1
2
3
...
73
74
75
...
79

Переходя из комнаты в комнату, я видела, что везде пусто и тихо.

Стоя в холле, я еще раз ощутила, как тишина дома обволакивает. Мрачное предчувствие охватило меня.

Я знала, что теперь надо быть бдительной вдвойне.

Больше не было никаких сомнений: кто-то угрожает мне, возможно, моей жизни. Он собирается покончить со мной медленно, чтобы не возникло никаких подозрений. Но все мои подозрения надо было спрятать. Я затаюсь и буду ждать, как зверь в засаде, чтобы потом выскочить и поймать дракона. Потом стащить с него маску и, наконец, узнать всю правду.

В нескольких комнатах пришлось зажечь светильники. Уже стемнело. Дом, погрузившись в тишину, стал другим. В такое время суток в доме наступала не правдоподобная тишина, нарушаемая только какими-то отдаленными звуками.

Я пообещала себе, что при свете дня еще раз тщательно осмотрю те четыре комнаты, прилегавшие к холлу. В одну из них совершенно определенно вошел тот, кто изображал дракона.

Светильники в нижних комнатах горели, как это бывало обычно, но даже их свет не рассеивал мрака. Я огляделась кругом. Куда пошел этот ряженый? Мог ли он прятаться в другой комнате, пока я осматривала, скажем, эту? Каким образом он ускользнул? Откуда у него этот костюм?

Стены в этих комнатах были отделаны филенкой. Светильники бросали скупой свет на стены, но даже при этом освещении можно было понять, что отделка этих комнат была нетипичной для китайского дома.

Я изучила филенки. Они очень напоминали отделку, знакомую мне по усадьбе Роланд.

И тут меня, как током ударило — на одной из дощечек зацепился маленький кусочек красной ткани.

Я замерла и стала изучать его.

Я хотела вытянуть его, чтобы осмотреть внимательней, но ничего не получалось. Этот кусочек уходил… внутрь стены.

Сердце мое выпрыгивало из груди. Я подбежала к двери и закрыла ее.

Потом возвратилась к этому торчащему в стене кусочку ткани.

Мне надо было бы позвать кого-нибудь и показать свою находку.

Но кому? Джолиффу? Но сказать Джолиффу… а если все мои подозрения имели основания?

Мне стало страшно. Надо было трезво проанализировать все факты, если я собиралась понять, что же происходит. Мне нельзя было сейчас поддаваться своей всевластной любви к нему.

Я должна быть очень хладнокровной и мыслить логически.

Подойдя к стене, я взяла этот лоскуток. Он был очень маленьким. Я постаралась вытянуть его. И тут вдруг щель между панелями стала увеличиваться.

В нее уже могли войти мои пальцы. Очень медленно панель разошлась и на меня глянуло лицо дьявола.

В испуге я отпрянула. Мне показалось, что оно двинулось на меня. Затем я поняла, что это только карнавальный костюм, а маска намалевана на колпаке, надевавшемся на голову. Маска Смерти была нарисована светящимися в темноте красками. Вот он, тот дьявол, который отравлял мое существование, поскольку я считала, что это плод больного воображения!

— Идиотка! — Я громко обругала себя. — Это же карнавальный костюм, и сюда его спрятал тот, кто знает о существовании этого потайного хранилища.

Я заставила себя шагнуть в углубление, где была спрятана маска Смерти и коснуться рукой красной материи. Костюм был повешен на гвоздь так, что при мимолетном взгляде могло показаться, будто в углублении стоит кто-то со страшным оскаленным лицом.

Внутри этой небольшой пещеры пахло плесенью. Меня вдруг пронзила страшная мысль, что если я шагну в это помещение величиной с большой буфет, то двери захлопнутся навсегда. Сюда вход был, но отсюда не было выхода.

Я выбежала из комнаты и громко позвала Джолиффа.

Ответа не было. В доме стояла тишина. Я возвратилась в злосчастную комнату и стала ждать.

Я очень обрадовалась, когда вдруг зашел Адам. Я пригласила его прямо в эту загадочную комнату. Когда он увидел тайник, то невероятно удивился.

— Как вам удалось открыть его? Подумать только, что он существовал здесь века, и никто даже не подозревал.

Он шагнул туда, и я последовала за ним. Адам был несколько разочарован размерами тайника.

— Как большой буфет. — Он выразился так же, как чуть раньше подумала я сама.

