ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ты, Грабен, привезла Ленхен сюда, и я до конца своих дней буду тебе благодарен, но теперь оставь нас одних.

– Конечно, конечно. Я сама приготовила комнату для молодых. Ухмыляясь, фрау Грабен на цыпочках направилась к двери, оглядываясь на нас, словно не желая уходить.

– Мы еще поговорим, мисс Трант.

Она закрыла дверь, и мы остались в объятиях друг друга. Я знала, мы оба вспоминаем те дни в охотничьем домике, и наше влечение друг к другу было невыносимым.

– Завтра поговорим, – сказал Максимилиан. – Нам следует тщательно продумать, как нам поступить. Я уверен только в одном – мы никогда больше не расстанемся, что бы ни случилось. Но это все завтра...

Он открыл дверь. Фрау Грабен ждала со свечой и повела нас вниз. Полная луна освещала комнату, где стояла кровать с пологом на четырех ножках.

Все в комнате до мельчайших подробностей напоминало спальню в охотничьем домике, в которой мы провели дни медового месяца.

И вот теперь после девяти долгих и утомительных лет мы были снова вместе.

При свете огромной луны, тяжело висевшей в небе, снова испытала счастье, о котором уже перестала мечтать.

Мы проснулись с первыми лучами солнца. Я осознавала, что Максимилиан чувствует то же, что и я. Нам не хотелось прихода нового дня, ибо мы знали, что он принесет неизбежные проблемы. Я не переставала думать о женщине с холодным гордым лицом, полагавшей себя женой Максимилиана.

Но хотели мы этого или нет, чудесная ночь прошла, и начался день.

– Ленхен, – сказал он, – мне необходимо вернуться в замок отца.

– Я понимаю.

– Но вечером я приеду сюда.

Я кивнула.

– Если бы им не удалось уломать меня жениться на Вильгельмине, все было бы намного проще. Мне придется рассказать ей. – Его лицо омрачилось. – Она никогда не поймет.

– У тебя есть доказательства.

– Да, у меня есть запись о бракосочетании. Ты помнишь: одна у тебя и вторая у меня. К тому же я найду священника.

– Они забрали мой документ.

– Будет нелегко, Ленхен. Ко всему – мой отец очень болен. Не думаю, что он долго протянет, а это известие может ускорить его смерть.

– Я, кажется, начинаю понимать, к чему это может привести. Как бы я хотела, чтобы ты был адвокатом, доктором или дровосеком в своем маленьком домишке. Как я была бы счастлива!

– Ах, Ленхен, как счастливы эти люди. За ними не следят на каждом шагу. От их действий не зависят политические конфликты. А сейчас самый неудачный момент. Кларенбок будет рассматривать этот случай как оскорбление правящему дому, а это может привести к войне между нами, как раз в то время, когда французы, грозят выступить против Пруссии. А в их борьбу втянутся все германские государства. Мне нужно время все обдумать. В одном я уверен, Ленхен! Я люблю тебя. Ты вернулась ко мне, и мы больше никогда не расстанемся.

– Пока ты говоришь мне о своей любви, пока ты со мной, я согласна на все.

– Это не может долго продолжаться, дорогая. Я не вынесу неопределенности. Что бы ни случилось, мы должны быть вместе и не таиться от людей. А сейчас мне надо идти. Они будут искать меня.

Ранним утром я проводила его за ворота замка. Поднимаясь по ступеням в свою спальню, я услышала сзади себя шаги и догадалась, кто это может быть. Фрау Грабен с бигуди под ночным чепцом, с блестящими глазами, догоняла меня. Она улыбалась мне улыбкой заговорщицы, довольная собой, мною и ее молодым хозяином Молнией. Мне пришло в голову, что всю свою жизнь она, должно быть, прожила в своих мальчиках, и поэтому наша встреча стала одним из наиболее волнующих событий ее жизни.

– Так он уехал, – сказала фрау Грабен.

Она вошла вслед за мной в комнату и удобно устроилась в кресле. Я забралась на кровать.

– Ну, – продолжала она, – он снова счастлив, счастлив впервые за эти девять лет. На вас лежит большая ответственность, мисс Трант. Ох, мне не следует называть вас так теперь, наверно, но ради прошлого, пока ваш титул еще в тайне... Ну, вам придется за многое нести ответственность. А главное – дать ему счастье. О боже! – Она засмеялась. – Я никогда не видела его таким счастливым. Только подумать!

