ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я вижу, что Холкомбы, и Макаллистеры, и Бингемы страдают от этих изгородей, которые возводит ваш синдикат, что ненависть и насилие расползаются по округу, как чума…

– Избавь меня от своих лекций! – Он выдернул руки, которые она держала, и встал. – Если мне захочется выслушать проповедь, я пойду к пастору. Ты моя жена. От тебя требуется только преданность и поддержка. Неужели ты не можешь быть на моей стороне, так же как Хэтти на стороне Билла, а Аннабел на стороне Маркуса? – Он покраснел от гнева. – У меня достаточно проблем с Тэнглвудом. Неужели еще нужно бороться с тобой?

Уязвленная его словами, Мэгги вскочила.

– Бороться? – воскликнула она. – Сойер, я не хочу бороться с тобой. Я хочу помочь тебе, помочь нам всем…

– Тогда закрой рот насчет изгородей и перестань вмешиваться. Потому что следующего человека, который будет портить мою изгородь, повесят, как вора. И я не хочу слышать об этом от тебя ни одного слова.

Он вышел из комнаты, стуча сапогами по дощатому полу. Она услышала, как он зашел в свой кабинет и налил себе еще виски.

Как же он изменился! Стал жестоким, холодным, позволил своим амбициям взять над собой верх.

Мэгги подошла к окну и смотрела на застывшую долину и покатые холмы, не видя их. Она думала о будущем, которое их ждет, о том, как все обернется. В душе нарастала тревога. Над Бакаем нависла угроза войны – такой войны, какую этот когда-то мирный городок ковбоев еще не видел. Она боялась за своих дочерей, за Сойера, за Дотти Мей, и за Сэма, и за Грету – боялась за всех.

Глава 20

Зимой в Бакае настали тревожные, опасные времена. Казалось, воздух пропитался дурными предзнаменованиями, промерзшая земля простиралась под небом, постоянно закрытым тучами. С гор дули суровые северные ветры, сама природа как будто мстила обитателям погрязшей в раздорах прерии. Скот голодал и замерзал, люди боролись со стихией и друг с другом и с надеждой ждали весну.

В Тэнглвуде тоже было безрадостно. Джона отказался отвечать на письма родителей. Единственный, от кого они узнавали новости о нем, был Колин, который, надо отдать ему должное, писал каждый месяц, отчитываясь за мальчика.

Судя по всему, Джона стал любимцем сурового старика, дедушки Колина, и, как писал Колин, наслаждался насыщенной жизнью и развлечениями, которые ему предлагал Нью-Йорк-Сити. Колин отдал Джону в престижную частную школу.

Мальчик хорошо успевал в учебе и завел себе много друзей. Мэгги приходилось довольствоваться этими краткими отчетами, хотя она до боли в сердце хотела увидеть Джону.

Она знала, что Сойер, хотя и не признавался, был обижен на мальчика за то, что тот не хотел им писать.

– Весной, еще до объезда, я верну этого мальчишку! – поклялся он. – Помяни мое слово, что бы там ни говорил Вентворт, Джоне не терпится попасть домой!

Мэгги обуревали смешанные чувства по поводу возвращения сына на ранчо. Она всей душой хотела увидеть его, но очень боялась вспышек насилия, которые периодически возникали в прерии. Хотя в суровые зимние месяцы распри по поводу прав на территории и водопои поутихли, она волновалась, что весной они возобновятся. А ей не хотелось бы, чтобы Джона оказался вовлеченным хоть в одну из них. Она беспокоилась даже за Абигейл и Регину и предложила отправить их на лето к тете Луизе в Сент-Луис, пока волнения в Бакае не стихнут, но девочки и слышать об этом не хотели.

– О нет, только не это! Я остаюсь здесь, – заявила Регги, забежав в кухню, где Мэгги и Сойер пили кофе после ужина. Абигейл, вошедшая следом, повторила ее слова.

– Если мы уедем, то это будет выглядеть так, будто мы боимся, а мы не боимся. – Эбби прошла вперед, где ее осветил желтый свет керосиновой лампы. Заняв свое обычное место за столом рядом с Мэгги, она по очереди посмотрела на родителей. – Мы знаем, ты можешь справиться с любыми неприятностями, папа, и мы хотим быть здесь на случай, если потребуется наша помощь.

