1
2
3
...
57
58
59
...
86

— А зачем? Это не касалось никого, кроме нее. Не сомневаюсь, что она сказала тем, кого это касалось.

— О мисс Грант, не участвуйте в этом. Пусть делают, что хотят, но давайте мы останемся вне этого. Давайте думать о лете и пчелах, и цветах, и яблочных пирогах тети Пэтти и Вайолит.

— Тереза, успокойся, — сказала я. — Ты все это придумала. Я бы не удивилась, если бы миссис Мартиндейл вернулась.

— Она не может. Он ей не даст. Теперь у него с ней все кончено. Он такой. Он вышвыривает людей, когда они ему больше не нужны… и убивает их. Была его первая жена.

— Все это просто сплетни.

— Это правда.

—Нет.

— Это правда, — сказала Тереза, — и мне страшно. Я не хочу, чтобы вы…

Я обняла ее одной рукой.

— Это меня не касается, — успокаивающе сказала я. — Этот человек не имеет к нам никакого отношения. Просто он — владелец земель Аббатства, вот и все. Все как и было раньше. Ты едешь со мной домой на летние каникулы, и мы чудесно проведем время.

— О да… да.

— Смотри, не делай ничего, что могло бы рассердить мисс Хетерингтон. Она может наказать тебя, оставив на каникулы в школе.

Тереза побелела. Я быстро сказала:

— О, она этого не сделает. Но лучше не рискуй. И еще, Тереза, ни слова никому об этом. Это неправда… но было бы плохо об этом говорить. Ты ведь этого не делала, верно?

— О нет, нет.

— А эта серьга…

Она раскрыла ладонь. Рубин сверкал на солнце ярко-красным.

Я думала, что с ней делать и какой эффект она произвела бы, если бы люди узнали, что ее нашли у рыбных прудов.

Гадать мне пришлось недолго, поскольку Тереза быстрым движением взмахнула рукой и бросила серьгу в воду. Я в шоке повернулась к ней.

— Тереза! — воскликнула я. — Зачем ты это сделала?

— Все закончено, — сказала она. — Давайте ничего об этом не будем больше говорить. Я не буду… если вы не будете.

Я чувствовала сильное беспокойство, но одновременно и облегчение: мне не нужно что-то предпринимать по поводу серьги.

Мы вернулись в школу. Я подумала, что Тереза кажется спокойнее и счастливее, чем была после истории с Шарлоттой.

VIII. Луна середины лета

Меня преследовали сомнения. Спать было невозможно. Как серьга оказалась возле рыбных прудов? Только вместе с владелицей. Она могла прийти туда. Это было не так близко от Грачиного Стана, и я никогда не видела, чтобы она гуляла пешком; она была не из тех, кто совершает дальние прогулки по сельской местности.

Просто предположим, что она мертва. Предположим, ее впрямь убили. А как же Мейзи? Где она? Или сплетники намекают на то, что она тоже убита? Может быть мысль об одном брошенном в пруд теле еще могла быть правдоподобной. Но чтобы два? И тогда я вспомнила, что Джейсон Веррингер рассказал мне о том, как его предок как-то избавился от соперника, бросив его тело в рыбные пруды после того, как убил его. «Река течет быстро и до моря всего несколько миль». Он сказал что-то в этом роде.

А потом еще ребенок? Как же с девочкой? Она под присмотром миссис Гиттингс в Дартмуре, но она же не может оставаться там бесконечно.

Все это куча чепухи. И корни ее находятся на почте, и выросли они до теперешних размеров из-за некоторых «доброжелателей». Но Джейсон Веррингер безжалостен. Мне он это достаточно ясно показал. Другие люди важны для него только когда они могут дать ему то, чего он хочет. Он мог пойти на изнасилование. Почему бы не на убийство? Когдато Марсия Мартиндейл явно его притягивала, поскольку он предложил ей Грачиный Стан. И потом есть же ребенок. Он, несомненно, несколько небрежен по отношению к ней. Но по крайней мере он предложил им дом.

Я размышляла о ребенке, и чем дальше, тем больше росла моя уверенность в том, что я должна узнать все, что возможно, и если я смогу повидаться с миссис Гиттингс, которая казалась мне разумной и практичной личностью, я смогу многое узнать. Если я уверюсь, что все это чепуха, я позабочусь о том, чтобы все в округе узнали об этом и прекращу эти пагубные сплетни.

