ЛитМир - Электронная Библиотека

Она привела нас в комнату, которая показалась нам прохладной после уличной жары. В ней было несколько затянутых сетками открытых окон. «Наверное, от насекомых», — подумала я.

Мебели было немного, и я предположила, что она сделана из бамбука.

— Вы должны сначала увидеться с отцом, — сказала Карла. При этом она несколько озадаченно посмотрела на Тамарикс и Люка. На ее выразительном лице можно было безошибочно прочесть ее мысли: «Это лучше сделать без посторонних свидетелей».

Люк пришел ей на помощь, произнеся спокойно и понимающе:

— Мы можем подождать здесь. Он будет счастлив встретиться с дочерью, а мы, вероятно, сможем познакомиться с ним позже!

У меня мелькнула мысль, что все это неспроста, но почему?

Карла с благодарностью посмотрела на Люка и улыбнулась ему, а Тамарикс молча непринужденно уселась в одно из бамбуковых кресел. Карла повернулась ко мне и сказала:

— Пойдемте!

Она провела меня по коридору, остановилась перед одной из дверей, открыла ее и очень мягко произнесла:

— Ну вот и он!

Он сидел в кресле у окна и даже не повернулся на ее слова, что очень озадачило меня. Я прошла в комнату вслед за Карлой и остановилась у его кресла. Хотя он продолжал сидеть, было ясно, что он очень высок. Его золотистые волосы были изрядно тронуты сединой, а лицо имело правильные классические черты. Он и сейчас оставался очень красивым человеком. Мелодичным голосом, какого я не слышала ни у кого, он ласково произнес:

— Фредерика, доченька, вот ты и приехала повидаться со мной. Наконец-то ты здесь!

Он протянул руку и продолжал:

— Я не могу увидеть тебя, дорогая! Я слеп. — У меня задрожали губы, когда он позвал:

— Подойди поближе!

Он встал, дотронулся до меня, положил мне руки на плечи, а затем, подняв их, стал ощупывать мое лицо. Пройдясь по нему чуткими пальцами, он нежно поцеловал меня в лоб.

— Дорогое мое дитя, — сказал он растроганно, — я так долго ждал этой встречи!

Он быстрее меня овладел собой и выразил желание познакомиться с Тамарикс и молодым человеком, который помогал нам в нашей длинной дороге. Я пошла и пригласила их познакомиться с отцом, предупредив, что он слеп. Их ошеломила эта новость, но когда отец встретился с ними, он был таким же оживленным и легкомысленным, каким я и ожидала его увидеть, судя по описаниям тетушки Софи.

Он очень тепло приветствовал Тамарикс и сказал ей, что очень обрадовался, когда узнал, что она едет вместе со мной. В высшей степени учтиво он поблагодарил Люка за его заботы о нас во время пути. Мы сидели и беседовали, а Карла потчевала нас фруктовыми напитками. Она все время была рядом с отцом и предупреждала каждое его желание: подавала стакан, подвигала столик, чтобы он мог сам поставить…

Да, мне предстояло многое узнать о доме и его хозяйке. Тамарикс тоже сгорала от любопытства. Когда представился удобный случай. Люк сказал, что он должен ехать в миссию, где его ждут.

— Макала отвезет вас, если вы ничего не имеете против старой телеги, — предложила Карла. — Это лучшее, что у нас есть. Эти бедные ослы уже постарели, но пока нам придется их использовать! Они нам служат верой и правдой и давно заслужили отдых, но…

— Дом, где располагается миссия, находится в полумиле отсюда, так что мы будем близкими соседями. А почему вы решили приехать сюда? — спросил отец.

— Мне предложили, и я согласился, — просто ответил Люк.

Отец удовлетворенно кивнул:

— Мы будем рады вам в любое время, если вы зайдете к нам, правда Карла?

— Он обязательно будет заходить, — ответила она.

Когда Люк ушел, отец сказал:

— Бедный молодой человек! Но, кажется, серьезный. Надеюсь, дела у него пойдут не слишком плохо!

— Вы, кажется, не очень высокого мнения о миссии? — спросила я.

— Полагаю, там все в порядке, но обращать язычников очень тяжелое занятие, если, конечно, язычники сами этого не хотят!

— А эти не хотят?

Отец пожал плечами.

