ЛитМир - Электронная Библиотека

Как-то ночью, когда банда закончила грабить почтовый дилижанс и когда Торн без всякой надобности избил до полусмерти седого возницу, попытавшегося оказать сопротивление, Бен с неприязнью упрекнул его.

– Не было никакой нужды ломать ноги старику… – начал он в брошенной хижине, где банда решила затаиться, пока не стихнет шум по поводу грабежа. Но прежде чем он закончил фразу, Торн с угрожающим спокойствием подошел к нему, предлагая померяться силами – тут же, не выходя из хижины. Бен нисколько не сомневался в том, что, если бы не своевременное вмешательство братьев Дин и Керли, рыжий бандит прикончил бы его на месте. Торн был метким стрелком и доставал револьвер молниеносно. Он прекрасно знал, что Бен, хотя и неплохо владеет своим «кольтом», ему не соперник.

А вот Джейк Рид им был. Его слава непревзойденного стрелка простиралась от Миссури до Нью-Мексико. Поговаривали, что он в свое время охотился за бандитами за награду и был дружком Веса Хардина и Билли Козленка; с начала бандитской войны между штатами он укокошил уже семнадцать человек – умный, расчетливый, если, конечно, верить слухам, гуляющим по Западу. Поэтому Бен ждал с некоторым нетерпением, смешанным с любопытством, когда двери салуна распахнутся в очередной раз.

Не прошло и пяти минут, как они действительно распахнулись. И в освещенный фонарями салун вошел человек, который, как понял Бен, не мог быть никем другим, кроме как Джейком Ридом.

Ему было около тридцати; высокий, мускулистый, с узким темным лицом. Несмотря на спокойное, сдержанное выражение лица, он производил впечатление опасного человека, и Бен сразу почувствовал это. У него были широкие плечи, будто он занимался тяжелым физическим трудом, работал на строительстве железной дороги или докером в порту, а руки под черной полотняной рубашкой бугрились бицепсами. В черной рубашке, черных саржевых брюках, заправленных в высокие кожаные сапоги, и в черной шляпе он выглядел мрачным и устрашающим. Впрочем, не только из-за одежды, черной и подчеркнуто простой, и не из-за кобуры, висевшей на его бедре, с черной блестящей рукояткой однозарядного кольта, выглядывающего из нее. Пожалуй, больше всего пугала его походка: расслабленная, свободная и одновременно настороженная и хищная. Запоминались его бронзовый загар, запавшие щеки, прямой нос, а главное – глаза. В контрасте с черными волосами и бровями его глаза были странного коричнево-желтого цвета и сверкали, как два топаза. Они смотрели холодно и расчетливо. Глаза кошки, нет, скорее пантеры, – подумал Бен. Он почувствовал облегчение, когда мимолетный взгляд бандита, быстро оценивавшего обстановку в салуне, скользнул по нему, не останавливаясь. Подошла Ванда.

– Принеси мне еще стаканчик этого динамита, – тихо попросил Бен, а потом посадил девушку на колени и стал потягивать виски, стараясь держать в поле зрения и Джейка Рида, и дверь салуна. Ни Торн, ни Дин не появлялись, и Бен начал уже понемногу расслабляться, когда вдруг за столик, за которым он сидел, повалили игроки, и он оказался втянутым в очередную партию покера. Слегка одурманенный алкоголем, он слишком поздно заметил, что среди игроков оказался Джейк Рид.

Рид сидел спиной к стене и внимательно разглядывал каждого из сидевших за столом, каждого ковбоя, подходившего к бару, чтобы посидеть там или сплюнуть жевательный табак в урны, укрепленные вдоль стойки. Казалось, что он отдыхает и просто созерцает, но Бен знал, что ничто не ускользнуло от его цепкого взгляда.

Немного встревоженный тем, что играет с человеком, которого Джим Торн так ненавидит, Бен понимал, что у него нет никаких шансов выйти из игры, чтобы ни Ванда, ни остальные посетители не подумали, будто он боится играть с Джейком Ридом.

Зато он перестал пить виски и заказал себе черный кофе.

Игра длилась несколько часов, и Бен почти забыл о репутации человека, с которым играл. Каждый из игроков немного выигрывал, немного проигрывал, и только Джейк Рид спокойно и уверенно вел игру. Бен нашел его спокойным, вежливым и легким в обращении. В какой-то момент, когда Рид поднял ставку на сотню и достал сигару, он даже подумал, что компания Рида гораздо более приятная, чем компания Торна.

