ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Какие наши роды
Принц инкогнито
Волшебные стрелы Робин Гуда
Рецепты Арабской весны: русская версия
Диверсант
Эпоха за эпохой. Путешествие в машине времени
Среди тысячи лиц
Доктрина смертности (сборник)
Хаос. Как беспорядок меняет нашу жизнь к лучшему

Я не ответила. Там, в лесу, когда мне показалось, что он пытается меня удержать, я немного испугалась; теперь же было жаль, что это приключение уже закончилось.

Мы остановились на невысоком холмике, и я огляделась.

– Вон там, – сказал он, – виноградники вашего отца. Вам нужно спуститься с холма, затем пересечь поле – и вы дома.

– Хорошо, спасибо. До свидания, месье де ла Тур.

– Аи revoir, мадам Сэланжер.

Направляясь к дому, я знала, что он наблюдает за мной, и ощущала какой-то радостный трепет. Он произвел на меня сильное впечатление. Нельзя сказать, чтобы он мне понравился – я не любила самодовольных мужчин. Ни Дрэйк, ни Филипп никогда не были такими. Филипп был душевно мягким и чутким, Дрэйк, в сущности тоже. А здесь я встретила человека совершенно иного: у меня все время было такое чувство, будто он подсмеивается надо мной; и в обращении, и в голосе его проглядывала яркая чувственная натура. Он слишком явно подчеркивал свою принадлежность к мужскому полу... в физическом смысле, и я чувствовала, что его добродушное подтрунивание как бы приглашает к чему-то большему. Это смущало и волновало меня; однако, надо признать, это волнение не было мне неприятным.

Подъезжая к дому, я увидела отца. Он шел от конюшен.

– Ленор, – позвал он, – как хорошо, что ты вернулась. Я уже начал волноваться.

– Что-нибудь с Кэти?

– Нет... нет. С ней все в порядке. Мне сказали, что ты уехала на прогулку, но прошло уже так много времени.

– У меня было настоящее приключение. Ты знаешь тот лес...

Он кивнул.

– Я забралась в него, и вдруг появились два огромных свирепых пса. Я думала, они набросятся на меня. Маррон испугалась до смерти. – Я похлопала лошадь по холке; она в ответ повела боками.

– Собаки! – сказал отец.

– Жуткие зверюги. К счастью, с ними был хозяин. Он отозвал их и сказал мне, что я нарушила – границу его владений. Оказывается, этот лес принадлежит ему. Он немного поговорил со мной и назвал свое имя – Гастон де ла Тур. Ты его знаешь?

Отец удивленно смотрел на меня.

– Гастон де ла Тур и граф Карсонн – одно и то же лицо. Этот лес в самом деле – его собственность. Впрочем, как и большинство здешних земель.

– Ты хочешь сказать – это был сам граф? Но он не сказал... просто назвался – Гастон де ла Тур.

– Мне не нравится, что ты встретилась с ним, – сказал отец.

– Забавная получилась встреча.

– Не сомневаюсь. Он умеет позабавить женщину, если на него найдет охота.

Отец обеспокоенно вглядывался в мое пылающее лицо.

– Ну, может, вы больше и не увидитесь. Хорошо бы так. Он не может похвастаться очень хорошей репутацией... в отношении женщин.

– Ах, вот как? – рассмеялась я. – В это легко поверить.

Я передала Маррон конюху и пошла вместе с отцом в дом, продолжая вспоминать свою встречу с этим безнравственным графом.

Урожай винограда был уже собран, все прошло на удивление гладко. Теперь виноградные кисти лежали на ровном настиле, впитывая солнце. Каждый день люди с тревогой вглядывались в небо, но солнце каждое утро милостиво всходило на небосвод и изливало свои лучи на собранные ягоды. Все шло хорошо.

Кэти волновалась вместе со всеми, все больше проникаясь заботами виноделов. Отец показал ей огромные цилиндры для давления ягод. Она была немного разочарована, ей больше нравился старинный обряд. Но отец объяснил ей, что современный метод более эффективен.

Однако вскоре нас ожидал удар. Сезонные работники, которые каждый год приходили на помощь, на этот раз не появились. Отец был вне себя, когда узнал, что явилось тому причиной.

– Они будут работать в замке, – сказал он. – Обычно у графа vendange бывает на неделю-две позже нашего; у нас более солнечная сторона, поэтому мы начинаем раньше. В этом году он решил начать процесс приготовления вина одновременно с нами, и как следствие этого – работники, которые должны были работать у нас, пошли к нему.