– И вы все время знали, кто я такая?

Она вся светилась от радости.

– Признайтесь, я сыграла это великолепно. Помните, мне нужен разговорник, словарь, что-нибудь в этом роде, чтобы помочь мне изъясняться. И у вас – ни малейшего подозрения. А разве вы не боялись, что я не приглашу вас поехать со мной для обучения детей языку?

– Да, – призналась я.

– А после вашего приезда меня терзали сомнения, могу ли я довериться вам. А Максимилиан находился в Берлине! Я не могла ждать его возвращения. Поймите меня, такого я не ожидала. Хилъдегарда считала ваш брак ненастоящим. И, если бы так, все было бы проще. Такое люди понимают. Но брак с наследником герцога, его женитьба на принцессе из Кларенбока, брак по государственным мотивам, сблизивший обе страны. Ну, это уму непостижимо! – Тут она засмеялась, взглянув на меня. – Но вам до этого нет дела, правда? Вы думаете только о нем, и теперь вы снова вместе. Вот такие делишки. Но пришла пора расплачиваться за них. Ну что за человек, наша Молния! Люди все еще вспоминают его прапрадеда Максимилиан-Карла. Это был Великий герцог и великий сластолюбец. Он стал легендой в наших краях, и я частенько говорила Хильдегарде, когда Макси отправлялся верхом в лес или практиковался в стрельбе из лука. «Посмотри на него, Гарда! Подрастает еше один Максимилан-Карл. Тоже легенда. И он будет не хуже прадеда». Герцог находит школьницу в лесу и женится на ней. Ну и дела! И пока еще не видно конца этой истории. Нам приходится ждать его. Что будет, что будет? – Ее глаза засверкали при этой мысли. – Посмотрим, когда придет время. Но верьте моему слову, это дело не так просто распутать.

Мысль о возможных передрягах, как я заметила, отнюдь не пугала фрау Грабен, напротив, я никогда не видела ее в таком возбуждении, как в ту ночь.

– Вы не уснете больше? – продолжала она. – Макси тоже не до сна. Не усну и я. Все равно уже утро. Его увидят по возвращении в замок, и кое-кто скажет: «Ну и ну! Его светлость где-то провел ночь!» Люди будут хихикать и толкать друг друга в бок: «Ну совсем как герцог Максимилиан-Карл!» Им и в голову не придет, что он провел ночь со своей женой.

Я попыталась сохранить спокойствие.

– Подождем. Максимилиану виднее, как поступить.

– Ну, – сказала фрау Грабен. – Держите все в секрете. Вы можете жить здесь или в одном из замков, и Макси будет навещать вас. И никому не надо знать, что вы – подлинная герцогиня, потому что это вот-вот случится. Старый герцог слабеет день ото дня, и поверьте, мне, скоро наш Макси займет его место. И что же будет тогда с вами, с Вилъгельминой?

– Увидим! А сейчас не мешало бы попытаться соснуть часик-другой!

Она поняла намек и удалилась. Конечно, мне было не до сна. Я лежала, заново переживая чудо прошедшей ночи и думая о неясном будущем.

Не успела я встать, как фрау Грабен постучалась в мою дверь. Ее волосы волнами обвивали голову, глаза блестели, щеки краснели от румянца, и вся она была, как никогда, жизнерадостна.

– Не думаю, что вы заспались, – сказала фрау Грабен.

– У меня кое-что для вас – записка от него. Честное слово, ему не хватает терпения. Он всегда был такой, когда ему очень чего-то хотелось.

Она вручила мне записку с таким видом, как будто я была ребенком, а она – доброй нянюшкой. Я схватила ее.

– Прочтите вслух, – сказала она не очень настойчиво. Я догадалась, она уже познакомилась с ее содержанием.

«Дорогая Ленхен, буду ждать тебя в лесу в 11 часов, рядом с КлоксбурГом, по течению. М.»

Записка напоминала приказ, но я отнеслась к этому снисходительно. Максимилиан привык требовать повиновения.

– У вас два часа, – фрау Грабен лучилась улыбкой.

– А как же с уроком для детей?

Фрау Грабен отмахнулась.

– Чепуха! Старик-пастор даст им урок по истории. – Она засмеялась с заговорщицким видом.

51
{"b":"12174","o":1}