ЛитМир - Электронная Библиотека

И все же с каждым его шагом крики звучали все настойчивее. Что он с ней делает? Она так ужасно кричит.

«Это меня не касается», – резко осек он себя.

А если бы это была Мэгги, которую мучили, а может, и убивали? Неужели он не помог бы ей?

Глупости! Мэгги в Эштоне, с тетей Виллоной и дядей Гарри. Беда, в которую попала эта женщина, не имела никакого отношения к нему, к Мэгги или вообще к кому-нибудь.

А если Линден убивает ее?

Плохо, но все равно это не его дело.

В десяти шагах от двери борделя Бен остановился на темной пустынной улице и уставился на свои сапоги. Тишина. Он сделал еще шаг. Ветер неожиданно стих, и в наступившей мертвой тишине раздался протяжный, пронзительный крик, полный боли.

– Вот черт! – взбешенно прошептал Бен и резко повернулся. Стараясь держаться в тени, он побежал назад.

Проходя мимо салуна, он замедлил шаг и крадучись перешел улицу.

Он свихнулся! Линден – шериф.

Бен подкрался к закрытому ставнями окну и заглянул в щелочку.

Худое лицо Бена окаменело, когда он посмотрел в комнату. Внутренности словно обожгло огнем.

В углу лачуги горела единственная свеча. В ее пляшущем свете отчетливо была видна обнаженная женщина, распростертая на полу под мерно поднимавшимся и опускавшимся телом шерифа. Линден был худым бородатым мужчиной с жестоким острым лицом и выдающимся вперед подбородком. Рядом с ним стоял второй мужчина, очень похожий на Линдена. Бен сразу подумал, что это, наверное, его брат Нейт, один из двух помощников шерифа. Он смотрел на искаженное лицо женщины с волчьим презрительным оскалом.

– Поторопись, Амос, я хочу еще раз, прежде чем она окочурится.

Воздух прорезал еще один пронзительный крик, когда Амос Линден рывком погрузился в свою жертву.

– Она протянет еще добрый час, Нейт. – Тяжело дыша, с блестящим от пота лицом, шериф приподнялся и с силой ударил женщину по уже распухшей синей щеке. Натягивая брюки, он наблюдал, как его брат подходит к несчастной. Волосы женщины, всего несколько часов назад золотистые и блестящие, превратились в сальные грязные пряди и прилипли к шее. Она больше не выглядела привлекательной, с заплывшим глазом и кровью, струйкой стекавшей из уголка рта. Но Амос добился цели, и она теперь не сопротивлялась. Он потянулся за бутылкой джина, которую держал в руке его брат. – Давай, Нейт, меняемся.

Прежде чем отдать бутылку, Нейт приложился к ней. Потом расстегнул штаны, пристроился к женщине, стонавшей на полу.

Прошептав про себя ругательство, Бен отвернулся от окна. Проклятые вонючие сволочи! Ну почему это должен быть именно шериф?

Вынув револьвер, Бен проверил его. На его лице выступили капельки пота, несмотря на прохладу ночи. Он тихонько прокрался вдоль стены, пока не дошел до двери хижины. Изнутри слышались приглушенные всхлипывания:

– Нет, пожалуйста, не надо…

– Заткнись!

Бен сделал глубокий вздох, пытаясь прояснить затуманенные алкоголем мозги. Возможно, его убьют, но он должен сделать хоть что-нибудь. Наверное, он идиот, но некоторые вещи нельзя терпеть.

Он натянул шейный платок на нос и рот, как бандит, и пинком открыл дверь.

– Не двигайся, Линден! А ты слезь с нее, сволочь! Если хоть один из вас повернется или вздумает шутить, то я мигом заткну его!

К своему облегчению, Бен увидел, что застал братьев врасплох. Они были поглощены возней с женщиной, кроме того, заторможены от выпитого, все преимущества были на его стороне. Только бы им с этой бедняжкой выбраться отсюда живыми!

– А теперь все отошли от нее! – прорычал Бен. – Медленно и не поворачиваясь!

Амос и Нейт Линдены сделали так, как им было приказано. Всхлипывающая женщина осталась лежать на полу.

– Вы можете встать, мэм? Попробуйте. Мне нужна какая-нибудь веревка для этих ковбоев. А потом мы уйдем отсюда.

Он увидел в нескольких футах от себя разодранную одежду женщины, сваленную в кучу. Все-таки лучше, чем ничего. Держа револьвер в вытянутой руке и не сводя взгляда с негодяев, он подошел и подобрал платье, а затем бросил его женщине:

– Быстрее! Сюда в любую минуту могут прийти. Бен лихорадочно соображал. Надо связать шерифа и его брата и побыстрее добраться до конюшни, где находились его лошади и фургон. Потом они уберутся из Холлоувилла. Он увезет ее в Тусон или в Силвер-Рок, где Линден не сможет до нее добраться. А потом он продолжит свой путь, хотя придется держаться подальше от Холлоувилла. Хорошо еще, что Линден его не разглядел и не узнал, а то бы устроил на него охоту. Если все пойдет как надо, он скроется. Ему вовсе не хочется закончить жизнь в какой-нибудь вонючей тюрьме, как отец, за преступление, которого он не совершал.