— Думаю, они довольны своей жизнью. Это легко, когда духи благоволят к ним и они всегда могут задобрить их какой-нибудь небольшой жертвой! Они не понимают, что значит «Возлюби ближнего своего». Они заботятся только о себе. Им некогда тратить время на своих ближних.

— Люк очень хороший человек, — сказала я.

— Мы называем его Сент-Люк, — добавила Тамарикс.

Отец улыбнулся.

— Да, — согласился он. — Вокруг него какая-то мягкая аура. Надеюсь, он будет здесь частым гостем!

Карла показала нам наши комнаты, расположенные рядом. Вся обстановка была из легкого дерева. На деревянных полах лежали ковры, а окна затянуты сетками. В каждой комнате стоял умывальник с кувшином. Позже я узнала, что воду берут из колодца вблизи дома. Условия были не лучше, чем в отеле на Като-Като. Принимая во внимание обстоятельства, я поняла, что для нашего комфорта было сделано все возможное.

Больше всего мне хотелось побеседовать с отцом наедине. Тамарикс, кажется, поняла это и после обеда, который подавался под наблюдением Карлы, сославшись на усталость, попросила разрешения отправиться в свою комнату отдохнуть.

Отец отвел меня в свою комнату, в которой я впервые увидела его.

— Это мой кабинет. Я провожу здесь много времени. Карла говорит, что ты немного озадачена, и я должен тебе все объяснить.

— Кто такая Карла?

— Это ее дом. Она дочь англичанина и туземки. Ее отец приехал сюда и основал большую плантацию кокосовых пальм. Он не был женат на ее матери, но очень заботился о Карле. Она очень умная женщина. К тому же привлекательная. Она действительно необыкновенный человек! Я знал, что вы сразу же понравитесь друг другу. После смерти ее отца, Дона Марлинга, ей достался этот дом, плантация и приличное состояние. Она хозяйка этого дома.

— И вы живете с ней в одном доме?

Он улыбнулся.

— Мы очень дружны. Она привезла меня сюда, когда… — он дотронулся до глаз, — когда это случилось со мной.

— Тетушка Софи рассказывала мне о вас. Она ни слова не сказала о том, что вы ослепли…

— Она не знает. Я ей не писал об этом.

— Но вы ей писали! Я думала, что вы в Египте, пока не поехала к вам!

— Я и был в Египте. Одно время, как ты знаешь, служил в армии… А потом уехал. Занимался многими делами здесь… и в других местах. Теперь все в прошлом. Нет никакого смысла рассказывать о растраченной молодости…

— Так вы считаете, она была зря прожита?

— Нет. Я наслаждался ею, так как же это могло быть зря? Я придерживался скорее общепринятых взглядов на жизнь, а не своих собственных!

— Я хочу побольше о вас узнать. Все эти годы я знала, что у меня есть отец, но я никогда вас не видела… Я мало знала вас, пока тетушка Софи не рассказала мне немного.

— Ты не должна верить ей. Она всегда была слишком снисходительна ко мне!

— Она всегда говорила о вас с большой теплотой и любила вас!

— Я тоже любил ее. Она держала меня в курсе всех твоих успехов. Я был очень рад, когда ты переехала жить к ней.

— Для меня это просто замечательно!

— Мне всегда приятно думать, что вы вместе и утешаете друг друга. Софи прекрасно умела утешать… всегда.

В его словах почувствовалась нотка сожаления, и мне захотелось поподробнее расспросить его об их отношениях. Я знала, что она любила его. Вероятно, и он ее тоже. Мне нужно было еще многое узнать, но не все сразу, это я понимала.

— Расскажите подробнее о Карле, — попросила я. — Итак, это ее дом и мы ее гости?

— Я тоже здесь живу!

— Как ее гость?

— Не совсем. — После недолгого молчания он продолжал:

— Ты, наверное, слышала о моей беспорядочной жизни? Мы расстались с твоей матерью, и ты знаешь почему.

— Вы не были счастливы вместе!

— Она счастливо избавилась от меня. Мы никогда бы не стали по-настоящему близки. Ты, вероятно, слышала о том, что я никогда не был святым… ничего похожего на твоего Люка. Боюсь, что я слишком сильно отличаюсь от него, а с таким человеком, как я… всегда складываются довольно сложные отношения…

56
{"b":"12168","o":1}