ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Разумеется! Граф, обеспечьте технику! Хватит крутить эти нацистские марши!

Он на некоторое время остался за столом практически один. Молодые и старые соратники вовсю тискали среди валунов Чертова Городища танюхиных коллег. К Интеллектуалу подсел Антощенков.

– Послушай, Иваныч, ты всё-таки объяснишь мне, что происходит?

– Знаешь, Валера, я сам толком не понимаю… Трудно это объяснить и на трезвую голову, не то что по пьяне.

Он поискал на столе красного вина и налил себе в кружку.

– Могу сказать тебе только одно – никто нас не пасёт. Всё началось, не поверишь, с факультативных лекций по истории цивилизации. Я сначала не хотел даже время на них тратить. А потом чего-то меня понесло. Стал говорить то, что раньше никогда бы не сказал. О том, например, что развитие цивилизации есть проявление Божьего замысла. Впрочем, тебе это вряд ли интересно.

– Нет, почему же.

– Не ври, дружище! Ты – практик. И вы всегда считали таких, как я, занудами и треплом.

– Ну, тебя никто так не считал, профессор!

– Правильно. Но не потому, что я владел прорывными идеями. Их мало кто из старых соратников понимал. А потому что я, будучи профессором, не выделывался своим докторством и профессорством. И это было приятно многим. Мог и листовки клеить ночами, и пойти помахаться, хотя бы изредка. И последние деньги на партию отдать, и проезжих скинов, по две недели не мытых, оставить ночевать, положив их спать в одной комнате с дочерьми. А главное, не претендовал на первые роли. Даже в варианте не вождя, а скажем, пророка при вожде-практике типа тебя. Я ясно излагаю?

– Ясно…

– Я прав?

– Прав…

– Ну, так вот, Валера, осточертело мне всё это! Потому-то мы и были всё это время в заднице, что боролись без правильного стратегического плана. И командовали у нас армиями батальонные командиры типа тебя.

– Но у нас армий не было!

– Не важно, дружище! Мы ставили армейские задачи, а значит, и мыслить должны были на уровне армий и фронтов, говоря вашим, военным, языком. Но не думай, что я рвусь в главкомы! Просто перед тем, как послать всю эту деятельность к чёрту, я согласился хотя бы напоследок сказать вот этому молодняку, как надо понимать мир, и что есть для мира, и, можешь смеяться, для Бога, наша борьба. Зачем она Ему нужна!

– Ну, сказал! А потом?

– А потом мне дуром повезло. Я получил, не знаю за что, сто пятьдесят тысяч баксов. Пятьдесят оставил своей неприхотливой семье, а сто пустил на эти мероприятия.

– Что же, вот так все сто тысяч и прогуляешь со своими инфантильными мальчиками и Танькиными коллегами?

– Нет, дружище! И мальчики отнюдь не инфантильные! Мы, кстати, продемонстрируем тебе сегодня некоторые наши наработки. Но попозже… А пока пойдём-ка к толпе… Или, если хочешь, отдайся бесовскому веселью и всяческим безобразиям в лабиринте ближайших валунов!

Интеллектуал спустился на луг. Там шло настоящее языческое веселье. Горели костры. Рекой лилось вино и пиво. В тёплой ночи сновали полуголые девицы. Странно, но их хватало на всех, желающих утех подобного рода. Ибо большинство было охвачено иными позывами. Все рвались говорить воинственные тосты у костров, или петь грозные песни дурными голосами. Многие поднимались на помост и орали соответствующие речи и тосты в микрофон.

И, опять же, странно – толчеи на помосте не было. Хотя он не пустовал!

В перерывах между тостами-речами на помост из-за костров выныривал Вовец и пел самые энергичные и воинственные песни из репертуара бардов.

Поднялся в небо наш, простой советский трактор
И уничтожил шесть китайских батарей.

Пел он и в настоящий момент. Интеллектуал подсел к одному из костров.

– Ребята, а что-нибудь казачье слабо?

– Давай, Иваныч, а мы подтянем!…

Брось меня, брось меня, сатану собачью,
Брось меня на коня, на седло казачье.

