ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Каменная подстилка (сборник)
Куриный бульон для души. Истории для детей
Дом потерянных душ
Семья мадам Тюссо
Неудержимая. Моя жизнь
Смерть в поварском колпаке. Почти идеальные сливки (сборник)
Волки у дверей
Каждому своё
Создатели
A
A

– Шьете сорочки... портите руки... портите глаза... это нелепо. Поезжайте и поживите с моими родными в Суссексе.

– Вы говорили им обо мне? О том, что я убежала из дому? Что я – вдова?

– Кое-что я им сказал.

– Ах! – ответила она. – Это так на вас похоже. Так похоже на все, что вы делаете и думаете. Вы говорите лишь то, что считаете нужным людям знать... а остальное замалчиваете.

– Нет нужды говорить слишком много.

Слушая его, наблюдая за ним, искренне желая сделать ему приятное, она не могла не заметить, что Давид изменился. Казалось, что политика стала меньше его интересовать; он отошел от своих прежних друзей; он реже выступал на митингах; он расставался со своей любовью к равенству, как личинка расстается со своим коконом, освобождаясь и взрослея. Она поняла: то, что Уильям ставил превыше всего на свете, было для Давида интересной и забавной игрой, и вскоре он сделает то, что его родители, вне всякого сомнения, определят одним словом – «угомонился» – он станет состоятельным человеком, землевладельцем графства Суссекс; его единственной уступкой прежним идеалам окажется голосование за вигов, а не за тори; а прежнее время митингов и праведного гнева, энтузиазма и глубокого сострадания будет ему казаться временем болезни роста, перенесенной им в юности, чем-то таким, чему он поддался, потому что был молод и видел длшь одну сторону проблемы.

Аманда понимала это; она поняла, что это будет так, лишь только он предложил ей навестить его родителей, а ведь сделай он такое предложение Уильяму и прими тот его, это могло бы продлить жизнь Уильяма, хотя и не спасло бы его.

Возможно, это было одной из причин того, почему она не смогла его полюбить. Она к тому же была идеалисткой, стремящейся к совершенству.

Лилит сказала ей, что она дурочка.

– Чего ты ждешь? – допытывалась она. – Любви? Где ты думаешь ее найти? На углу у уличного торговца рыбой или пирожника? Ты собираешься всю жизнь шить сорочки?

– А что станет с тобой? Ты собираешься всю свою жизнь петь в ресторанчике Марпита?

Лилит отвела взгляд, пытаясь заглянуть в неизвестное будущее. Сэм начал проявлять норов; ей все еще удавалось «завлекать клиентов», но как долго будет это продолжаться? Ей уже девятнадцать, перестала быть не по годам развитым ребенком; а раннее развитие, как она полагала, было одним из ее ценнейших качеств. Сэм был не из тех, кто готов ждать вечно, и они с Фанни возобновили свои отношения, прерванные с появлением Лилит. С Фан было легко и спокойно; ей было свойственно то умение острить, которое Сэм называл «давать сдачи». Оно, конечно, не шло ни в какое сравнение с достоинствами Лилит; но даже имея превосходство, со временем можно упустить все шансы на успех.

Короче говоря, Аманда не давала Давиду Янгу определенного ответа, а Лилит раздумывала по поводу Сэма Марпита. Лилит заключила, что они обе выжидали; Аманда, которая и всегда была дурочкой, ждала чего-то такого, чего едва ли когда-нибудь дождется. Аманда, как обычно, сама не знала, чего хочет; Лилит же прекрасно знала, чего ждет.

И тут случилось непредвиденное. Наполеон, как обычно, отправился на перекресток со своей метлой. День был солнечный, что для его бизнеса было не так удачно, как бывает тогда, когда идет дождь или снег, но и в солнечный день на улице хватает мусора и конского навоза, среди которых надо расчистить проход для дам и джентльменов.

Он стоял и осматривался, думая об Уильяме, пребывающем на небесах, о том, хватает ли ему там еды. Он разное слышал о Боге; из того, что некоторые о Нем говорили, можно было заключить, что Он еще больше и свирепее, чем фермер Полгард. Только успел Наполеон пожелать Уильяму счастья на небесах, как на другой стороне улицы увидел светловолосого джентльмена, которого так сильно хотела встретить Лилит.

– Мистер Дейнсборо! – пробормотал возбужденно Наполеон так как именно это имя Лилит велела ему запомнить.

Именно этого замечательного момента он и ждал; этот день станет самым удивительным в его жизни. Он повторил имя, на этот раз громко. Но человека скрыла толпа, и он, конечно, не мог расслышать голос Наполеона из-за уличного шума. Наполеон бросился через улицу, крича:

– Мистер Дейнсборо! Мистер Дейнсборо! Остановитесь! Остановитесь!

