1
2
3
...
22
23
24
...
79

— А дом может достаться тебе?

— У дяди нет семьи. Как ты знаешь, он никогда не был женат. Дом перешел бы к дяде Редмонду, если бы тот был жив. Затем есть Адам — Адам, который всего на два года старше меня. Но поскольку отношения между дядей Редмондом и дядей Сильвестером были не лучшими, а Адам — сын первого… Ну, ты понимаешь, о чем я говорю. Словом, это невозможно.

— А ты хотел бы получить этот дом, Джолифф?

— Еще как. Что-то подсказывает мне, что мандарины не врут, отправляясь в дорогу к праотцам. Да, я хотел бы получить этот дом… очень хотел бы. Есть только одно желание сильнее этого — это ты, моя Джейн.

Мне было трудно забыть этот разговор. Он все время звучал в моей памяти. Мое воображение было приковано к Дому тысячи светильников. Я мысленно рисовала себе картины, в которых светильники свешивались с потолка, были укреплены на стенах, и в каждом из них — своя маленькая лампочка. И должен наступить день, когда я увижу все это воочию. Мне очень хотелось дождаться этого дня. Это волновало меня, но другое огорчало — я знала, что за сегодняшнее и возможное будущее счастье пришлось расплатиться предательством мистера Сильвестера Мильнера.

Пока мы гуляли по левому берегу Сены и разговаривали обо всем, я старалась выстроить картину жизни Джолиффа и попытаться решить, каким образом мне туда вписаться.

Было совершенно очевидно, что он увлечен своим делом, и еще раз я мысленно благодарила судьбу за то, что могла разделить с ним его увлечение. И опять благодаря мистеру Сильвестеру. Джолифф говорил о вещах мне доступных, и мое счастье крепло. Впереди открывалась великолепная жизнь.

И тут я сделала открытие, которое как бы набросило уздечку на мои надежды. Это было как первое облако на голубом, еще чистом горизонте.

Мы пообедали с друзьями Джолиффа и возвратились в наш отель. Мы отдались друг другу и лежали расслабленно бок о бок. У меня на пальце было кольцо с глазом богини Куан Цинь, и я сказала:

— Я думаю, что верю в приметы. С того момента, как ты подарил мне это кольцо, жизнь стала особенно прекрасна.

— О чем это ты? — сонно поинтересовался Джолифф.

— О Куан Цинь, — ответила я.

— Вот если бы мне найти оригинал…

— Мы будем искать его, Джолифф. А что бы ты сделал, если бы нашел его?

— Это проблема. Хранить ее и заставлять богиню слушать мои жалобы и стоны и приходить мне на помощь, или продать ее и заработать состояние? Что полезнее, Джейн?

— Это зависит от того, насколько глубоко ты веришь в легенду.

— Состояния более осязаемы, чем легенды.

— Интересно, нашел ли один из твоих дядей подлинник, в конце концов? А если так, то что он с ней намерен сделать?

— А та… Нет, это одна из сотен.

— Откуда ты знаешь это? — А я осмотрел ее.

— Что? — я сразу проснулась полностью. Джолифф приоткрыл один глаз и притянул меня плотнее к себе.

— Кто увидел свет в комнате? Кто спустился туда в ночной рубашке и нашел вместо взломщика любовь?

— Что ты говоришь, Джолифф?

— Ты, моя дорогая Джейн, член семьи. Это была моя свеча в той комнате. Какой острый глаз тебе надо было иметь и почему ты именно в этот момент не спала, когда весь дом просто не имел права не спать?

— Джолифф, я не понимаю…

— Тогда тебе изменяет твоя обычная сообразительность. Разве ты не догадываешься, почему я прибыл именно в те дни? Очень просто — я узнал, что дядя Сильвестер заполучил Куан Цинь.

— А как ты попал в ту комнату? Ведь ключ от нее был только у меня. Он рассмеялся.

— Это не совсем так, Джейн, дорогая. И у меня был ключ.

— Но откуда? Их было всего три. У дяди Сильвестера, у Линг Фу и у меня.

— Нет, их было четыре, а может быть, и больше. Кто знает, во всяком случае, один был у меня.

— Но… откуда?

— Моя дорогая Джейн. Я знал этот дом многие годы. Я подолгу жил у дяди. И было время, когда он обучал меня для работы с ним.

