ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Любовь без правил
Мужчины с Марса, женщины с Венеры. Новая версия для современного мира. Умения, навыки, приемы для счастливых отношений
Шоу обреченных
Сущность зла
Рассмеши дедушку Фрейда
Свободная касса!
Соглядатай
Дух любви
Как запомнить все! Секреты чемпиона мира по мнемотехнике

Когда сквозь железную решетку в камеру проникли первые лучи утреннего солнца и легли золотистыми полосками на залитый кровью пол, он посмотрел на мужчину, лежавшего на соседней койке.

– Как насчет того, чтобы помочь мне?

– С какой стати? – весело спросил Уильям Дин. Бен решил не язвить: слишком мало он знал об Уильяме Дине, но то, что знал, заставляло его держаться с бандитом настороже. На Дина был объявлен розыск в пяти штатах за ограбление почтовых карет; он был самым молодым членом банды отчаянных головорезов, в которую входили два его брата, кузен и еще один преступник, Джим Торн. Дин находился в тюрьме здесь, в Холлоувилле, уже полмесяца. По крайней мере, так сказал Бену бармен салуна «Красный свисток» в самый первый вечер, когда он появился в городе. Шериф Линден был в восторге, что ему удалось схватить Дина, и он провел молниеносное самостоятельное расследование. Хотя некоторые и думали, что Дина следует отправить на суд в Тусон, который приговорил бы его к тюрьме, Линден позаботился о том, чтобы «судья», проезжавший через город, вынес ему смертный приговор. Он планировал через несколько дней повесить Дина.

«А теперь Линден повесит и меня. Совсем как отца», – с отвращением подумал Бен. Вслух же он сказал Уильяму Дину:

– Если поможешь мне, я окажу тебе ответную услугу.

– Правда?

Бен старался пристально смотреть на него, однако комната колыхалась перед его глазами, как желе.

– Даю слово.

Уильям Дин не походил на опасного бандита, каким его описывали: толстый коротышка с давно не стриженными черными волосами и бычьей шеей. Его глаза были маленькими и близко посаженными, нос – приплюснутым и красным, очевидно, из-за пристрастия к спиртному. Он выглядел лет на восемнадцать, но имел репутацию матерого разбойника. Говорил он негромко и нараспев, что составляло резкий контраст с приземистой фигурой и невзрачной внешностью.

После довольно долгого разглядывания Бена с едва заметной усмешкой, затаившейся в уголках его губ, Дин пожал плечами:

– А почему бы и нет? Линден просто лопнет от злости.

Линден. Бен поморщился при одном упоминании о шерифе. Он смутно подумал о том, что стало с женщиной, которой он попытался помочь. Впрочем, следующие пятнадцать минут от нестерпимой боли он вряд ли вообще мог думать о чем-нибудь. Когда Уильям Дин плотно обвязал шейным платком его руку, чтобы остановить кровотечение, он чуть снова не потерял сознание.

Вскоре Бен пришел в себя, а Дин лежал на своей койке и что-то напевал.

– Ну и кто ты такой, черт тебя возьми? Что такого натворил, отчего Мэрфи так тебя отделал? – беззлобно спросил Дин.

– Я – Бен Клей. Мэрфи – это помощник шерифа?

– Ага.

– Он застал меня, когда я наставил пушку на Линдена и его брата.

Дин хохотнул.

– И зачем ты делал это, Бен?

Бен ему все рассказал. К его удивлению, Дин, казалось, одобрительно отнесся к его попытке помочь женщине.

– Я бы сделал то же самое, Бен. Не по душе мне обижать женщин. Вот старина Джим – мой приятель, Джим Торн, – так он любит. Очень груб с леди. А я и мои братья – мы получили совсем другое воспитание. Ясно, не могу похвастаться, что мне с ними везет. Ведь я не красавчик. Вот у тебя, наверное, никогда не было с ними проблем. – Он проницательным взором и с некоторой неприязнью оглядел стройную длинную фигуру Бена, его темные волосы и красивое лицо. – Думаю, они без ума от тебя, – пришел он к заключению.

– Да нет, я всю жизнь без гроша. А это не так уж нравится большинству леди, – солгал Бен, потому что женщины всегда липли к нему, даже несмотря на его стесненные обстоятельства. Но ему не хотелось сердить Дина: у него уже появились первые проблески новой идеи. – Как думаешь, что случилось с той женщиной? – спросил он, здоровой рукой пытаясь отогнать муху. – Она была с Линденом, когда он меня притащил?

– Нет.

Бен вспомнил избитую плачущую женщину, пытавшуюся подняться с пола хижины.

– Надеюсь, она ушла, пока они занимались мной, – пробормотал Он.

