ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Киберспорт
Время Березовского
Когда Ницше плакал
Роковой сон Спящей красавицы
Мститель. Долг офицера
Голодный мозг. Как перехитрить инстинкты, которые заставляют нас переедать
Пробужденные фурии
Лучшая неделя Мэй
Личный бренд с нуля. Как заполучить признание, популярность, славу, когда ты ничего не знаешь о персональном PR

А говоришь, что ты был где-то по вопросу розового кварца…

— Я и был. А позднее заглянул к Чан Чолань… По пути домой.

И часто ты там бываешь?

— Да так, иногда.

Я смотрела на него с вызовом.

А зачем? Он подошел ко мне и положил руки мне на плечи.

— Эта леди — сильный человек Гонконга. У нее огромные связи, она знает множество людей.

— Богатых мандаринов, которые хотят завести., роман?

— Совершенно верно. Но эти богатые мандарины хотят купить что-нибудь ценное, либо продать пару вещей из коллекций, которые их предки собирали веками. Этим путем мы достали наши наиболее восхитительные вещи.

— Ты ходишь туда, чтобы встретиться с этими людьми?

— Я использую любую возможность. Так же, кстати, как и Адам.

— А Тоби там бывает? Джолифф засмеялся.

— Дорогой старина Тоби. Элспет никогда не позволила бы ему ступить хоть одной ногой в подобное заведение. Она страшно боится, что его могут там соблазнить.

— А мне не надо бояться этого? Он прижал меня к себе.

— Ни капельки. Ты же знаешь, что я полностью принадлежу только тебе.

Конечно, я поверила ему… на тот момент.

Ревность коварна. Кто-то смеется над самой мыслью, что любимый человек может быть неверен, другой уверяет себя, что все это игра воображения из-за очень большой любви. А меня опять начали мучить сомнения по поводу того, насколько глубоко я знаю Джолиффа.

Что я знала наверняка: он был очень привлекательным — не только для меня, но и для других. Лилиан Ланг очень хитро проехалась по этому поводу, когда мы с ней встречались.

Что сплетничали о первой жене Джолиффа?

Я знаю, что эти женщины не очень верили, что она покончила с собой из-за болезни. Больше грешили на Джолиффа.

Элспет верила, что если однажды брачные обязательства были приняты, то от них не освобождает ничто. В ее глазах Джолифф был человеком ненадежным, и тот факт, что я предпочла его Тобиашу, расценивался как свидетельство моей дремучей глупости. Ее отношение к дуракам было таким же, как к жуликам. И она считала по этой причине, что я проиграла все, что могла бы получить.

Когда Лотти пришла ко мне и передала приглашение еще раз посетить Чан Чолань, я приняла его с радостью. Эта странная женщина вызывала теперь у меня интерес гораздо больше, чем прежде. Мне хотелось посидеть с ней и, возможно, даже поговорить откровенно.

— Она хотела бы, чтобы вы взяли с собой Джейсона.

Джейсон был в восторге от этой перспективы. Слуга с косичкой открыл ворота, и мы вошли во двор. Дом выглядел очаровательно в лучах солнца. Он был трехэтажным, каждый этаж выступал над нижним. А крыша была украшена орнаментом.

Нынешнее посещение отличалось от прошлого визита. На сей раз кроме нас не было никого. Мне было интересно, зачем я ей понадобилась. Может быть, ее приглашение было следствием какого-то разговора с Джолиффом, в ходе которого он рассказал, что я очень хотела бы знать, зачем мой муж приходит в этот дом.

В холле нам пришлось немного подождать. Откуда-то издалека доносились звуки китайских музыкальных инструментов. Затем пришел слуга, чтобы проводить нас в комнату, где мы должны были предстать перед хозяйкой. Она сидела на высокой подушке и поднялась, элегантно раскланиваясь с нами. Чан Чолань соединила руки и трижды подняла их на уровень лица. Она приветствовала нас мягким музыкальным голосом, произнеся традиционные для данной церемонии китайские слова. Она посмотрела на Джейсона и поприветствовала его теми же словами персонально. Он уже понимал, что должен ответить точно так же.

Хозяйка сказала по-китайски, а Лотти перевела мне:

— Чан Чолань говорит, что у вас очень хороший сын.

Мы все сели. Она хлопнула в ладоши. На каждом длинном ногте был охранный чехол.

