ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

За спиной две женщины перешептывались:

— Вот это размах! Не поскупился на такие расходы.

— Расходы! Для него это пустяки. Он миллионер.

— А теперь у него есть все: и состояние, и эта молоденькая девочка.

Какая жалость, что у меня такой хороший слух! Мне даже послышалось, как кто-то сказал: «Ты думаешь, это долго продлится?»И я вздрогнула, потому что мне показалось, будто Джессика стоит рядом и аккуратно укладывает вуали в коробку, где еще много места.

Я чувствовала себя совершенно свободно и естественно с этими людьми, словом, стала настоящей светской дамой. Я была желанной, меня любил мужчина, который, только войдя в комнату, сразу привлекал к себе всеобщее внимание. И он выбрал меня! Это заставляло еще выше поднимать голову.

Я постоянно ловила его взгляд, любящий и нежный, и хотела, чтобы он гордился мной.

Я вела с гостями милую беседу: о Мельбурне, о том, как он вырос с тех пор, как я приехала в Австралию. Мы обсуждали новые здания, магазины и театр.

— Почему бы вам чаще не бывать в Мельбурне, миссис Херрик, — сказала одна из женщин. — Ведь еще много времени до следующего февраля.

Я не совсем поняла, что она имела в виду, и переспросила:

— До февраля?

— Разве вы не в феврале уезжаете отсюда? Ваш муж считает, что лучше приехать в Англию, когда там будет уже тепло.

— Ах, да, — сказала я, — конечно.

— Надеюсь, вы когда-нибудь еще приедете сюда. Хотя Англия совсем недавно была вашим домом, не правда ли? Поэтому для вас это возвращение на родину.

Я уже не слушала. Итак, он назначил дату отъезда и даже не предупредил меня об этом. Я почувствовала злость: опять, как и до нашей свадьбы, он дал понять, что считается со мной только по мелочам, а основные решения принимает сам.

Когда гости разъехались, и мы остались одни, Линкс сказал:

— Какой успех ты имела! Я гордился тобой. Ты уже совсем не похожа на ту школьную учительницу, которая приехала к нам два года назад.

Я молча стояла перед высоким зеркалом. Он подошел и обнял меня, любуясь нашим отражением.

— Слышала, ты готовишься к отъезду в Англию? — спросила я.

— Ах, вот что! Какая-то из этих идиоток наболтала тебе? Наверное, жена Адамса. Он не должен обсуждать дела своих клиентов с женой.

— Факт остается фактом.

— Я люблю, чтобы все было наготове.

— Значит, через пять или шесть месяцев?

— Я подумал, что ты захочешь приехать, когда там будет уже тепло.

— Это очень мило с твоей стороны.

— Моя любимая знает, что я всегда забочусь о том, чтобы ей было удобно. Я в упор посмотрела на него.

— Но любимой хотелось бы, чтобы во внимание принимались не только ее удобства, но и ее желания.

— Я с огромным удовольствием их выполняю, когда это возможно.

— Точнее, когда тебе удобно.

— В конце концов, это просто смешно! Я удивляюсь тебе. Нора. Этот город, который, я признаю, растет и, несомненно, станет со временем очень красивым, нельзя сравнить с теми местами.

— Я хочу остаться здесь, — сказала я. И повернулась к нему с мольбой. — Пожалуйста, я уверена, что для нас самое лучшее остаться здесь.

— Откуда ты знаешь? Ты говоришь, как вещунья.

— Я знаю, почему ты собираешься ехать в Англию.

— Я везу туда свою семью, потому что там она сможет жить соответственно своему…

— Состоянию, — перебила я. — Которое было заложено мной.

— Моя умница Нора! Никогда не забуду тот день, когда ты вошла и протянула мне самородок. Ты была испугана, как будто вела себя неподобающим образом.

— Жаль… — начала я.

Но на самом деле вовсе не жалела, что нашла золото, и даже сейчас радовалась тому, что именно я сделала это чудесное открытие.

Он вдруг стал нежным, как будто моя находка давала мне право быть глупой во всем остальном.

— Нора, все предоставь мне..

— Безусловно, тебя бы устроила глупая жена, которая все время повторяла: «Да, да, ты великолепен. Ты всегда прав. Делай все, что пожелаешь, и я буду продолжать твердить, что ты прав».

Он расхохотался. Затем покачал головой.

— Бесполезно, Нора. Мы едем.

— О, Линкс, ну почему тебе нужен тот дом? Давай купим другой, рядом, если ты хочешь жить именно там. Или построим свой собственный.

