ЛитМир - Электронная Библиотека

— Говорят, что во время этих празднеств, он бывает раскрашен какой-то краской. Полагаю, что при этом он имеет весьма устрашающий вид, — заметил отец.

— Вы видели его? — спросила я Карлу.

— О да. Для церемоний ему рисуют на лбу две синих полосы и втыкают в волосы большие перья.

— Он будет здесь сегодня ночью? — загадочным тоном поинтересовалась Тамарикс.

— Вы не должны и пытаться увидеть его, — поспешно предостерегла ее Карла. — Если вас увидят, будут большие неприятности. Мы живем среди этих людей и должны уважать их обычаи!

— Разумеется, — с притворной покорностью произнесла Тамарикс.

Всю ночь я слышала звуки каких-то инструментов и отдаленный грохот барабанов. Они действовали на меня почти гипнотически.

С тоской думала я о доме.

— Я поеду обратно, — дала я себе слово. — Утром поговорю с отцом, он поймет. Он же сказал мне, что любовь — всего важнее, и был прав. Конечно, жизнь моего отца не была образцом нравственного совершенства, но не всегда легко понять, что правильно, а что не правильно!

Мне не спалось. Дремала несколько минут и вновь просыпалась от шума морских волн и барабанного боя.

Вдруг я проснулась окончательно. На улице что-то происходило. Я выглянула в окно и увидела толпу туземцев. Поспешно накинув халат и сунув ноги в тапочки, я была готова выскочить наружу, как ко мне в комнату влетела Тамарикс.

— Что там происходит? — спросила она.

— Понятия не имею. Я только что проснулась. Мы вместе вышли на крыльцо. Карла уже стояла в дверях. Туземцы что-то говорили ей, а она отвечала им на их языке.

Увидев нас, Карла повернулась ко мне и сказала:

— Они говорят, что в миссии какие-то неприятности. Я должна идти туда.

Тамарикс забеспокоилась. К миссии у нее был некий интерес собственника. Вместе с Карлой мы немедленно отправились в миссию. Всю дорогу мы проделали почти бегом, а когда, запыхавшись, прибежала к миссии, перед нами открылось поразительное зрелище. Перед домом столпились туземцы с зажженными факелами, ронявшими вокруг какой-то мрачный свет. Во главе этого сборища, как я поняла, был сам Олам.

Он казался огромным из-за перьев, торчащих во все стороны из его волос, и был похож на свирепую хищную птицу. Лицо его больше всего напоминало ужасную маску из какого-то кошмара: на его лбу были нарисованы две синие полосы, о которых упоминала Карла, а вдоль щек намалеваны красные полосы. За его спиной стояли два высоких человека, лица которых тоже были раскрашены, но не так воинственно, как у Олама. В руках они держали копья. Мне стало ужасно страшно, так как их гнев был направлен, кажется, против миссии.

Из дома вышел Люк. Он стоял на балконе перед дверью. По одну сторону от него стоял Джон, по другую — Мюриэл. При появлении Карлы все затихли. Она поднялась на балкон и встала рядом с Люком. Мы с Тамарикс тоже поднялись вместе с ней.

— В чем дело? — спросила Карла.

— Кажется, что-то насчет Жако, — ответил Люк. — По-моему, они хотят забрать его. Он же не может стоять на ногах! Не понимаю, чего они просят!

Карла подняла руку. Меня поразило, сколько в ней было достоинства и каким авторитетом она пользовалась.

Она обратилась к толпе, и мы догадались, что она спрашивает, чего они требуют от миссии. В толпе закричали, но Олам поднял руку, и крики немедленно прекратились. Олам говорил с Карлой, она ему что-то отвечала. Потом она повернулась к Люку и Хеверсам.

— Им нужен Жако. У него какие-то особые обязанности на сегодняшнем торжестве. Он обучен для этого и должен быть там.

— Он же не может стоять на сломанной ноге, — возразила Мюриэл. — Ему непременно нужен покой. Как же иначе срастется кость? Он не должен двигаться!

— Им нужен он, — сказала Карла.

— Они его не получат, — твердо произнес Люк.

Карла нахмурилась.

— Они не поймут, — сказала она. Затем снова обратилась к толпе, и я поняла, что она пытается объяснить им про сломанную ногу Жако и что люди из миссии чинят ее, но она еще не готова.

Воцарилось молчание, после чего они снова начали что-то возбужденно обсуждать.