Дин внимательно смотрел на него блестящими карими глазками.

– Тебе надо было пристрелить Линдена и его братана на месте. А потом подкараулить Мэрфи.

Бен решил умолчать о том, что он никогда в жизни никого не убивал даже нечаянно, не говоря уже о том, чтобы хладнокровно пристрелить. Но прежде чем он успел сделать комплимент Дину и похвалить его стратегию, он услышал, как в коридоре открылась дверь кабинета шерифа. Оба повернули головы в сторону коридора, пока шериф Линден и его помощник Мэрфи, гремя сапогами, приближались к камере и встали у двери.

– Глянь-ка, Мэрфи. Этот убийца все же решил выжить – по крайней мере до того, как на его шее затянется удавка.

– Убийца? Я никого не убивал, – процедил Бен сквозь сжатые зубы. Бледный и дрожащий, он тем не менее гневно смотрел на шерифа, многозначительно позванивающего ключами. Мэрфи – пузатый и громоздкий, с глазами навыкат и обвисшими губами, держал в руках поднос с едой и кофе. Бен знал, что он не сможет проглотить ни кусочка.

– Еще как, сынок. Та малышка, которую ты затащил в хижину, – ты ведь застрелил ее как раз перед тем, как мы пришли. Нет смысла отрицать!

– Мы застукали тебя на месте преступления, – добавил помощник шерифа. – Бедная девушка умерла сразу.

Бену будто нанесли удар кулаком в солнечное сплетение. Несколько мгновений он не мог дышать.

– Ах вы, выродки… – Его голос, прозвучавший хриплым шепотом, эхом отозвался в бледном утреннем свете, проникающем в камеру. Перед его мысленным взором возникли грязные, растрепанные волосы женщины, ее избитое лицо, полное муки. Он хотел спасти ее… Но опоздал. Если бы он пришел раньше, как только услышал ее крики… Ярость, отвращение и досада наполнили его. Он проиграл, проиграл и здесь, как всегда и во всем… Его тошнило. Ему хотелось избить кого-нибудь. Он попытался вскочить с койки, но хохот Линдена и собственная слабость отбросили его назад.

– Зачем надо было ее убивать, сынок? Жаль, она была не такой уж и страшненькой с виду. Мэрфи и Нейт похоронили ее час назад.

Линден осторожно открыл дверь, держа наготове револьвер.

– Отойти обоим, – предупредил он, в то время как помощник шерифа поставил поднос на пол и подвинул его в комнату. Дверь снова захлопнулась, Линден повернул ключ в замке.

– Этому человеку нужны бинты и спирт или что-нибудь, чтобы промыть рану, – неожиданно сказал Уильям Дин. – Линден, ты должен послать за врачом.

Шериф откинул голову и громко захохотал.

– Нет у нас никакого врача, Дин! В Холлоувилле есть только гробовщик. И он очень скоро позаботится об этом парне.

Все еще хохоча, они оба с шумом удалились, захлопнув за собой дверь, которая отделяла коридор и камеру от кабинета шерифа.

Уильям Дин сполз с нар и уселся рядом с подносом. Оглядев его, он с отвращением выругался.

– Дерьмо! Вчерашний кофе и сухой хлеб. Ни разу не дали нормально пожрать с тех пор, как попал в эту дыру.

Бен молчал. Потрясение от новости о смерти женщины постепенно проходило. Он снова почувствовал пульсирующую боль в ране и сомневался, сможет ли сдвинуться хоть на дюйм, не говоря уже о том, чтобы встать с койки и поесть. Вряд ли ему хотелось этого. В немом молчании он наблюдал за тем, как Уильям Дин быстро проглотил два куска черствого хлеба из четырех и запил их кофе из жестяной кружки.

– Уверен, что не будешь? – Дин протянул ему вторую кружку, но Бен помотал головой.

– Зачем ты сделал это, Дин? Зачем спросил у него о бинтах и спирте, чтобы промыть мне рану? – спросил наконец Бен, когда бандит поднялся и начал ходить взад и вперед по тесной камере.

На круглом лице сокамерника появилась усмешка.

– Очень просто. Я подумал, что если они приведут дока, то я как-нибудь заловлю его и использую, чтобы выбраться отсюда. Никогда не знаешь, как все обернется. Попробовать всегда стоит!

Бен кивнул. Он взглянул на свою руку. Кровотечение остановилось. Но боль была адская. Сделав глубокий вдох, он попытался прогнать из головы туман, но через миг почувствовал, как слабость снова охватывает его, и потерял сознание. Когда он очнулся, камера уже погрузилась во тьму. Уильям Дин громко храпел, воздух, окутавший их, был ночным – чистым и холодным.

28
{"b":"12175","o":1}