На моих глазах он превратился в того, прежнего, Линкса, каким я увидела его впервые. В нем снова появилась холодность, которая пугала меня и ранила больше, чем я предполагала.

Я отвернулась и подошла к окну. Ну почему не крикнуть ему: «Я сделаю, как ты хочешь! Мне нужно только, чтобы ты и дальше любил меня!» Но это было бы нечестно по отношению к себе. С самого начала он любил меня такой, какая я есть. Тогда я не боялась его, не испугаюсь и сейчас.

— Нора, — сказал он. — Будь умницей, как всегда, и признай, что ничего не понимаешь в этом деле и будешь только рада доверить все мне.

Я бросилась к нему в объятья.

— Тогда скажи, — потребовала я. — Объясни мне все!

В комнате стоял диван, Линкс сел на него и притянул меня к себе. Я лежала, прижавшись к нему, пока он рассказывал о тех далеких днях. Я уже все это слышала и раньше, но, думаю, не совсем понимала, как глубоко в его душу проникла горечь. Рана все еще кровоточила, и только один бальзам мог залечить ее.

— Так ли это необходимо? — спросила я. — Все изменилось, у тебя теперь есть я.

— У меня есть ты, — согласился он. — И когда я буду обладать Уайтледиз, я стану совершенно счастлив.

— А меня недостаточно?

— Ты — мой драгоценный алмаз. Но мне нужна оправа для тебя и только одна достойна этого!

— Меня вполне устроит и другая оправа.

— А меня — нет!

Я подняла голову и сурово посмотрела на мужа.

— Месть — это зло. Она причиняет боль. Нельзя быть счастливым, причиняя боль другим людям. О, Линкс, ты так много мне дал. Ты изменил меня. Научил, как стать взрослой, и я люблю тебя всем сердцем. Я прошу тебя только об одном. Откажись от этой дикой затеи.

— Это единственная вещь, которую я не могу сделать для тебя!

—  — Но, Линкс, дом — это лишь камни и цементный раствор.

— Он может стать символом.

— Ты богат. Ты мог бы купить другой особняк, великолепный, величественный. В Англии наверняка есть такие на продажу.

— Так ты не хочешь ехать в Англию?

— Мне все равно куда, лишь бы вместе!

— Моя самая дорогая девочка, — сказал он нежно. И так как Линкс смягчился, я продолжала.

— Если ты получишь этот дом, то никогда не будешь там счастлив.

— Чепуха! — сказал он резко.

— Как сможешь ты, зная, что выгнал законных владельцев…

— Именно по этой самой причине. И они уже не будут законными владельцами. Хозяином стану я. И давай не будем больше спорить об этом.

Он зевнул. Здравый смысл подсказывал, что сейчас лучше прекратить разговор, но упрямство заставляло меня продолжать.

— В этом есть что-то мелочное, — настаивала я.

— Мелочное! — вскричал он. — Какую чушь ты несешь?

— Я только знаю, что таить обиду — большая ошибка.

— И ты называешь семь лет страданий в рабстве — обидой?

— Неважно, какие были страд, щи я…

— Конечно! Для тех, кто их не испытал!

— Я не это имела в виду.

— Ты ничего не можешь иметь в виду! Послушай, Нора: я начинаю терять терпение.

— И я тоже вот-вот потеряю его! Он засмеялся, но вовсе не тем радостным смехом, к которому я привыкла.

— Тебе, — сказал он, — пора, наконец, понять, что я хозяин в собственном доме.

От прежнего влюбленного не осталось и следа. Со мной говорил высокомерный повелитель, который привык к тому, чтобы его боялись.

«Нет, — подумала я. — Я не собираюсь быть покорной. Не откажусь от своего мнения только потому, что он его не разделяет. У меня есть чувство собственного достоинства, и несмотря на то, что очень люблю мужа, никогда не стану платить за его нежность ту цену, которую он просит».

Я сказала:

— Если ты думаешь, что я буду относиться к тебе как к господину, который всегда прав только потому, что он мужчина, а я женщина, то глубоко заблуждаешься.

33
{"b":"12172","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Яд персидской сирени
Очарованная мраком
Mass Effect. Андромеда: Восстание на «Нексусе»
Диверсант
Что не так в здравоохранении? Мифы. Проблемы. Решения
Вторая половина Королевы
Медсестра спешит на помощь. Истории для улучшения здоровья и повышения настроения
Пропаданец
Кровь деспота