ЛитМир - Электронная Библиотека

В сером полумраке, окутавшем все вокруг, фургон проехал мимо Эштона и продолжил свой путь в Абилин. Нос и ресницы Мэгги стали мокрыми от падавшего снега, а сбруя лошадей звенела в тишине прерии, покрытой белым снежным ковром. Сидевший рядом с ней дядя Гарри молчал, не пытаясь ни утешить, ни поругать ее. Медленно тянулся час за часом. Миля за милей оставались позади, прерия расстилалась перед ними в дымке, как бескрайнее море дрейфующих белых льдов. Ветер обжигал лицо.

Всю дорогу до Абилина Мэгги просидела прямо, высоко подняв голову и неотрывно глядя вперед.

Когда они приехали в город, уже совсем стемнело. Ее впечатлили бесчисленные загоны для скота, ветхие здания, пересекающиеся дороги, разбитые бесконечными повозками, шум из выстроившихся в ряд трактиров. Дядя Гарри остановил фургон перед двухэтажным зданием с покатой крышей, которое с обеих сторон было стиснуто танцевальным залом и трактиром. На фасаде красовалась вывеска: «Гостиница и ресторан Симпсона».

– Этого должно хватить на ночлег и проезд в дилижансе, – сказал дядя Гарри, протянув Мэгги несколько мятых банкнот. Поглядев ей в лицо, он снова опустил взгляд на вожжи. – Удачи тебе, Мэгги, – пробормотал он, и его вздох утонул во внезапном порыве ветра, пронесшегося по слабо освещенной улице. – Плохо все вышло. Твоя тетя… она правильная женщина, не может смириться… с тем, что ты сделала.

– Со мной все будет хорошо, дядя Гарри, – спокойно сказала Мэгги, подняв голову, хотя ее руки дрожали, когда она брала деньги. Она засунула их в карман накидки. – Спасибо тебе большое, что ты принял меня и терпел столько лет. Никогда не жаловался. Я буду помнить это всю жизнь. И я благодарна тебе за то, что ты отвез меня в Абилин.

Дядя Гарри посмотрел ей в глаза. Его посеревшее лицо выглядело усталым, поблекшим. Нос покраснел от холода.

– Удачи тебе, – дрогнувшим голосом повторил он и стал торопливо разворачивать лошадей. Пока Мэгги стояла на улице, наблюдая за ним, он щелкнул кнутом, и кони галопом понесли его обратно на юг, к Эштону, в тридцати милях вниз по реке.

«Удачи… Да, мне понадобится удача, – подумала Мэгги. – И многое другое, чтобы обеспечить нормальную жизнь моему ребенку».

Ночью Мэгги спала одетая и в накидке, съежившись под единственным одеялом на просевшей гостиничной кровати. В комнате не было огня, из-под двери и сквозь закрытые ставни дуло. Боясь, что ей не хватит денег на дорогу, если она закажет ужин, Мэгги даже не заглянула в убогий маленький обеденный зал внизу. Но аромат жареной говядины, шпика и тушеной картошки преследовал ее на втором этаже, проникая через коридор в комнату и снова вызывая спазмы в желудке. В конце концов ей пришлось открыть окно. В комнату тут же ворвался ветер и снег. Дрожащая, изнуренная, Мэгги опустилась на шаткий стул и, поплотнее завернувшись в накидку и одеяло, приготовилась поплакать, излить свое горе. Но слез не было. Горло саднило, глаза щипало, но слезы облегчения так и не пришли.

На улице прогремело несколько выстрелов, послышался топот лошадей, кто-то закричал, потом громко засмеялся. Мэгги услышала женский визг, сердитый мужской голос. Где-то разбился стакан, заржал конь – звуки, порожденные суетливой жизнью и энергией растущего скототоргового города, окружали ее, как рассыпчатый мелкий снег.

Неужели Амелия умерла только сегодня? Казалось, с тех пор прошла целая вечность. Мэгги тяжко вздохнула.

Теперь Амелия в прошлом. Как папа, как Бен. Эштон и ее жизнь на ферме тоже стали частью прошлого. И Колин Вентворт. Никогда ее ребенок не будет носить это имя! Запрокинув голову, она мрачно смотрела на темный облупившийся потолок.

Сальная свеча и снег, тихо кружащийся за окном, блекло освещали неуютную каморку. Свет без уюта, тишина без спокойствия…

Измученная безотрадными мыслями, Мэгги наконец заснула.

А за тысячу миль от Абилина Колин Вентворт с улыбкой любовался своей златовласой невестой через длинный, уставленный фарфором обеденный стол в нью-йоркском особняке дедушки. Клара, да благословит ее Бог, сидела справа от деда и покорила старика. «Она знает, как уломать его», – подумал Колин, отпивая вино.