Правда, спокойный ход игры нарушил неприятный инцидент: Ванда, поднося к столу напитки, споткнулась о плевательницу, которую один из ковбоев нечаянно поставил на ее пути, и поднос полетел на пол. Несколько капель виски попало на сапоги и брюки Джейка Рида. Девушка ахнула, похолодев от страха, будто ее поймали на месте преступления.

Бен почувствовал, как у него внутри все оборвалось, пока он смотрел на лицо Ванды. В узком платье из алого шелка, черных чулках в розовую полоску, в шляпке со страусовым пером, закрепленной на черных кудряшках, девушка выглядела чертовски привлекательно. Он бросил быстрый взгляд на Рида, чтобы узнать, какой будет его реакция, – Бен не раз видел, как девушкам отвешивали оплеуху или отшвыривали через всю комнату за такое оскорбление. Но Джейк Рид только откинулся на стуле, едва заметно усмехнулся, глядя на перепуганную официантку, и сказал, обращаясь ко всем сразу:

– Что ж, выпивка за мой счет!

Все с облегчением рассмеялись. Взгляд желто-карих глаз Джейка снова остановился на Ванде, которая еще не сдвинулась с места, и на этот раз в нем мелькнуло что-то вроде веселья.

– Успокойся, милашка. Я не убиваю хорошеньких леди, – сказал он с мимолетной улыбкой. – Лучше пойди и снова принеси нам выпить. – Увидев, что она, парализованная страхом и сомнением, продолжает стоять на месте, он добавил: – Независимо от того, что ты могла слышать обо мне, я добрый, миролюбивый человек. С самого завтрака еще никого не убил!

Его беззлобный насмешливый тон мигом прогнал страх, и на щеки Ванды вернулся румянец. Игра возобновилась, а Бен стал относиться к человеку, сидящему напротив него, с еще большим уважением. Оскорбление девушек-официанток и девочек для развлечений было общепринятым на Западе, и джентльменское отношение к ним являлось исключением. Поведение Рида пришлось по душе Бену, и впервые он почувствовал некоторое сожаление, когда подумал о том, что могут Торн и Дины сделать с этим стрелком.

Вечер прошел спокойно. Слишком спокойно. Бен старался не думать о Торне и после полуночи ушел наверх с Вандой. Они сбросили одежду, смеясь, пили виски из бутылки, потом забрались в постель. На целый час Бен, очарованный Вандой, совершенно забыл о Динах, Торне и Джейке Риде.

Ванда мирно уснула рядом с ним, а он лежал и курил, наблюдая за тем, как на крашеном потолке колеблются тени. Когда салун внизу взорвался пьяным хохотом и криками и прозвучал выстрел, от которого, похоже, разлетелся один из керосиновых светильников, Бен принял окончательное решение, к которому он шел довольно долго: он найдет Мэгги и начнет все заново. Похоже, время наступило.

Эштон недалеко от Додж-Сити, всего несколько дней езды. И самое главное, со своей долей добычи от различных грабежей, которые банда организовала за последние несколько лет, он может вернуться в Эштон с помпой. Уже не раз он представлял себе, как это произойдет, как он подъедет к ферме Белденов, богатый, как король. Но всегда ему что-то мешало – потребность закончить какое-нибудь дельце, двигаться вперед и продержаться еще немного. Он затянулся сигарой, привлек к себе Ванду, которая доверчиво положила голову ему на плечо, и принял окончательное решение. Да, он начнет новую жизнь!

С тем золотом, которое составляло его долю от награбленного бандой, у него достаточно денег, чтобы основать ранчо или ферму или – он почувствовал прилив волнения, когда новая, смелая идея пришла ему в голову, – даже открыть шахту, настоящую действующую прибыльную шахту. Не обязательно говорить Мэгги, каким образом он сделал деньги, можно соврать, что он наткнулся на хорошую жилу где-нибудь в Монтане. И для того чтобы оправдать свое отсутствие все эти годы, он разделит основную часть богатства с ней. Это успокоит его совесть и вознаградит ее за долгое ожидание.

Пока секунды проходили на секундами, ему все больше и больше нравился его план. Ему до тошноты надоело постоянно находиться в бегах, беспокоиться о том, что кого-нибудь ранят или убьют во время очередного налета, а самое главное, он был по горло сыт Джимом Торном. Как обрадуется Мэгги, когда снова увидит его! Он надеялся, что она не слишком на него обидится… На лице Бена промелькнула улыбка.

55
{"b":"12175","o":1}