1
2
3
...
58
59
60
...
74

В этот момент в холл вошла Мюриэл Хеверс.

— Что такое? — начала она, оглядываясь вокруг. — Я никогда не видела в холле такое количество детей!

Ребятишки оглянулись на ее возглас, улыбнулись, но тотчас же вновь обратили свои взоры на Тамарикс.

— Я подумала, что цветы несколько оживят холл! — сказала Тамарикс.

— Конечно, конечно, но дети?

— Они просто пришли мне помочь! Ее голос звучал торжествующе. Я подумала: «Что-то изменило ее!»

Мы прожили на острове уже три недели. Дни казались длинными, но время тем ре менее протекало быстро. Я часто задавала себе вопрос: что я здесь делаю? Мне надо вернуться. Мысли о том, что произошло бы, если бы тетушка Софи не встретила тогда в Дивайзизе Кейт Карвел, не покидали меня. Как сложилась бы моя жизнь? Я была бы с Криспином, пребывая в блаженном неведении? Нет, все сложилось бы иначе! Она появилась бы снова! Жизнь протекала бы в страхе, шантаже и притворстве! В голове у меня звучали слова Криспина: «Что-нибудь придумаем!» Он бы держал это в тайне от меня. Он любил тайны! Разве я никогда не ощущала это? Но я любила его, любила всем сердцем, хотя и страдала от недоверия, чувствуя, что он что-то скрывает.

Потом я уговаривала себя: «Ты должна вернуться! Нельзя больше оставаться вдали от него…»

Тамарикс приспособилась здесь легче, чем я. Но ей было нечего терять! Отец никогда не был близок ей, мать пренебрегала ею в юности, и их тоже никогда не связывала особенная близость. Она гордилась Криспином и любила его, но ее ничто не тянуло назад… Я понимала, что через некоторое время ей надоест и остров, и окружающие люди, но сейчас все было для нее новым и интересным, а это ей и было нужно больше всего,

Поначалу она несколько заинтересовалась Томом Холлоуэем, но он был слишком серьезен для нее. Том еще продолжал тосковать по умершей жене, чтобы проявить интерес к Тамарикс. Ей нравился Люк, но в отношении к нему сквозило насмешливо-покровительственное чувство, что было несколько неожиданно для нее. Обычно она предпочитала, чтобы мужчины покровительствовали ей.

Как бы то ни было, она часто посещала миссию. И только она появлялась там, вокруг нее собирались дети, к которым она привязалась совершенно искренне. Они боролись за право быть поближе к ней и хихикали над всем, что бы она ни делала или говорила.

— Они ждут, чтобы я их занимала, — предположила она. — Должна сказать, они прекрасно понимают, что к чему! Люка это очень забавляет, а что касается наших миссионеров, то они рады, что в миссии появились дети…

Тамарикс купила у гончара еще несколько горшков под цвееты.

— Каждый раз, когда он видит меня, он приветствует словно королеву, — смеялась она. — Дети продолжают приносить в миссию цветы, а на днях я рассказала им историю. Они не поняли ни слова, но слушали меня, как будто это самая занимательная сказка. Ты бы видела их! На самом деле я рассказала им про Красную Шапочку, больше при помощи мимики! Ты бы видела их возбуждение, когда я показала им, как появился большой злой волк. Они смеялись, одобрительно кричали, тискали меня и таскали за волосы. Я никогда не имела большего успеха!

Мюриэл говорит, что надо рассказывать библейские истории. Что же, я могу попробовать и это, но сейчас им нужна Красная Шапочка и больше ничего! Они знают, когда приходит волк и делают вид, что испуганы. Ходят вокруг на четвереньках и кричат: «Волк! Волк! Большой злой волк…» И на родном языке тоже. Могу сказать тебе, все это очень любопытно!

Я радовалась за нее, видя ее неподдельный интерес к детям, а Люк от этого просто приходил в восторг.

Однажды к острову подошел корабль. Он был гораздо больше парома и вызвал огромный интерес у островитян. Мы с Тамарикс пошли на берег, где стоял невообразимый шум и царила суета. Маленькие лодочки подплывали к кораблю и возвращались обратно, привозя на берег европейцев. Они, естественно, подошли к нам и рассказали, что совершают путешествие из Сиднея по островам. Они уже побывали на Като-Като и некоторых других островах, но нашли их всех похожими друг на друга.

