1
2
3
...
64
65
66
...
79

А говоришь, что ты был где-то по вопросу розового кварца…

— Я и был. А позднее заглянул к Чан Чолань… По пути домой.

И часто ты там бываешь?

— Да так, иногда.

Я смотрела на него с вызовом.

А зачем? Он подошел ко мне и положил руки мне на плечи.

— Эта леди — сильный человек Гонконга. У нее огромные связи, она знает множество людей.

— Богатых мандаринов, которые хотят завести., роман?

— Совершенно верно. Но эти богатые мандарины хотят купить что-нибудь ценное, либо продать пару вещей из коллекций, которые их предки собирали веками. Этим путем мы достали наши наиболее восхитительные вещи.

— Ты ходишь туда, чтобы встретиться с этими людьми?

— Я использую любую возможность. Так же, кстати, как и Адам.

— А Тоби там бывает? Джолифф засмеялся.

— Дорогой старина Тоби. Элспет никогда не позволила бы ему ступить хоть одной ногой в подобное заведение. Она страшно боится, что его могут там соблазнить.

— А мне не надо бояться этого? Он прижал меня к себе.

— Ни капельки. Ты же знаешь, что я полностью принадлежу только тебе.

Конечно, я поверила ему… на тот момент.

Ревность коварна. Кто-то смеется над самой мыслью, что любимый человек может быть неверен, другой уверяет себя, что все это игра воображения из-за очень большой любви. А меня опять начали мучить сомнения по поводу того, насколько глубоко я знаю Джолиффа.

Что я знала наверняка: он был очень привлекательным — не только для меня, но и для других. Лилиан Ланг очень хитро проехалась по этому поводу, когда мы с ней встречались.

Что сплетничали о первой жене Джолиффа?

Я знаю, что эти женщины не очень верили, что она покончила с собой из-за болезни. Больше грешили на Джолиффа.

Элспет верила, что если однажды брачные обязательства были приняты, то от них не освобождает ничто. В ее глазах Джолифф был человеком ненадежным, и тот факт, что я предпочла его Тобиашу, расценивался как свидетельство моей дремучей глупости. Ее отношение к дуракам было таким же, как к жуликам. И она считала по этой причине, что я проиграла все, что могла бы получить.

Когда Лотти пришла ко мне и передала приглашение еще раз посетить Чан Чолань, я приняла его с радостью. Эта странная женщина вызывала теперь у меня интерес гораздо больше, чем прежде. Мне хотелось посидеть с ней и, возможно, даже поговорить откровенно.

— Она хотела бы, чтобы вы взяли с собой Джейсона.

Джейсон был в восторге от этой перспективы. Слуга с косичкой открыл ворота, и мы вошли во двор. Дом выглядел очаровательно в лучах солнца. Он был трехэтажным, каждый этаж выступал над нижним. А крыша была украшена орнаментом.

Нынешнее посещение отличалось от прошлого визита. На сей раз кроме нас не было никого. Мне было интересно, зачем я ей понадобилась. Может быть, ее приглашение было следствием какого-то разговора с Джолиффом, в ходе которого он рассказал, что я очень хотела бы знать, зачем мой муж приходит в этот дом.

В холле нам пришлось немного подождать. Откуда-то издалека доносились звуки китайских музыкальных инструментов. Затем пришел слуга, чтобы проводить нас в комнату, где мы должны были предстать перед хозяйкой. Она сидела на высокой подушке и поднялась, элегантно раскланиваясь с нами. Чан Чолань соединила руки и трижды подняла их на уровень лица. Она приветствовала нас мягким музыкальным голосом, произнеся традиционные для данной церемонии китайские слова. Она посмотрела на Джейсона и поприветствовала его теми же словами персонально. Он уже понимал, что должен ответить точно так же.

Хозяйка сказала по-китайски, а Лотти перевела мне:

— Чан Чолань говорит, что у вас очень хороший сын.

Мы все сели. Она хлопнула в ладоши. На каждом длинном ногте был охранный чехол.

Прибежал слуга, и она что-то сказал ему так быстро, что мне не удалось разобрать ни слова. Я подумала, что она попросила принести чай ее гостям. Но оказалось, что речь шла совсем не о чае. Другой слуга привел за руку маленького мальчика. Его черные волосы были гладко зачесаны, блестящие глаза, кстати, как и у Лотти не такие узкие, как у большинства здешних обитателей, смотрели очень внимательно. У него была нежная кожа, тоже, как у Лотти, цвета лепестков магнолии. Он был одет в голубые шелковые брюки и куртку.