Водитель омнибуса чертыхнулся, когда он метнулся наперерез.

– Мистер Дейнсборо! Мистер Дейнсборо! Светловолосый человек остановился и оглянулся.

И в ту же секунду выехавшая из-за омнибуса телега пивовара сбила Наполеона с ног. Теряя сознание, он смутно слышал доносившиеся как бы издалека голоса людей.

* * *

Аманда сказала:

– Лилит, я тревожусь. Что это значит? Где Наполеон? Уже двое суток его нет дома. Не засадили ли его, как Уильяма, в тюрьму? В чем дело?

Лилит молчала, лежа на матрасе и думая о Наполеоне. Что это значило? Это могло значить, что произошел несчастный случай и мальчик убит.

В поисках Наполеона она с Амандой отправилась на Риджент-стрит, потому что они знали, где он мел улицу; там они узнали от полицейского, что в тот день, когда пропал Наполеон, произошел несчастный случай. Он не мог сказать, было ли это с Наполеоном, так как подошел, когда все уже закончилось, но он слышал, что пострадал подметальщик переходов.

– Можно же как-то все выяснить, – предположила Аманда. – Ему может быть нужна наша помощь.

– Странно, – ответила Лилит. – Сперва ушел Уильям... теперь Наполеон. Аманда, что нам делать?

– Произошел несчастный случай. Что-то мы все-таки можем сделать. Я иду к Давиду. Он скажет, что делать. Он сообразит, как выяснить, где Наполеон.

Аманда надела плащ и отправилась. Давид поможет. Вот и не обойтись без него. Скоро она выйдет за него замуж. Лилит права, даже Аманда начала понимать, что дальше так жить им нельзя. Так думала Лилит, лежа на матрасе в мансарде. С такими мыслями не отдохнешь. Она даже вздрогнула, представив себе все ужасы, с которыми могут столкнуться беззащитные люди в большом городе.

И вот когда она лежала и предавалась грустным размышлениям, Дженни позвала ее и предупредила, что пришел какой-то джентльмен повидать ее и Аманду.

Лилит бросилась к двери; сердце ее забилось и колени задрожали, потому что по лестнице в мансарду поднимался Фрит.

– Лилит! – воскликнул он.

– Ты... – выдохнула она. – Это ты...

Фрит закрыл дверь и прислонился к ней спиной. Он сказал, успокаивая ее:

– Все в порядке. С мальчиком все будет хорошо. Он будет жить, хотя дело могло принять скверный оборот. Я только что узнал, почему он хотел меня видеть. Он у меня дома. Я ухаживаю за ним.

Лилит почти не слушала его; но не потому, что ей было безразлично, как чувствует себя Наполеон, просто она не могла опомниться из-за появления Фрита.

– Фрит! – начала она, а дальше последовал какой-то ее странный смех, который удивил ее саму и который она не в силах была остановить. Ей хотелось подбежать к нему, обнять его, но она побоялась. Он очень изменился; она, должно быть, тоже. Возможно, ей придется снова завоевывать его.

– Лилит, – сказал он, – как чудесно, что я тебя встретил! Где Аманда? Не здесь же... живет она?

Тут Лилит поняла, что дом семьи Мерфи кажется ему убогим и жалким.

– Здесь, – ответила она.

– Невероятно. Аманда!

– Да, Аманда, – повторила она и с упреком прибавила: – И я!

Тут он рассмеялся.

– И ты, Лилит. Странно... Я мог уже давно встретить тебя. Представляешь? Этот мальчик ведь с вами живет. Я обратил внимание на его акцент, но когда он мне сказал, что приехал из наших мест, мне и в голову не пришло, что он приехал с вами.

– Не присядешь ли, Фрит?

Он продолжал расспрашивать:

– Ты... ты спишь в этой мансарде?

– Да, – ответила она.

– Ты... и Аманда?

Ей хотелось, чтобы он перестал говорить об Аманде; его не коробило, что она, Лилит, должна жить в таком месте. Ее охватил испуг; она боялась, что Аманда может вернуться слишком быстро. Как она мечтала об этой встрече, и как трудно сказать все, что необходимо! Как представляла она себе их встречу? Вот встретятся, как сейчас встретились, и, не колеблясь ни секунды, кинутся друг другу в объятия. Но оказалось, что надо преодолеть возникшее между ними отчуждение, чтобы вернулись прежние отношения, а она не решалась это сделать.

47
{"b":"12170","o":1}