Рубашка Бена промокла от пота.

– Давай быстрей, – поторопил он путавшуюся в одежде женщину, поморгав, чтобы смахнуть с ресниц капельки пота. Она выглядела ужасно – в синяках, избитая и трясущаяся. Бен отогнал от себя сочувствие – для него будет еще время, а сейчас надо действовать быстро.

– Кто бы ты ни был, за это ответишь, – хрипло пробормотал Линден, все еще стоящий лицом к стене.

– Отвечу за что? За то, что помог леди? Линден, тебя следует высечь кнутом, а не просто связать.

– Не твое свинячье дело! – взвизгнул Нейт Линден. Он попытался повернуться, но Бен подскочил к нему и приставил дуло револьвера к спине.

– Не вздумай, мистер!

Неожиданно Бен услышал, как охнула женщина. Он оглянулся, и в ту же секунду грянул выстрел, наполнив все вокруг острой болью. Пуля прошила Бену левую руку и впилась в стену хижины.

Пытаясь стряхнуть красную пелену перед глазами, Бен выстрелил в пузатого помощника шерифа, появившегося в дверном проеме. В тот же самый миг к нему подскочили Нейт и Амос.

Женщина кричала. Бен ринулся вперед, хотел снова выстрелить, но его окатила вторая волна ужасной боли, он потерял цель и почувствовал мощный удар по затылку.

Голова, казалось, разорвалась, из глаз посыпались искры. Потом все погрузилось во тьму.

Глава 8

– Он истекает кровью, Линден. Может, позовешь врача?

– Закрой рот.

– Черт, нехорошо, если он сдохнет.

– Заткнись, я сказал. С каких это пор ты стал гуманным, Дин? И чего это я должен волноваться, что он загнется? На одного меньше вешать, вот что я думаю. А твой день тоже не за горами, Уилл Дин. Тебе только осталось до полудня во вторник. На твоем месте я бы думал об этом.

Голоса плыли над Беном. Затем последовал топот сапог, звук захлопнувшейся двери и скрежет ключа в замке. Как больно, чертовски больно! Он чувствовал запах крови и собственного кислого пота, а рука горела огнем. С усилием он разлепил веки. Это движение далось с трудом, он поморщился от боли и сморгнул слезы, навернувшиеся на глаза. По крайней мере он знал, где находится. Он лежал на холодном каменном полу тюремной камеры.

– Эй, очухался? Вот сукин сын, кровь хлещет, как из недорезанной свиньи! Мэрфи неплохо постарался.

Над ним склонилось покрытое щетиной круглое лицо. Маленькие светло-карие глазки блестели, а толстые бесцветные губы кривились в ухмылке.

– Линдену плевать. Да и мне тоже, только пол жалко: весь вымазал кровью.

Бен застонал. Он перекатился на бок, задохнувшись от боли, пронзившей, словно огненный штырь, руку, и улегся на спину. Не мигая он смотрел на старый каменный потолок тюрьмы Холлоувилла, состоявшей всего из одной камеры.

Память постепенно вернулась к нему, а вместе с ней и отвращение к себе. Все эти годы после того, как повесили отца, он умудрялся держаться подальше от неприятностей и успешно избегал тюрьмы. А теперь, только из-за того, что он сунул нос в чужие дела, он оказался здесь, брошенный, как рыба на сухой берег, измочаленный и беспомощный.

– Дерьмо, – прошептал он сухими потрескавшимися губами.

Лицо, склонившееся над ним, исчезло, но он услышал голос, сказавший с ироническим сочувствием:

– Пожалуй, я знаю, что ты имеешь в виду.

Он проигнорировал голос и сконцентрировался на том, чтобы подняться. Линден специально кинул его на пол, хотя у стены были нары – напротив тех, на которых сидел Уильям Дин. Бен сделал эту койку своей целью. Сцепив зубы и не обращая внимания на кровь, ровными струйками стекавшую по раненой руке, он через несколько изнурительных минут доковылял до нар и рухнул на них. Некоторое время он лежал, ловя воздух ртом и пытаясь удержать ускользающее сознание, потом долго пытался одной рукой развязать узел шейного платка. Наконец ему удалось стащить его с шеи. Нужно крепко повязать его поверх раны, остановить кровь… Он уже чувствовал слабость и весь покрылся испариной. Увы, Бен сразу понял, что ему не удастся завязать платок – только не одной рукой.

27
{"b":"12175","o":1}