— Джейн, посмотрите, какой здесь светильник. Весьма оригинальный.

— Между прочим, это уже шестьсот первый.

— О да, Джейн. Мы ведь дальше стен не проникали. Это замечательное открытие.

— Что же здесь могло быть, как вы думаете?

— Если бы я знал, то воспользовался бы тайником.

— Я думаю, что кто-то в доме знает о его существовании.

— Почему?

— Потому что я обнаружила кусок материи в стене. А несколько дней назад тут ничего не было. Кто-то в поспешности воспользовался тайником, выйдя из него и опять войдя, но так быстро, что оставил улику.

— Но кто? — Адам спросил это почти в замешательстве.

Я внимательно посмотрела на него. Его лицо в неярком свете казалось совершенно бесстрастным.

— Очень интересно. Но, значит, в доме могут быть и другие тайники. Комнаты с такими стенами идеальны для них. Любопытно, есть они или нет.

Лицо его было по-прежнему бесстрастно. Никто бы не смог догадаться, о чем Адам думает в данный момент Наблюдая за ним, я спрашивала себя: «Знал ли он об этом комнате? Не был ли он тем, кто использовал этот костюм, чтобы пугать меня? Не был ли Адам тем, чей след я видела, выскочив из спальни?»

— Я думаю, мы должны как следует изучить нижние комнаты. Слушайте, по-моему, пришел Джолифф. Да, это был Джолифф. Я позвала его.

— Посмотри, что я нашла!

— О, Боже! — Джолифф даже закричал:

— Секретное хранилище? Что там? Ничего?

Я внимательно следила за ним, когда он вошел в это маленькое помещение. Какой же подозрительной я оказалась. Что он чувствовал на самом деле? Насколько искренним было его удивление?

— Еще один сюрприз. — Он сказал это с гримасой. — Ну и находка. И это обнаружила ты, моя умная Джейн!

А я переводила взгляд с одного на другого и думала:

«Один из вас играет. Кто-то из вас знал и раньше об этом секретном месте. Один из вас, нарядившись в этот костюм, приходил в мою комнату, чтобы доказать, что я больна и меня посещают галлюцинации. Галлюцинации… доказательство того, что человек безнадежно болен или сходит с ума».

У каждого из них есть причины действовать подобным образом. Главная — этот дом, крепость Сильвестера, которая теперь принадлежит мне. Но каждый из них хотел бы заполучить дом, и каждый верит, что сможет стать владельцем, если… не будет меня.

Любовь — предательница, а я любила Джолиффа. Может быть, это он хотел убить меня. Я не была в этом уверена. Может быть, он хотел разделить с кем-то мои богатства. Такого рода опасения мучили меня и все же я его любила.

Я говорила себе, что должна следить за ним. Мне надо точно узнать, зачем он ходит так часто к Чан Чо-лань. Я должна понять, он ли пытался отравить меня.

Мы лежали в нашей кровати, было раннее утро, еще толком даже не рассвело.

Я неожиданно проснулась, видимо, по той же причине, что и Джолифф.

— Джейн, — он обратился ко мне очень тихо. — Что это?

— Джолифф, — я говорила медленно, слова как бы не хотели идти наружу, — у меня временами бывают такие страхи!

— Почему же ты мне не говорила об этом раньше? Ты должна говорить мне обо всем. Сильвестер… как он умер?

— Ты же знаешь, он долго болел. Тот несчастный случай стал для него началом конца. Но в Англии он чувствовал себя вполне прилично. Да, его ранило, но не смертельно. От таких ран не умирают. Но когда он прибыл сюда, то неожиданно стал просто чахнуть. У него появились приступы апатии, потом галлюцинации. Он стал ходить во сне. То же самое произошло и со мной.

Люди ходят во сне, если у них что-нибудь не в порядке со здоровьем.

— И они становятся больными, если им дают что-то, что приводит к заболеванию.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду вот что — кто-то в этом доме пытается отравить меня.

— Джейн, тебе это мерещится.

— О, это очень длинный сон. Он продолжается уже много недель. Когда я обнаружила этот кусочек материи, зацепившийся за филенку, до меня многое дошло. Все стало очевидным. Кто-то пытался пугать меня, чтобы подорвать мое здоровье — точно тем же способом, как это было проделано с Сильвестером, — тогда я ушла бы так же тихо, как и он, и никаких подозрений, что дело нечисто, просто возникнуть не должно.

74
{"b":"12171","o":1}