– Ты хочешь сказать, что люди, которые столько лет работали на тебя, переметнулись к нему, как только он поманил?

– Это же граф. Он требует полного подчинения.

– А как же их лояльность по отношению к тебе?

– Их я не виню. Им приказали – они подчинились.

– Как это низко с его стороны!

– Он хочет дать понять всем нам, кто здесь хозяин. Большинство здешних земель принадлежит ему. Из-под его влияния выпадаем только мы и, конечно, Виллер-Мюр. И ему захотелось напомнить нам о своей власти в этих краях.

– А ты не можешь объяснить ему, что тебе нужны эти люди?

– Я не собираюсь просить об одолжении. Справимся как-нибудь сами.

– Ты думаешь?

– Надо постараться сделать все, что в наших силах.

Отец занялся перераспределением обязанностей среди работников, но тут случился второй удар. Работников перевозили с места на место на телегах. И вот как-то лошадь ни с того ни с сего понесла, перемахнула через изгородь, сломала ногу и перевернула телегу. В результате пострадало четверо человек – у старшего работника была сломана нога, еще у одного – рука, а двое получили царапины и ушибы.

Отец был в отчаянии.

– Можно подумать, что в этом году на наш vendange наложили проклятие.

А потом случилось неожиданное. Когда отец снова пытался все реорганизовать, в поместье прибыла телега с десятью работниками.

Я увидела телегу из окна и поспешила вниз узнать, что случилось на этот раз. Отец был уже там.

Один из людей сошел с телеги.

– Господин граф передает вам привет. Он услышал о вашей беде и послал нас поработать у вас, пока в этом будет необходимость.

Отец недоверчиво смотрел на них.

– Но... – пробормотал он, – я не понимаю. Почему же вы сразу не пришли ко мне?

– Таков был приказ господина графа, месье Сент-Аланжер. Мы не могли отказать ему. Но теперь он сам послал нас. Ему рассказали о несчастном случае, и он хочет помочь вам. Когда мы закончим работу здесь, то вернемся в замок на его vendange.

Отца раздирали противоречивые чувства. Я видела, какая в нем происходит борьба. Ему очень хотелось отказаться от предложения графа, но здравый смысл возобладал над гордостью. Это был шанс спасти урожай, и было бы глупостью отказаться от него.

– Очень любезно со стороны графа, – наконец невнятно выговорил он.

– Мы можем приступить к работе немедленно, месье Сент-Аланжер.

Они послезали с телеги. Их не было нужды инструктировать. Каждый из них прекрасно знал, что нужно делать.

Вернувшись вместе с отцом в дом, я положила руку ему на плечо:

– Значит, все обойдется?

– Мне непонятны мотивы его поступка.

– Он прослышал о несчастном случае. Я думаю, граф прекрасно осведомлен обо всех трудностях, которые должны были за этим последовать. Видимо, это вызвало у него сочувствие, и он решил проявить добрую волю.

– Ах, ты не знаешь этого человека. Мы конкуренты. Он будет страшно доволен, если наш урожай пропадет.

– Возможно, ты неверно судил о нем.

Отец покачал головой.

– Нет, у него есть на то свои причины. Он ничего не делает просто так.

Пришла Кэти и, выслушав новости, высказалась, как всегда, прямодушно:

– Он что, действительно такое чудовище?

Отец угрюмо кивнул.

– Вот бы посмотреть на него. Он живет в том замке? Он великан?

– Никаких великанов не существует, Кэти, – напомнила я ей.

Кэти была разочарована.

– Он хотя бы ест людей? – спросила она.

– В фигуральном смысле – да.

– Ну ладно, забудем о нем, – сказала я. – Теперь у нас полный комплект рабочих, и мы можем приступить к делу.

Отец согласился со мной, но я видела, что его очень насторожил тот факт, что спасение пришло к нему от графа.

Это была незабываемая ночь. Урожай был спасен, и это вызывало всеобщее ликование. Несмотря на препятствия, все в конце концов устроилось благополучно. Казалось, на торжество собралась вся округа. В теплом вечернем воздухе тускло мерцал свет от ламп фонарей. На лужайке перед домом скрипачи играли народные песни и пританцовывали; народ подпевал им. Увлеченная происходящим, Кэти тихо сидела рядом со мной.

66
{"b":"12169","o":1}