Чан Чолань невозмутимо посмотрела на него.

Она подала знак, он подошел и низко поклонился нам. Джейсон и мальчик внимательно изучали друг друга. В комнате стояла удивительная тишина. Чан Чолань внимательно смотрела на обоих мальчиков, как бы сравнивая их.

Джейсон спросил мальчика:

— Сколько тебе лет?

Мальчик улыбнулся. Он не понимал по-английски.

— Он — Чин Ки, — пояснила Чан Чолань.

— Это имя великого воина, — перевела Лотти и добавила, что когда-нибудь мальчик будет великим воином.

Чан Чолань что-то быстро говорила мальчику, который смотрел на Джейсона как-то застенчиво.

Лотти пояснила, что Чан Чолань попросила Чин Ки показать Джейсону его воздушного змея.

При упоминании о змее Джейсон заметно оживился.

Он засыпал мальчика вопросами о змее, о том, есть ли на змее дракон, а потом сообщил, что он и его отец умеют запускать змея выше всех. Чин Ки улыбался в ответ. Джейсон явно был ему симпатичен и к тому же был намного больше его самого.

Чан Чолань сказала что-то Лотти, которая тут же встала.

Чан Чолань сказала, чтобы я забрала мальчиков и погуляла во дворе.

Я кивнула, и Лотти увела мальчиков. Когда она вышла, подали чай.

Чан Чолань и я сидели у окна. Появились мальчики. Они несли змея размером с Чин Ки.

Лотти присела на скамейку и стала наблюдать за ними.

Слуга подал мне мою чашку. Я потягивала напиток. Он был горячим и освежающим.

Она произнесла: «Ваш сын… мой сын».

— Он очень замечательный ребенок, ваш Чин Ки.

Два замечательных мальчика. Они счастливо играют.

Мне были поданы сушеные фрукты. Я взяла одну штуку вилочкой с двумя длинными зубцами.

— Забавляются змеем. Восток и Запад. Хотя… Казалось, что-то мешает ей продолжить фразу Но я поняла, что она хочет сказать мне что-то важное.

Джейсон и Чин Ки общались гораздо легче и оживленней, чем мы. Их головы были рядом, когда они запускали змея.

Они стояли плечом к плечу, расставив ноги, и смотрели вверх. А я, наблюдая за ними, заметила, что они очень похожи.

Чан Чолань, казалось, прочитала мои мысли Она медленно сказала:

— Они выглядят… один как другой?

— Да, я тоже подумала об этом.

— Ваш сын… мой сын. — Она указала на меня, потом на себя. Она улыбалась и кивала головой.

Два мальчика… Мальчики лучше, чем ребенок-девочка. Вы рады?

Она поняла, что я сказала, и кивнула головой. Где-то в доме раздался гонг. Это было как дурное предзнаменование, потому что ее следующие слова меня поразили:

— Мой сын… Ваш сын… у обоих английский отец. Она улыбалась, кивала, но в ее взгляде сверкало злорадство.

О Боже, подумала я. О чем это она? И опять где-то в глубине дома прозвучал гонг. Я не могу сказать точно, сколько мы просидели, наблюдая за детьми, игравшими во дворе.

Джейсон вскрикивал диким голосом, когда змей взмывал вверх, а Чин Ки светился радостью.

Он время от времени поглядывал на Джейсона, и они оба смеялись, как будто у них был общий секрет.

Я хорошо изучила хозяйку дома — ее тонкие духи, грациозное царственное тело, крошечные ножки в маленьких черных туфлях, ее прекрасные выразительные руки. Я чувствовала себя рядом с ней неуклюжей и неловкой. Она была уникальна. Ее специально учили пленять мужчин. Она была для меня в полном смысле слова чужестранкой. Я вспомнила мою маму, которая хотела видеть меня большой и сильной. Она покупала мне, экономя, новые туфли на вырост, так что длительное время моим ступням было очень просторно, и они спокойно росли.

Это, наверное, были странные мысли, но я даже сама перед собой пыталась скрыть подозрение, которое уже начало формироваться у меня в сознании.

65
{"b":"12171","o":1}