ЛитМир - Электронная Библиотека

— О, мисс Элтон. Вы так хорошо придумали.

— Он сейчас не такой строгий, как раньше. Может быть, потому что я скоро уеду, и он думает, что ты будешь послушной внучкой и будешь выполнять все его желания.

— Мне совершенно не интересно, что он думает. Я хочу поехать в церковь и посмотреть записи в книгах.

Мисс Элтон оказалась права в отношении дедушки. Он милостиво позволил нам поехать, и рано утром мы были на станции Престон Карстэйрз. Мы собирались вернуться обратно трехчасовым поездом. К моему удивлению, когда мы садились на поезд, появился тот странный человек из гостиницы «Три бочки» и тоже сел в поезд. Он даже не посмотрел в нашу сторону, но мне показалось странным, что я опять его встретила, и более того, он сел на тот же поезд, что и мы. Но я была так поглощена тем, что увижу, что очень скоро забыла о нем. Наверное, он путешествовал по этой части страны, а Дувр и его окрестности представляют такой огромный исторический интерес, естественно, ему захотелось поехать туда.

Путь оказался довольно долгим, и мне, при моем нетерпении, казалось, что поезд еле тащится. Я смотрела на зеленые равнины, поспевающий хмель и сушилки для него, и деревья в садах, обсыпанные фруктами, что так привычно для этого края. Все вокруг было красиво и радовало глаз, но мне не терпелось скорее приехать в церковь.

Когда мы приехали в Дувр, я увидела на вершине холма замок и захватывающий дух вид на белые скалы и море. Но я продолжала думать только о том, что мы найдем в церкви — у меня не было никаких сомнений, что найдем.

Мы сошли с поезда и вышли со станции.

— Церковь недалеко, — сказала я. — Франсин, мистер Каунсил и я ездили туда в двуколке, нас отвез кучер из гостиницы.

— А ты не помнишь, где гостиница?

— Мне кажется, я смогла бы найти ее.

— Тогда нам лучше пойти туда, перекусить и попросить дать нам двуколку, чтобы съездить в церковь Берли.

— Я совсем не голодна.

— Нужно что-нибудь съесть. К тому же, это даст нам возможность поговорить с хозяевами.

Мы быстро нашли гостиницу. Нам предложили горячий хлеб прямо из печки, сыр чеддер со сладким маринадом и сидр. Если бы я могла думать о еде, то мне бы все это показалось очень вкусным.

— Я здесь уже была, — сказала я жене хозяина.

— Здесь бывает так много народу, — ответила она, как бы извиняясь за то, что не помнит меня.

— Когда я была здесь, мы осматривали церковь Берли.

— Нам бы очень хотелось увидеть ее снова, — вставила мисс Элтон. — Это далеко отсюда?

— Около трех миль от города.

— В прошлый раз мы ездили туда в двуколке, которую нам дали здесь. Нельзя ли воспользоваться ею еще раз?

Она пожала плечами. Ее лицо выражало нерешительность.

— Я спрошу, — пообещала она.

— О, пожалуйста, — попросила я, — мне это так важно.

— Я пойду и узнаю.

— Нам нужно ей заплатить, — заметила я, когда она вышла.

— Твой дедушка дал мне немного денег на нашу учебную экскурсию, — успокоила меня мисс Элтон. — И это не будет очень дорого.

Женщина вернулась и сказала, что двуколка будет готова через полчаса. Мне не терпелось скорее поехать. Я сидела и смотрела в окно и вдруг увидела человека, промелькнувшего мимо. Я узнала мужчину, садившегося с нами в поезд. Итак, он пришел в ту же гостиницу!

Через полчаса, когда двуколка была заложена, я опять увидела того человека. Он осматривал лошадей и торговался по поводу одной из них.

Когда мы выехали, я опять забыла о нем. Я сидела и вспоминала, как мы с Франсин сидели рядом в такой же двуколке и ехали по той же дороге, и обе думали о том что ждет нас в доме нашего дедушки.

Мы подъехали к церкви. Она была маленькая, серая и очень старая. Мы прошли через церковное кладбище. Многие могильные камни потемнели от времени, и надписи на них почти стерлись. Я вспомнила, как Франсин вслух читала некоторые, из них.