— Они хотят, чтобы его показали им, — перевела Карла.

— Он крепко спит, — твердо возразила Мюриэл, — и мы не можем его таскать взад вперед! Его нога должна спокойно лежать в определенном положении.

Карла сделала еще одну попытку объяснить толпе ситуацию. Говорила она долго, а затем повернулась к Люку.

— Они требуют, чтобы вы обещали сделать ему только добро. Верят, что вы обладаете особой силой. Но хотят видеть его.

Люк ответил:

— Мы не можем привести его сюда. Вставать на сломанную ногу было бы для него сейчас губительно. Вы можете им это объяснить?

— Они, конечно, верят в волшебство. Я вижу, они сомневаются, обладаете ли вы большей силой, чем их духи. Старый Махе, упав, остался калекой на всю жизнь, а вы говорите, что можете спасти этого Жако. Они колеблются, сомневаются в вас, и тем не менее знают, что белые люди обладают силой, которой они лишены. Олам раздумывает, что же делать. Это для него очень важно. Он единственный, кто обладает чудесной силой, а вы обещаете им сотворить чудо! Вы должны действовать очень осторожно. Олам может заставить своих людей силой взять у вас Жако.

— Мы не позволим ему этого, — пообещал Люк. Карла пожала плечами:

— Вас трое… я… и эти юные леди? Посмотрите на этих людей и их копья! Как вы думаете, что может случиться?

Нужно любыми путями договориться с ними, но может

Быть, они будут настойчиво требовать мальчика.

— Нет, нет и нет, — жестко ответил Люк.

Карла повернулась к толпе. Позже она рассказала нам, что совершила с ними сделку. Люди из миссии обещают вылечить Жако, его нога будет как новая, но для этого им нужно время. Их заклинания не подействуют через день или два. Пройдет время, и Олам и все остальные увидят, на что способны белые люди. Но если сейчас они не оставят Жако в руках белых, он на всю жизнь останется калекой. Тогда он возненавидит тех, кто испортил ему жизнь, и будет горько обижен на всех островитян. Им лучше уйти. Надо найти кого-нибудь, кто выполнил бы на церемонии обязанности Жако. Нужно дать шанс Жако увидеть, хорошо ли лечат белые люди!

Речь Карлы вызвала оживление толпы.

Карла повернулась к Люку:

— Олам хочет, чтобы вы поклялись, что вылечите Жако!

— Разумеется, мы поклянемся сделать все возможное для него!

— Это всего лишь простой перелом, — добавила Мюриэл. — Я не вижу повода для сомнений. Мальчик молод и здоров, кости у него крепкие. Он почти наверняка полностью поправится!

— Они хотят, чтобы вы поклялись, — сказала Карла, внимательно глядя на Люка, — поклялись на своей крови! Вы знаете, что это значит?

— Что? — спросил Люк.

— Если он не поправится полностью, вы умрете сами.

— Я умру?

— Вы заколетесь своим копьем, если оно у вас есть, или утопитесь р море. Такая клятва им и нужна! Если ваши боги вас подведут, то, так как вы не позволили Жако принять участие в священной церемонии, вы должны будете исполнить вашу клятву. Единственное, что вам тогда придется сделать, — это умереть!

— Никогда ничего не слышала о подобном вздоре! — воскликнула Мюриэл.

— Или вы соглашаетесь на их условия, или они тотчас же забирают Жако!

— Они не заберут Жако, — твердо произнес Люк. — Ладно. Скажите им, что я клянусь на своей крови!

Карла передала толпе и Оламу клятву Люка и попросила его поднять правую руку. Во время этого толпа исполняла какую-то заунывную песню, напоминающую погребальные пения.

Закончив песню, Олам склонил голову и, повернувшись, увел за собой туземцев,

Мы остались стоять на балконе в полном оцепенении, но с души у нас как будто свалился груз. Сборище со зловещими факелами медленно исчезало за деревьями и скоро сияние огней полностью померкло.

Первым очнулся Люк:

— Ну и зрелище! — произнес он, вытирая со лба пот.

— Это было ужасно! — промолвила Тамарикс.

62
{"b":"12168","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Дорога Теней
Вторая брачная ночь
Танос. Смертный приговор
Купец
Мисс Страна. Чудовище и красавица
Рыцарь ордена НКВД
Книга воды
Белое безмолвие
Больше жизни, сильнее смерти