Содержание  
A
A
1
2
3
...
46
47
48
...
86

Хохотали до упаду вновь посвященные в ведуньи будущие царицы.

Ибо кружил им головы незнакомый душистый напиток, который Посейдон с Купалой звали вином.

А главное, уплывали они от неминуемой зимы. Плыли в страну вечного лета. Ради чего не стоило теперь умирать, а просто поверить этому красавцу Купале.

– Девки неплохие. Молодец, Купала, – сказал Зев. – Но сильных ведуний среди них нет. Да и ведунов тоже.

– Мужчин не соблазнишь золотыми побрякушками. А потом, нам и для омоложения и для того, чтобы повязать всех здешних царьков этого хватит.

– Пока хватит, Купала. Пока. А потом посмотрим. Надо как можно больше заманить сюда и ведунов и ведуний, и просто нашего народа.

А потом, когда соблазны и посулы будут исчерпаны, побольше сюда надо будет рабов из наших мест. Народец здесь еще недостаточно бел.

– Злой ты, громовержец. Участь рабскую своим родовичам желать.

– А мы не на совсем. Приучим местных отпускать на волю кого надо. И потом, знаешь, иногда я думаю, что иным нашим неплохо побыть в рабах. Умнее становятся.

Он, внутренне усмехнувшись, мельком взглянул на Яру, которая вовсю стараясь скрыть неодобрение, осматривала визжащую и смеющуюся толпу новых богинь. А они играли в горелки, кувыркались, водили хороводы, пытались плести венки из сухих жестких местных цветов. И славили царя богов Зевса. Который подарил им жизнь как вечный праздник в этих теплых благодатных местах.

Одна из немногих среди этой толпы, настоящая ведунья, ладная, легкая, чем-то похожая на Тамирис, сорвала с себя тунику, и, размахивая ей, как флагом, пританцовывая порхнула к Зеву.

– Старшой, а праздник любви этой ночью будет?

– Будет, Афродита, будет. Вся наша жизнь теперь это сплошной праздник любви.

Купала плотоядно и завистливо оглядывал ладное тело и волной льющиеся до пояса волосы цвета меда.

А Яра с нескрываемой ненавистью смотрела на новую обитательницу Олимпа как на врага.

На настоящей Лысой горе таких чувств друг к другу никто никогда не испытывал.

Глава 13. Послесловие через тридцать пять веков

Юрий Петрович любил вести занятия у геологов. После отмены изучения в ВУЗах марксизма-ленинизма многие его коллеги приуныли.

А Юрий Петрович знал, что со временем станет еще интереснее. Гуманитарная составляющая высшего образования у естественников все равно останется. Но настоящие, а не марксистские, философия, политология и культурология гораздо интереснее всего этого научно– коммунистического бреда.

А с другой стороны, как же увлекательно говорить об этих вопросах не с профессионалами, пусть и будущими профессионалами, а с дилетантами.

Но дилетантами умными, читающими, размышляющими. Однако не скованными почтением к авторитетам чужих для них профессиональных знаний.

– Никакого секрета во всплеске греческой культуры нет, – твердо заявил, стоя у доски студент.

Его звали Вадимом. Это был крупный парень с решительным лицом. Насколько понял из общения с этой группой Юрий Петрович, Вадим придерживался модных среди части молодежи радикально националистических взглядов.

– Но, почему, Вадим? Разве мы не видим материального воплощения этого всплеска. Всех этих храмов, археологических находок. Я уже не говорю о не материальных моментах. Той же греческой мифологии и философии.

Или Гомер для вас фикция?

– Гомер описал реальную историю реальной войны. И он для меня не фикция. Но я не о том. Культура не может развиваться на пустом месте. А Греция испытывала экономический подъем.

Посмотрите на карту полезных ископаемых. В Греции сосредоточено две трети запасов меди и олова всего Древнего мира.

Во времена бронзового века это была самая богатая страна древности. И денежки там водились. Как у нас в Ханты-Мансийске сейчас. Только у нас денежки на нефти, а у них были на бронзе.

Вадим был родом из Ханты-Мансийска.

– И где же ваш ханты-мансийский Гомер? – ехидно спросил вечный оппонент Вадима, Виталий.

Сухой сутулый скептик.

– Еще будет.