Повернув голову, чтобы ответить на вопрос кузины-вдовы, сидевшей рядом, он вдруг краем глаза увидел блестящие рыжевато-каштановые волосы и тонкую женскую фигурку. Он осекся на полуслове, но тут же вспомнил, что это внучка одного из старых приятелей дедушки. Разумеется, это была не Мэгги. И все же, когда он на мгновение подумал, что это она, его охватило странное чувство. Сначала он испугался. Испугался того, что его уличат, а это было некстати, особенно в доме дедушки, особенно сейчас. Но одновременно он почувствовал… радость, удовольствие, которое обычно охватывало его, когда он видел что-то милое и невинное. «Ах, Мэгги, как жаль, – подумал он с сожалением, продолжая легкую беседу с кузиной Фелис. – Похоже, я на время лишился рассудка, надавал кучу глупых обещаний. Я просто увлекся. Да, это все объясняет».

К счастью, возвращение в Нью-Йорк восстановило его рассудок.

Когда служанка подала второе, он снова взглянул на дедушку и Клару. Старик совершенно выздоровел, поэтому с ним требовалось проводить массу времени, развлекая его. И если это и было кому под силу, то только Кларе – красавице из хорошей семьи, обладающей шармом, не то что смуглолицая мымра, жена Эмброза. Мама в конце концов может оказаться права – наследство достанется Колину, если, конечно, он сумеет обработать дедушку. Окинув взглядом изысканные кушанья, стоявшие на столе, освещенном свечами, Колин решил, что лучше поручить эту задачу Кларе. Дедушка остался доволен его выбором, и если и дальше все пойдет в том же духе, то дом, накопленное в нем богатство, ценные бумаги, а также акции железной дороги в один прекрасный день будут принадлежать ему, Колину.

Услышав хихиканье на дальнем конце стола, он снова посмотрел на рыжеволосую девушку. Нет, она была совсем не похожа на Мэгги, ничем не примечательная худышка. Только ее волосы на какой-то краткий миг напомнили ему… Впрочем, и они, когда Колин посмотрел на нее во второй раз, оказались не такими. Волосы Мэгги были более блестящими и густыми. Великолепные волосы. Вспомнив на миг ощущение, которое он испытывал, гладя ее по голове, он снова почувствовал легкий укол сожаления. Бедная Мэгги! Он, конечно, обошелся с ней некрасиво. Гордиться здесь нечем. Но ведь он не желал ей ничего плохого. И его вины нет. Что же касается истории с ребенком, то Колин сомневался, что он вообще существовал. Скорее всего выдумки, чтобы вернуть его. Женщины часто пускаются на такие штучки. И даже если она все-таки была беременна – слегка нахмурившись, он отрезал кусочек бараньей ноги, – то вряд ли ребенок от него. Они были вместе всего один раз! Впрочем, хватит раздумывать над этим. Незаконный ребенок, рожденный неизвестно кем в Канзасе, не поможет ему отвоевать дедушкино наследство. А вот женитьба на Кларе Ван Дайк и появление здорового наследника – кстати, у Эмброза и Сьюзан родилась болезненная маленькая дочка – гарантируют полный успех. А наследство, как ему внушали с самого детства, единственная вещь, которая по-настоящему имеет значение.

Колин положил в рот кусочек баранины, наслаждаясь ее сочным вкусом. Клара, в шелковом голубом платье с глубоким вырезом, повернула голову и посмотрела на него. В их быстрых взглядах отразилось полное взаимопонимание. Да, Клара умна настолько же, насколько прекрасна. Она знает, что поставлено на кон, и будет стараться получить выигрыш. Он поднял бокал с вином, молча салютуя невесте. Ее холодные голубые глаза блеснули, губы раздвинулись в соблазнительной улыбке, и Колин без каких-либо усилий над собой выбросил из головы Мэгги Клей. Его женой станет Клара. А за свадьбой последует огромнейшее наследство Вентвортов.

Глава 5

Мэгги проснулась еще до того, как в Абилин пришел рассвет, и, наблюдая, как в небе разгорается утренняя заря, ожидала дилижанс внизу. Изучив маршруты, предлагаемые компанией «Хэрлоу и Аткинс», она купила билет в Форт-Уэрт на севере Техаса. Это было самое далекое место, куда она могла уехать на деньги, которые ей дал дядя Гарри. Что она будет там делать, было пока неясно, но одно она знала твердо – никогда в жизни она не ступит хоть на милю ближе к востоку: в таком случае она будет на милю ближе к Колину Вентворту. Запад – вот ее будущее, огромная страна, так похожая на ту, по которой она путешествовала в детстве. Чем дальше она окажется от Нью-Йорка, тем лучше.

15
{"b":"12175","o":1}