– Джиггер Ваттсон говорит, что беспорядки кончатся к маю. – Регги накручивала на палец локон своих длинных темных волос. – Он считает, что все владельцы ранчо будут так заняты собственным скотом, что у них просто не останется времени на то, чтобы резать изгороди…

– Он обманывает сам себя, – прервала ее Мэгги. – И вас тоже, девочки. По-моему, вам стоит навестить вашу тетю. Эбби, ты ведь всегда хотела побывать на востоке. Вы будете ходить на концерты, в театр и во всякие интересные места. Это замечательная возможность…

– Они не желают ехать! – взорвался Сойер, гневно глядя на жену. – Черт возьми, Мэгги, девочкам не грозит опасность. Почему их надо увозить из собственного дома из-за пары бродяг и любителей портить изгороди?

– Потому что, когда разгораются страсти, может случиться все что угодно. А я не хочу рисковать, Сойер! – воскликнула Мэгги, встревоженная его самоуверенностью. Но Регги и Абигейл твердо стояли на своем, отметая любые ее попытки убедить их поехать на восток, пока не прояснится ситуация.

Десятого апреля произошла трагедия, которая вызвала новую волну возмущения среди фермеров. Семья Макаллистера – Джейн и ее трое детей-подростков – погибли при пожаре в своем доме. Говорили, что дом подожгли люди, работающие на синдикат. Пит Макаллистер был у Холкомбов на собрании оппозиционеров, когда запылал его дом.

– Это был несчастный случай, трагический несчастный случай, – говорил Маркус Граймс Сойеру и Биллу Бенсону, когда они встретились в его конторе на следующее утро.

– Черт побери, Маркус, этому нет оправданий! – Сойер стукнул по столу кулаком, отчего во все стороны полетели бумажки. – Я могу справиться с любым человеком, который посягает на мою собственность, но будь я проклят, если начну сжигать женщин и детей!

– Как такое могло случиться? – Билл, нахмурившись, потер подбородок. – Маркус, твои ребята переусердствовали.

– Мои ребята выполняют работу, которую я им поручил, – защищают нас, всех нас, от таких типов, как Пит Макаллистер. Мы здесь боремся за свою жизнь, джентльмены. – Глаза Маркуса Граймса, смотревшего на них, сверкали яростным, гневным огнем. – Люк и остальные не знали, что в этом проклятом доме кто-то был. Прошел слух, что Пит отослал семью к родственникам Джейн в Дентон. Ребята не совсем правильно поняли. Старшая девочка заболела, поэтому отъезд отложили на день-два.

Сойер застонал и провел рукой по волосам.

– Теперь плотина прорвана. Это война, мои друзья. – Маркус уставил на них палец, как будто это был штык. – В войне иногда гибнут и гражданские люди. Мы не хотели, чтобы кто-нибудь пострадал, просто хотели проучить Макаллистера. Он пытался уговорить этих трусов нанять Джейка Рида в надежде, что его оружие нас остановит. И я подумал, что небольшой костер спугнет его – нет, черт возьми, что он спугнет всех, – но… ситуация вышла из-под контроля.

– Рид все еще в городе? – волнуясь, спросил Билл Бенсон.

Маркус поджал губы.

– Да. Почти всю зиму отсиживался в Уэйко, но несколько дней назад снова объявился в городе, и только одному дьяволу известно зачем.

Сойеру все это не нравилось, совсем не нравилось! Но, как сказал Маркус, смерти были случайностью…

– Мэгги надо остановить. – Он ходил взад и вперед по кабинету под холодным взглядом Маркуса. – Она сегодня заявила, что собирается на похороны – против моего желания.

– Тогда будет лучше, если ты пойдешь с ней, – посоветовал Билл, нахмурившись. – Нам лучше в ближайшие несколько недель держаться рядом с нашими женами и детьми.

Остальные молча с ним согласились.

– Я слышал, что Пит после вчерашней ночи совсем лишился рассудка. – Сойер откашлялся. – Я не виню его, но, как я слышал, он собирается мстить… Больше всего меня беспокоит – и к черту притворство, Маркус, я знаю, что это беспокоит и тебя, – ведь никто не знает, на что он и другие фермеры могут решиться. Особенно сейчас, когда они все на взводе. Они никогда не поверят, что это был несчастный случай.

– Несчастный случай или нет, факт остается фактом – Джейн и дети мертвы, – тусклым голосом сказал Билл. – И нам нужно теперь вычислить, что предпримет Макаллистер.

63
{"b":"12175","o":1}