Узнав, что мы здесь находимся в гостях, они удивились. Пока мы беседовали, подопечные Тамарикс, конечно, теснились вокруг нас и с интересом наблюдали за нашей беседой. Наш гончар в этот день продал больше чашек и тарелок, чем за весь месяц; чеканка, соломенные циновки, корзинки тоже пользовались успехом. Отход корабля явно опечалил местных жителей.

Корабль доставил на остров Каскера внеочередную почту, в которой оказались два письма и для меня: от Криспина и тетушки Софи.

Я отнесла их к себе в комнату, чтобы прочесть наедине.

Сначала от Криспина.

Моя дорогая!

Как я скучаю по тебе! Вернешься ли ты домой? Бросай все и приезжай сейчас же. Я знаю, что найду способ уладить это дело. Я собираюсь заставить ее согласиться на развод. Я могу развестись с ней. Она бросила меня и убежала с любовником. У меня есть все нужные доказательства. Я нанял адвоката, чтобы он занялся этим разводом. Не могу передать тебе, как тосклива здесь жизнь без тебя. Кажется, что потерял смысл жизни. Я хочу, чтобы следующим кораблем ты отправилась домой! Подумать только, сколько времени пройдет даже в этом случае! Только бы знать, что ты уже в пути! Все будет в порядке! Я найду способ уйти от этой неприятности. Только бы она уехала… навсегда. Но не сомневайся, что выход я найду. И тогда, если ты не вернешься, я приеду к тебе сам. Я знаю, что ты несчастлива так же, как и я. В некотором смысле я даже рад, что это так. Я бы не вынес, если бы стал тебе безразличен! Я никогда не покину тебя, что бы ни случилось. Умоляю, возвращайся скорее. Твоя тетя очень скучает по тебе. Я знаю, что она очень несчастна. Думаю, она согласна со мной, что ты зря покинула нас!

Любящий тебя навеки

Криспин.

Из письма тетушки Софи я поняла, что она тоже стала сомневаться в разумности моего отъезда, хотя раньше настаивала на нем.

Мы очень скучаем по тебе. Бедный Криспин особенно страдает. Он действительно любит тебя, Фредди. Эта разлука разбивает его сердце, я вижу. Он не из тех, кто легкомысленно относится к любви. Его чувства глубоки. Думаю, он немного сердится на меня, что я рассказала тебе о встрече с Кейт Карвел. Ему, бедному, надо кого-нибудь упрекнуть/ Он уверяет, что найдет способ избавиться от нее, и так убедителен, что я ему верю. В конце концов, она давно его бросила. Не знаю, как обстоят дела сейчас, но молюсь, чтобы все уладилось. Ты нужна ему, Фредди!0н владеет собой, ноя знаю, как он страдает. Мне кажется, очень жестоко, когда опрометчивый поступок в юности может испортить всю последующую жизнь. Но он не допустит этого и обязательно добьется своего. Дорогое дитя, надеюсь, что у вас с отцом сложились добрые отношения. Я не сомневаюсь в этом — ведь я так хорошо знаю вас обоих. Он восхитителен, не так ли? Напиши мне обо всем. И, Фредди, я верю, что ты подумаешь о возвращении. Отец хотел видеть тебя. Он болен? Мне бы хотелось узнать о нем свежие новости. Не скрывай от меня ничего. Из его писем я почувствовала, что у него что-то не ладится. Это была одна из причин, почему я торопила тебя с отъездом, хотя действительно считала, что будет лучше, если ты уедешь, пока Криспин все не уладит. Но теперь тебе нужно подумать о возвращении. Я знаю, ты только что приехала туда, но если бы ты написала мне, когда собираешься вернуться, полагаю, это бы очень помогло Криспину. Береги себя, моя любовь!

Благослови тебя Бог. С огромной любовью к тебе

Т.С.

Несколько раз я перечитала оба письма. Нас разделяли тысячи миль, но я должна преодолеть их и возвратиться назад.

Отец спросил меня:

— Есть какие-нибудь новости из дома?

— Да.

— Они опечалили тебя? Ты тоскуешь по дому, не так ли?

— Конечно, да!

Он взял меня за руку и некоторое время молчал.

— Ты мне все расскажешь, правда?

Его участие и нежное прикосновение рук сделали свое дело. Я рассказала ему всю свою историю с самого начала: о своем знакомстве с Криспином, о его злосчастном замечании о моей некрасивости, о Холмистом лесе, о своей работе в конторе поместья и любви, которая зародилась в наших сердцах. Рассказала о внезапном появлении жены Криспина, разрушившем все наши планы, и о желании Криспина скрыть от меня это, чтобы связать свою жизнь со мной.

59
{"b":"12168","o":1}