A
A
1
2
3
...
38
39
40
...
55

И вот теперь колонна карателей представляла собой цепочку искореженных автобусов. Разумеется, среди пассажиров пострадали отнюдь не все. Ибо просто невозможно взорвать автобус так, чтобы вывести из строя абсолютно всех, кто там находился. И теперь уцелевшие весьма умело выскакивали и готовились занять оборону. Разумеется, они немного растерялись от такой неожиданности и не совсем правильно оценивали обстановку. Но они были профессионалами и панике не поддались

С вершин холмов с дистанции около километра застрочили пулеметы. Это были старые, но вполне надежные, пулеметы Дегтярева, стреляющие патронами от знаменитой винтовки Мосина. Убойная дальность такой пули намного больше километра. Пулеметчики явно были не самыми умелыми. Они палили длинными очередями и не очень точно. Но перекрестный огонь с двух сторон не оставлял уцелевшим ничего другого, кроме как укрыться в кюветах.

После того, как они это сделали и уже были готовы подавить пулеметчиков-дилетантов, раздалась новая серия взрывов. Ибо кюветы были на этом участке буквально нашпигованы минами. После этого никакого желания атаковать пулеметчиков у омоновцев не осталось.

Впрочем, самих омоновцев тоже.

А на обратных от дороги склонах холма затарахтели моторы. Самолетики разгонялись, скользя вниз по склону, отрывались от земли, с трудом, но все же уверенно, набирали высоту и уходили прочь от дороги. Никто их так и не увидел. Ибо местность была пустынна. А с дороги они были прикрыты холмами.

– Товар закуплен. Рекламаций нет, – пропищала рация в машине у Чугунова.

– Хорошо.

Он вызвал другого абонента.

– Извините, но ремонтники не понадобятся.

– Принято.

Через час ни одного человека, хоть как-то связанного с их командой уже не было в ста пятидесятикилометровой окрестности городка.

Ночью пошел мокрый снег. И следователи, осмотревшие вершины холмов на следующее утро не нашли ничего, кроме стреляных гильз. Но даже, если бы Боги не послали этот снег, о чем могли сказать следы охотничьих лыж, теряющиеся в поле?

Ни о чем.

Россия буквально встала на уши. Всем было ясно, что давить народное сопротивление можно, только если у народа нет возможности защищаться. Если же таковая появилась, то дни властей сочтены. Империя не могла до конца зачистить даже маленькую Чечню. А если каратели будут ездить по самой России с инженерной разведкой впереди каждой машины и со скоростью двадцать километров в час?

Да никаких сил тогда не хватит усмирить каждый очаг народного сопротивления!

Ситуацию усугубляло то, что все произошло в Башкирии. Республике мусульманской. И мусульмане по всей России стали на защиту городка. Посыпались неприкрытые угрозы в случае повторной попытки карательной экспедиции поднять единоверцев по всей России.

Было очевидно, что мусульмане не имеют к акции никакого отношения. Население городка было преимущественно русским. Но сами мусульмане это всячески опровергали, по неофициальным каналам забрасывая дезинформацию о готовности чуть ли не всемусульманского восстания. Они явно хотели набрать очки на этой акции.

А если это все же они? Создавалась впечатление, что, не участвуя в самой акции, мусульманские радикалы, похоже, были готовы к подобному развитию событий. Значит это все-таки они? Или они вместе с некими неизвестными союзниками? Но тогда какими силами они располагают?

Было ясно, что прежде чем делать резкие телодвижения, властям надо было разобраться. А время шло. И очевидная безнаказанность откровенных повстанцев если и не стимулировала других на подобные акции, то, по крайней мере, придавала смелости при проведении совершенно обычных демонстраций протеста, которые все ширились и ширились.

Глава 18. Карпатская купель

Если западные склоны Карпат отличаются повышенной дождливостью, то восточные их склоны гораздо более сухие и теплые. В начале апреля весна в Прикарпатье была уже в разгаре. Конечно же, снег растаял далеко не весь. И дороги были сырыми. Но вполне можно найти трасу, где можно побегать вволю.