Прибежал слуга, и она что-то сказал ему так быстро, что мне не удалось разобрать ни слова. Я подумала, что она попросила принести чай ее гостям. Но оказалось, что речь шла совсем не о чае. Другой слуга привел за руку маленького мальчика. Его черные волосы были гладко зачесаны, блестящие глаза, кстати, как и у Лотти не такие узкие, как у большинства здешних обитателей, смотрели очень внимательно. У него была нежная кожа, тоже, как у Лотти, цвета лепестков магнолии. Он был одет в голубые шелковые брюки и куртку.

Чан Чолань невозмутимо посмотрела на него.

Она подала знак, он подошел и низко поклонился нам. Джейсон и мальчик внимательно изучали друг друга. В комнате стояла удивительная тишина. Чан Чолань внимательно смотрела на обоих мальчиков, как бы сравнивая их.

Джейсон спросил мальчика:

— Сколько тебе лет?

Мальчик улыбнулся. Он не понимал по-английски.

— Он — Чин Ки, — пояснила Чан Чолань.

— Это имя великого воина, — перевела Лотти и добавила, что когда-нибудь мальчик будет великим воином.

Чан Чолань что-то быстро говорила мальчику, который смотрел на Джейсона как-то застенчиво.

Лотти пояснила, что Чан Чолань попросила Чин Ки показать Джейсону его воздушного змея.

При упоминании о змее Джейсон заметно оживился.

Он засыпал мальчика вопросами о змее, о том, есть ли на змее дракон, а потом сообщил, что он и его отец умеют запускать змея выше всех. Чин Ки улыбался в ответ. Джейсон явно был ему симпатичен и к тому же был намного больше его самого.

Чан Чолань сказала что-то Лотти, которая тут же встала.

Чан Чолань сказала, чтобы я забрала мальчиков и погуляла во дворе.

Я кивнула, и Лотти увела мальчиков. Когда она вышла, подали чай.

Чан Чолань и я сидели у окна. Появились мальчики. Они несли змея размером с Чин Ки.

Лотти присела на скамейку и стала наблюдать за ними.

Слуга подал мне мою чашку. Я потягивала напиток. Он был горячим и освежающим.

Она произнесла: «Ваш сын… мой сын».

— Он очень замечательный ребенок, ваш Чин Ки.

Два замечательных мальчика. Они счастливо играют.

Мне были поданы сушеные фрукты. Я взяла одну штуку вилочкой с двумя длинными зубцами.

— Забавляются змеем. Восток и Запад. Хотя… Казалось, что-то мешает ей продолжить фразу Но я поняла, что она хочет сказать мне что-то важное.

Джейсон и Чин Ки общались гораздо легче и оживленней, чем мы. Их головы были рядом, когда они запускали змея.

Они стояли плечом к плечу, расставив ноги, и смотрели вверх. А я, наблюдая за ними, заметила, что они очень похожи.

Чан Чолань, казалось, прочитала мои мысли Она медленно сказала:

— Они выглядят… один как другой?

— Да, я тоже подумала об этом.

— Ваш сын… мой сын. — Она указала на меня, потом на себя. Она улыбалась и кивала головой.

Два мальчика… Мальчики лучше, чем ребенок-девочка. Вы рады?

Она поняла, что я сказала, и кивнула головой. Где-то в доме раздался гонг. Это было как дурное предзнаменование, потому что ее следующие слова меня поразили:

— Мой сын… Ваш сын… у обоих английский отец. Она улыбалась, кивала, но в ее взгляде сверкало злорадство.

О Боже, подумала я. О чем это она? И опять где-то в глубине дома прозвучал гонг. Я не могу сказать точно, сколько мы просидели, наблюдая за детьми, игравшими во дворе.

Джейсон вскрикивал диким голосом, когда змей взмывал вверх, а Чин Ки светился радостью.

Он время от времени поглядывал на Джейсона, и они оба смеялись, как будто у них был общий секрет.

Я хорошо изучила хозяйку дома — ее тонкие духи, грациозное царственное тело, крошечные ножки в маленьких черных туфлях, ее прекрасные выразительные руки. Я чувствовала себя рядом с ней неуклюжей и неловкой. Она была уникальна. Ее специально учили пленять мужчин. Она была для меня в полном смысле слова чужестранкой. Я вспомнила мою маму, которая хотела видеть меня большой и сильной. Она покупала мне, экономя, новые туфли на вырост, так что длительное время моим ступням было очень просторно, и они спокойно росли.

Это, наверное, были странные мысли, но я даже сама перед собой пыталась скрыть подозрение, которое уже начало формироваться у меня в сознании.

65
{"b":"12171","o":1}