное — промыть раны. Миссис Кил хорошо разбирается в таких делах. На кухне подобные случаи происходят часто, и она всегда с ними справляется. Как вы себя чувствуете, мисс Грант? А, вы уже лучше выглядите. Миссис Кил не будет медлить.

Он повернулся к мисс Барстон.

— Я показывал мисс Грант апартаменты, что связаны с нашими семейными легендами… Мы говорили, что вам было бы интересно их посмотреть. И тут случилось это. Я пошлю кого-нибудь к мисс Хетерингтон сказать, что вы немного задержитесь. Тогда вы сможете подождать и вернуться в карете с мисс Грант. После случившегося мисс Грант наверняка будет чувствовать себя несколько шатко. Один из грумов может захватить с собой ваших лошадей, когда отправится с посланием к мисс Хетерингтон.

54
{"b":"12162","o":1}