Толпа с энтузиазмом подхватила припев. Интеллектуалу протянули большую кружку с пивом, и он выпил её залпом. Из темноты появилась Татьяна.

– Профессор, ночь ещё впереди!… Не нажрётесь? Это я вам как недоучившийся медик говорю!

– Ты права… Пойду искупнусь… И не говори только, что можно утонуть! Речка неглубокая. И потом, что ты меня пасёшь? Ты что, получила российское гражданство и нанялась в ФСБ?

– Вы дурак, профессор, – вдруг печально и серьёзно сказала она. – Это – действительно праздник…Таких никогда не было в жизни не только у нас, блядей, но и у большинства вполне благополучных дам. Мы чувствуем себя здесь королевами, колдуньями, русалками, подругами викингов!… А самые умные наверное понимают и то, что причастны к чему-то большому и высокому.

Кроме того, нас не хватают за задницу, как новые русские в банях или менты «на субботниках». Но, право же, хочется просто из чувства признательности отдаться сразу всем.

Сказав это, она напряжённо посмотрела на него. Ибо от пьяного мужика, даже если он – Иваныч, после такой фразы можно ожидать любой бестактности, которая разрушит очарование этой ночи и опошлит мимолётную, но такую искреннюю, исповедь.

Но Интеллектуал как будто прочитал её мысли.

– Боишься, что я сейчас спорю херню? Не стоит… Я прекрасно понимаю тебя… И даже то, что ты из благодарности готова не только подарить ласку, но и проследить, чтобы я не нажрался и не утонул. Но я не нажрусь, и не утону… Потому, что я под покровительством русских Богов! Это я говорю не по пьяне! Ты тоже под покровительством!… Во всяком случае, сегодня… И выглядишь как молоденькая студентка, а не дама, прожившая столько трудных и гнусных лет!

Извини, если несколько высокопарно или наоборот слишком грубо…

– Что ты, Иваныч!… Все нормально!… Ты просто прелесть!… И всё же я искупаюсь с тобой. Не прогонишь?

– Пойдём… Но, извини, не долго!… У нас ещё много чего запланировано. А мои соратнички, кажется, забыли, что они на этом праздники не гости, а хозяева.

– Ты что, думаешь, я собираюсь тебя долго насиловать на берегу?

– В нашей ситуации вернее будет сказать «соблазнять»…

– Не бойся, я буду холодна как льдышка и купаться буду за десять метров от тебя!…

Так, мило пикируясь они подошли к реке. И были немало удивлены. На реке наблюдалось столпотворение. Голые парни и голые, но в цветочных венках, девчонки плескались в воде. По окрестным кустам стоял шорох и треск.

Интеллектуал, ничуть не смущаясь, разделся догола и бросился в воду. Татьяна последовала его примеру.

– Хорошо, правда? – спросила она, подплывая вплотную.

– Кто бы спорил, Танюсик!…

Вдруг, прямо около них, вынырнула из воды чья-то голова.

– Кондор, дружище! И ты здесь!… Зверь на ловца бежит. Как ты, способен к запуску изделия?

– Всегда готов! Но сначала мне надо отыскать одну леди. Буквально пару минут.

– А тебе этого времени хватит? – засмеялась рядом Татьяна. – Давай, лучше отработай аттракцион, который наметил шеф. А потом я сама помогу тебе найти нужную леди… из своих подопечных.

– Предложение в высшей степени конструктивное, – заметил Интеллектуал. – Пойдём Алекс.

Они вышли на берег, нимало не стесняясь своей наготы. Ибо на берегу было полно таких же фигур.

– Я подойду позже, Интеллектуал, – сказала Татьяна.

– Ну вот, партийная кличка раскрыта!… Да ты и впрямь Мата Хари! Теперь нет тебе иного пути, кроме вступления в наши ряды!

– А знаешь, я подумаю, – серьёзно сказала она.

– Чудесно, но сначала оденься!… Пойдём, Алекс…

На подиуме в кругу почти голых девиц в венках и чисто символических ленточках на поясе, практически не прикрывавших ничего, безумствовал Вовец. Похоже, он был в трансе.

… Посмотри, как снег растаял под твоею кровью ржавой.

Надрывая душу, пел он сейчас.

25
{"b":"12183","o":1}