Чем больше я об этом думала, тем более реальным это казалось. Я слышала название места, где живет сестра миссис Гиттингс. Возможно, намерение уже было у меня в подсознании, поскольку я запомнила имена и названия. Сестру миссис Гиттингс звали Ада Уолли, и живет она в местечке под названием Бристонли в Дартмуре. Это не так далеко отсюда, возможно всего миль пятнадцать.

Почему бы и нет? Чем больше я об этом думала, тем лучше казалась эта идея.

Я сказала Дейзи:

— В воскресенье мне хотелось бы съездить навестить подругу, которая живет в Дартмуре, но я не очень точно знаю, где это место располагается.

— Воскресенье такой день, когда легко выбраться. Уверена, что вы смогли бы договориться, чтобы кто-нибудь взял на себя ваши обязанности на это время.

— Да, конечно смогла бы. Я подумала, нет ли у вас карты. Мне хотелось бы посмотреть, где это место.

— У меня много карт. Смотрите.

Бристонли не был отмечен на первой, но у нее была карта Дартмура и окрестностей — и там я его нашла. Это оказалось крошечной деревушкой на краю болот. Я приметила ближайший город.

Вероятно, мне следовало бы поехать туда каким-то транспортом.

— Есть поезд, который отправляется отсюда в десять тридцать, — сказала Дейзи. — А тот, что привез бы вас обратно, приходит не раньше четырех. В вашем распоряжении останется немного времени, чтобы побыть с вашими друзьями.

— Я попробую. Это будет эксперимент.

Таким образом в то воскресное утро я мчалась по роскошным ландшафтам Девона.

Поездка заняла всего лишь полчаса, и когда я прибыла на станцию и спросила носильщика, как можно попасть в Бристонли, он заколебался, но лишь на миг.

— Это в трех милях отсюда… немного на горку. Но надо думать, Дик Грэмм будет не против немного подзаработать в воскресенье. Он как раз должен встать и быть где-нибудь поблизости. По воскресеньям он любит немножко поваляться. Но он обычно наготове, если у нас посетители, что не часто бывает.

— Где я могу его найти?

— Идите через двор. Поверните направо. Вы увидите его дом. Коттедж Дичок и рядом большая дикая яблоня. Отсюда и название.

Я поблагодарила его и отправилась искать Дика Грэм-ма, который к счастью уже встал отдохнувшим после воскресного «валяния в постели» и был вполне готов отвезти меня в Бристонли.

— Я хочу повидать мисс Аду Уолли, — сказала я.

— О, она чудесная женщина, мисс Ада Уолли.

— Так вы ее знаете?

— Знаю ли я ее? Кто же в этих краях не знает мисс Аду Уолли! Она выращивает лучшие овощи по всей округе. Моя жена берет кое-что… да и большинство тоже. Кое-что отправляют в Лондон. О да, я знаю мисс Аду Уолли.

Это было большой удачей. Я-то представляла, что буду бродить по улицам Бристонли в поисках мисс Ады Уолли.

— У нее нынче сестра живет, — продолжал он. — Это хорошо. Она только недавно говорила, когда я забирал груз зелени: «Так славно, что сестра со мной». Бедняга. Видать, до тех пор она одиноко себя чувствовала.

Мы приехали в Бристонли. Это была красивая деревушка, типичная для Англии и особенно Девоншира, где растительность кажется более пышной, чем в любом другом месте страны. Здесь была старая церковь, деревенский луг, несколько домов, в основном восемнадцатого века, за исключением помещичьего дома в елизаветинском стиле на общинной земле. Церковные часы прозвонили двенадцать, как раз когда мы въезжали в деревушку.

— Дом мисс Уолли малость в стороне от остальных. У ней есть кусок земли, чтоб выращивать всякое, понимаете. Через несколько минут там будем.

— Мне нужно будет успеть на обратный поезд. Он идет в половине четвертого, не так ли?

— Верно, мисс.

— Не могли бы вы приехать, забрать меня и отвезти на станцию?

— Сделаем. Похоже, мне тут быть как раз около трех. Вы как считаете, мисс?

— Очень хорошо. Большое спасибо. Я так рада, что нашла вас.

Он почесал голову и уставился прямо вперед, но я видела, что ему приятно.

58
{"b":"12162","o":1}