— И он дал тебе ключ?

— Давай скажем, что я стал обладателем ключа.

— Каким образом?

— Я воспользовался предоставившейся мне возможностью, вынул его из секретного места и сделал копию. Теперь я могу бывать в этой комнате, когда захочу, и оставаться там столько, сколько мне требуется.

— О, Джолифф!

— Ты шокирована сейчас. Но тебе пора взрослеть, Джейн, если ты собираешься заниматься этим бизнесом. Мы — соперники… мы должны знать, чем располагает противник. Есть только два состояния — или любовь, или война. Это разновидность войны.

— О, нет!

Он притянул меня к себе и поцеловал, но я не ответила на этот поцелуй, — Я устал от Куан Цинь, Джейн.

— Я хочу знать, что произошло.

— Дорогая, ты что, до сих пор не поняла этого? Я опустился вниз, когда дяди не было. Под покровом ночной тишины я вошел в секретную комнату, взял Куан Цинь, обследовал ее внимательно и затем поставил на место. Во время возвращения статуэтки на законное место я был обнаружен моей будущей женой, и мы встретились при лунном свете. Или нет, луны, по-моему, не было. Жалко, при луне было бы романтичней. Но ничего, свет звезд тоже подошел, при нем имела место романтическая сцена, нежная прелюдия к будущему, которая должна была вызвать ревность всех богов ко мне. Джейн, я люблю тебя.

— Но это было не правильно, — заявила я.

— Что ты подразумеваешь под словом «не правильно»?

— Идти вот таким способом в ту комнату Это было как воровство.

— Ерунда. Не было взято ничего, что не вернулось бы на свое место.

— Но почему ты не появился, когда дядя был дома, почему не спросил у него разрешения?

— Существуют деловые секреты. Ты должна это понять. Мы все знаем, что соперник может стать обладателем подлинника Куан Цинь. Он может прятать ее, выжидая момент для продажи. Это элементарный бизнес, Джейн.

— Приехать специально туда, зайти в его частную комнату, забрать ее оттуда…

— Я знал, что это совершенно безопасно. Он был в отъезде, и мне было известно, где он находится. Я знал, что мне хватит вполне времени и на то, чтобы взять ее оттуда, и на то, чтобы возвратить на место. Но хватит об этом. Я устал от этой темы.

Но я не могла отделаться от размышлений о том происшествии и чувствовала себя обманутой, хотя на самом деле обманут был мистер Сильвестер Мильнер.

Мне такие способы ведения бизнеса не нравились.

Я посмотрела на Джолиффа другими глазами, этот разговор заставил меня сделать это. Я по-прежнему любила его так же глубоко, но что-то изменилось. Тревога прокралась в меня. Это был страх от вопроса, каким может быть мое следующее открытие.

Глава 2

Через несколько дней мы пересекли Ла Манш. Дом Джолиффа в Кенсингтоне мне очень понравился. Он был высоким, даже стройным. Ряды таких домов воссоздают грациозность эпохи, когда их построили. В доме было четыре этажа, на каждом по две комнаты — довольно больших. Энни и Альберт, которые встретили нас приветствиями, жили над стойлами конюшни, которая была расположена позади террасы. Энни была типичной бывшей мамкой, которая высидела, как наседка, Джолиффа и совершенно не хотела принимать во внимание, что он уже взрослый. Она называла его по-старомодному — мастер Джо и брюзжала на него добродушно, так, что это его не раздражало. А Джолифф — это опять было открытием — считал, что его миссией является принятие обожания дамского пола. Альберт, бледный и жилистый, был умельцем, который содержал в порядке повозки и лошадей, и был очень молчалив.

Я приняла здешние порядки с первого касания. Наша комната была на третьем этаже. Окна открывались на балкон, а оттуда были видны конюшни и сад. Хотя в сравнении с усадьбой Роланд здешний сад казался довольно жалким. Это был квадрат, засеянный цветами, его ограничивала полоска земли, на которой росли вечнозеленые кусты. Стояла здесь одинокая груша, плоды которой, правда, трудно было отнести к съедобным. Они были маленькими, зелеными, твердыми. Энни объяснила, что они годятся только для компота.

23
{"b":"12171","o":1}