И они бежали, наматывая километры по серпантинам небольших горных дорог. Карпатская весна пьянила. Казалось, все здесь излучает флюиды жизни. И первая зелень на склонах, и готовые проклюнуться из почек молодые листья. И журчащие многочисленные ручейки.

И это ласковое солнце на голубом нежном небе.

Армейские ботинки скрежетали по гравию, от футболок валил пар. Чугунов бежал вместе со всеми. Единственной поблажкой ему было то, что он бежал не в армейских ботинках, а в адидасовских бутсах с резиновыми шипами.

Он приехал в этот лагерь отчасти как инспектор, в конце концов, объект содержался на его деньги. Однако были и другие резоны для этой поездки. После башкирской акции было полезно быть как можно дальше от места событий. А лучше вообще вне России. Кроме того, давно пора было познакомиться и с украинскими друзьями, контакты с которыми до того осуществлял Юра. Назрел и еще ряд более мелких вопросов. Ну, и потом неплохо было завоевать определенный авторитет у боевиков. И попутно поправить здоровье. Обе последние цели достигались одновременно. И Чугунов с упоением участвовал в утомительных тренировках и учениях, чувствуя, что подтягивается и молодеет на глазах. А орлы Зигфрида смотрят на него с искренним уважением, а иногда с восхищением.

Цепочка бегунов преодолела последний подъем. Внизу, на пологой поляне среди букового леса показался их лагерь. Скромные, но вполне приличные щитовые домики. Столовая, спортивный комплекс, огромный дощатый настил под навесом, который мог служить и для некоторых занятий на свежем воздухе и как место для вечерних посиделок или общих собраний.

Бегуны прибавили ходу на отлогом нисходящем участке дороги и вскоре были уже в лагере.

Они подбежали к ряду турников.

– По двенадцать подъемов переворотом, потом брусья, потом быстро в душ. До завтрака двадцать минут, – скороговоркой, но четко сказал инструктор.

Чугунов вместе со всеми подошел к турникам. Сделал четырнадцать подъемов, и, проигнорировав брусья, направился к небольшому то ли озерцу, то ли заводи, искусно сделанной возле горного ручейка. Вода в ней была проточная, горная. Он разделся и окунулся в этот маленький бассейн. Разгоряченное тело не чувствовало холода. Он проплыл вдоль края этого небольшого водоема, и только почувствовав, как холод начинает сводить шею, вылез наружу. Да, шея и горло наиболее слабое место при этих ледяных купаниях. Если бы не они, можно было бы купаться раза в три дольше. Он энергично покрутил головой, разогревая шею, и начал растирать прежде всего ее.

С некоторых пор Петр обожал эти контрастные холодные купания, от которых в молодости наверняка бы надолго заболел. Дома он купался в озере с апреля по ноябрь. И здесь не преминул воспользоваться подобной возможностью. Чем сильно поднял свой авторитет у боевиков Юры и Зигфрида.

Что это? Вторая молодость? Или вторая жизнь? Вспомнилась любимая сказка его детства и слова воина-колдуна: «Я Баш Черик, Стальная Голова, дарую тебе вторую жизнь!».

Спасибо тебе за эту вторую жизнь пращур Сварог!

От него валил пар, и кожа имела густо розовый, почти красный цвет.

– Великолепно выглядите, господин профессор. – Де Круа стоял на краю бассейна. Он был одет в легкий комуфляжный костюм. Как будто армейский, но настолько элегантный, что право, можно было представить себе бельгийца в таком одеянии и на светском рауте. Впрочем, может быть, это было глубокое заблуждение простого русского человека, не бывавшего «В Европах».

– Извините, господин профессор, но когда мне сказали, что вы купаетесь в этой ужасной ледяной воде, я не поверил. И решил убедиться сам. Еще раз извините.

Он говорил по-английски.

– Пустое, – по-немецки ответил Петр.

– О, вы говорите по-немецки? Мне было бы удобнее общаться на этом языке, – сказал по-немецки бельгиец.

Петр рассмеялся. Он скорее догадался, чем понял фразу де Круа.

39
{"b":"12181","o":1}