– Экономика экономикой, но не кажется ли вам, что экономическая база еще не все? – спросил то ли всех сразу, то ли Юрия Петровича подвижный студент с первого ряда.

Их было двое, братья-двойняшки Михаил и Петр. Вопрос задал Михаил, обведя аудиторию своими чудными голубыми глазами, которые иные называли «смерть девкам».

– А что, по-твоему, еще надо? – спросил Вадим.

– Не знаю, наверное, некоторую идею.

– Идея вещь не осязаемая. А лидерство в металлургии, а это для тех времен главное, вещь вполне конкретная.

– А если идея становится необходимым элементом некоего политического проекта для элитных группировок экономически перспективного региона? – спросил брат Михаила, Петр.

Петр был чуть помассивнее Михаила. Он обожал, как понял Юрий Петрович теории заговоров. И все объяснял с этих позиций.

Преподаватель тонко улыбнулся.

– Давай, Петр, выдвигай свою модель нового заговора времен Гомера. А ты, Вадим, можешь идти на свое место.

– Не времен Гомера, а времен до Гомера. До Троянской войны.

– Хорошо, уточнение принято. Но мы в нетерпении. Давай свой заговор.

– Допустим, – начал Петр, – что некая группировка проникает в Грецию.

– С целью захватить там власть, – откровенно улыбнулся Юрий Петрович.

– Разумеется! А зачем же еще? Возникает вопрос, почему в Грецию? Да потому, что, и в этом Вадим прав, Греция тогдашний экономический лидер. Но, очевидно, что при этом она маргинал в плане экономическом, религиозном, культурном. Она находится на самой окраине мира, который условно можно назвать египетско-месопотамским.

– Египетско-вавилонско-палестинско-ханаанским, – со скрытым значением произнес Вадим.

Боже! – подумал Юрий Петрович, как же глубоко распространились национализм и ксенофобия, если такие взгляды встречают симпатию даже у студентов МГУ.

А антисемитский подтекст реплики в устах Вадима был очевиден.

– Если хочешь, то так, – с понимающей полуулыбкой сказал, отвечая Вадиму, Петр.

И он тоже, – подумал Юрий Петрович. Это не группа, а какая-то фашистская организация! Но, посмотрим, куда приведут рассуждения Петра. Он все же отличник и явный интеллектуал. Ну, не могут взгляды такого человека быть пещерными!

– А, собственно, почему вы считаете, что Эллада должна была находиться в сфере влияния именно этого егиретско-ближневосточного мира, и быть его политической и религиозно-культурной окраиной? Этому что, есть прямые доказательства? – спросил Юрий Петрович.

– В первую очередь, не прямые, а косвенные. Сама геополитическая логика свидетельствует о том, что иначе быть не могло. Но, однако, есть и прямы доказательства. Так, известно, что до Троянской войны у ахейцев существовал обряд обрезания. А одной из главных богинь догомеровской Эллады была Кибела. Весьма известная на Ближнем Востоке богиня.

– Это не ближневосточная богиня, а арийская, – вдруг брякнул Вадим. – ее истинное название Ки – Белая богиня.

– Вадим, – возмутился Юрий Петрович, – я могу догадываться о ваших взглядах, могу их не разделять, но оставьте мне возможность хотя бы уважать их! Ну, нельзя национализм превращать в идиотизм!

– Ты бы еще тетю Бесю из Одессы объявил русско-арийской богиней, – съязвил Михаил.

Вадим густо покраснел и готов был продолжить дискуссию в более остром тоне. Видя это, Юрий Петрович резко прервал его.

– Все! Дискуссии на эту тему окончены! Я нахожу, что аргументы Петра весьма убедительны. А споры в ином формате будете вести не на моем семинаре. Итак, установили, Эллада экономический лидер и, в то же время, политический и религиозно-культурный маргинал египетско-ближневосточного мира. Что же из этого следует?

– Из этого следует, – продолжал Петр, – что такая ситуация способствует успеху провоцирования системного кризиса с последующим захватом власти.

– Почему? – живо спросил Юрий Петрович. – Насколько я знаю, вы, Петр, далеки от марксизма, но рассуждаете сейчас как марксист. Бытие определяет сознание. И вообще, всю надстройку, в терминах Маркса.

47
{"b":"12180","o":1}