Мы вошли внутрь, и я почувствовала запах, типичный для таких церквей — сырости, древности и какой-то полировки, которую используют для скамеек. Я стояла лицом к алтарю. Солнечный свет, проникавший через мозаичные окна, падал на медный аналой и позолоченные кисти ткани, покрывающей алтарь. Стояла тишина. Ее нарушила мисс Элтон.

— Я думаю, нам нужно пойти к викарию.

— Конечно. Мы должны с ним поговорить.

Мы повернулись, чтобы уйти, но дверь вдруг скрипнула, и вошел мужчина. Он посмотрел на нас с любопытством и спросил, чем он может помочь.

— Я церковный сторож, — сказал он. — Вы интересуетесь церквями? Это норманнская церковь, очень хороший образец архитектуры той эпохи. Ее недавно отреставрировали, и пришлось как следует повозиться с башней. Сюда не часто заходят, но это потому что она на отшибе.

Мисс Элтон сказала:

— Цель нашего приезда не архитектурная. Мы хотели бы посмотреть церковные книги, если возможно. Нам нужно проверить, был ли здесь заключен брак.

— Если вы знаете число и имена сторон, то это очень просто. Наш викарий в отъезде до выходных. Поэтому я заменяю его. И помогу, чем смогу.

— И вы сможете показать нам книги? — нетерпеливо спросила я.

— Могу. Они хранятся в ризнице. Я принесу ключи. Это было давно?

— Нет. Четыре года назад, — ответила я.

— Ну, тогда это совсем просто. Обычно люди ищут информацию столетней давности. Хотят найти своих предков. Сейчас многие этим занимаются. Я только зайду в дом и сразу вернусь.

Когда он вышел, мы с мисс Элтон торжествующе посмотрели друг на друга.

— Я так надеюсь, что ты найдешь то, что ищешь.

Верный своему слову, сторож вскоре вернулся с ключами. Я последовала за ним в ризницу, дрожа от нетерпения.

— Ну, — сказал он, — какое вы сказали это было число? А, да… Вот оно.

Я посмотрела. Это было так. Вот они. Их имена, черным по белому.

Я вскрикнула от радости и повернулась к мисс Элтон.

— Вот! — крикнула я. — Больше не может быть сомнений. Мы это доказали.

Я пребывала в радостном возбуждении и знала, что теперь, после того, как я доказала, что Франсин была замужем, я уже не остановлюсь. Я узнаю все остальное. Более того, меня преследовала мысль о маленьком мальчике, ребенке, любившем повторять мое имя и назвавшем в честь меня свою любимую игрушку.

Когда мы вышли из церкви, мне показалось, что я увидела фигуру, прячущуюся за могильными камнями. Это был мужчина. Он наклонился над могилой и, казалось, углубился в чтение надписи на камне.

Я не стала к нему приглядываться. Я была так занята собственными мыслями и тем, что увидела, что больше ни о чем не думала всю дорогу домой.

Я тут же побежала к бабушке. Я села на табуретку у ее ног и рассказала о том, что увидела в церковной книге.

Она внимательно слушала.

— Я очень рада, — проговорила она, — что Франсин не лгала.

— Но почему там написано, что она была его любовницей?

— Думаю, потому что он занимал очень высокое положение. Может, у него уже была другая жена.

— Я не могу в это поверить. Франсин была так счастлива.

— Моя милая Филиппа, перестань ломать себе голову. Что случилось, то случилось, и ничего уже не поделаешь. Тебе надо думать о своей собственной жизни. Тебе скоро семнадцать. Что ты собираешься делать?

— Мне бы хотелось поехать в Брюксенштейн. Я хочу узнать все, что произошло.

— Ты не можешь туда поехать. Если бы я была помоложе… Если бы я была зрячая…

— Ты бы поехала со мной, правда, бабушка?

— Возможно, меня бы очень прельстила эта идея… но ты не можешь поехать туда так же, как и я. Дорогая девочка, что ты собираешься делать со всеми этими делами дома? Я думала, если дедушка будет настаивать на твоем браке с кузеном, ты могла бы пожить с Грейс.

— Но как? У них всего одна комната в доме викария.

— Я знаю, это будет трудно. Я просто пытаюсь найти выход из положения. Ты висишь на волоске, дитя мое. И ты занялась разгадыванием загадок, которые все равно не разгадаешь. Даже если бы ты их разгадала, это все равно не вернуло бы тебе сестры. Но ты сама сейчас в опасности.

25
{"b":"12164","o":1}