ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Вот пусть коллеги и устанавливают, кто рисовал черт знает что, на их крыльце…

Начальник недовольно взглянул на Семена, но на его реплику не ответил, а продолжил свою мысль:

– И потом, он не уголовник, а жертва.

– А, бросьте, Сергей Дмитриевич. У нас по большей части и бандиты и их жертвы – это люди одного круга. Сегодня он бандит, завтра связанный с криминалом бизнесмен, послезавтра жертва своих, мягко выражаясь, коллег.

Начальник промолчал. Он был примерно одного возраста с Мыльниковым, но гораздо менее образован и не с таким жизненным опытом. Впрочем, Мыльников не афишировал ни своего образования, ни своего жизненного опыта. Просто человек искушенный сразу угадывал травленого волка в этом полноватом, меланхоличном коротыше.

А начальник был именно таким искушенным и достаточно умным человеком. Поэтому Мыльникова он уважал и позволял ему некоторые вольности. Тем более, что по каким-то неуловимым признакам был уверен, что этот майор не претендует на его место и твердо желает оставаться незаметным.

Специфика ситуации заключалась в том, что все присутствующие хорошо понимали, что расследовать дело вряд ли удастся. А местным Шерлокам Холмсам вполне хватало позора предыдущих, оставшихся нераскрытыми, убийств перед дверями прокуратуры и в кабинете адвоката.

Но спихнуть этот «висяк» надо было грамотно и изящно. А Мыльников, похоже, был не склонен церемониться. И видя, что ему никто не возражает, уже более энергично продолжал.

– Таким образом, налицо преступление, имеющее скорее отношение к компетенции ФСБ, а не МВД.

– Ладно, – сказал начальник, – ФСБ и так не стоит в стороне. Но пока расследование будем вести совместно. А по ходу дела прояснится, кто его будет завершать.

«И кому отвечать за очередное нераскрытое убийство», – цинично подумал Платон Семенович.

Как будто угадав его мысленную реплику, начальник произнес:

– Тебе…

Мыльников не подал виду, но в душе испытал досаду. Он, разумеется, не подумал, что начальник прочитал его мысли, но подобных «мистических» совпадений не любил. Между тем начальник продолжал:

– Тебе, Семен Платонович поручим заниматься этим делом от нас.

– Одному? – довольно хмуро спросил Мыльников.

– Нет, конечно. Вот стажер у нас, из Высшей школы милиции, или как там ее сейчас, Университет МВД? – обратился начальник к стажеру.

– Так точно, – четко ответил молодой человек.

– Ну, вот и славненько. Университет, так университет. Короче, поступаешь в распоряжение майора Мыльникова. Все, все свободны.

В коридоре Семена Платоновича догнал представитель ФСБ. Мыльников не любил коллег из этого ведомства еще с советских времен. Но демонстрировать свои чувства не собирался, скрывая их как обычно за маской потертого жизнью простоватого вечно хмурого мужика.

– Что собираетесь делать, коллега?

Представитель ФСБ был подтянут, интеллигентен и элегантен.

– Пить чай, – буркнул Мыльников.

Эфэсбэшник вежливо улыбнулся и протянул свою визитку.

– Мы по своим каналам попытаемся установить личность потерпевшего. Если у меня будет по этому поводу информация, то немедленно сообщу вам. Разумеется, надеюсь, что и вы поделитесь со мной своими находками. Все мои координаты на визитке.

– Благодарю, – сказал Мыльников почти что вежливо, пряча визитку в карман рубашки. Впрочем, зайти к себе в кабинет он коллегу не пригласил. А тот как будто не заметил неприветливости майора, вежливо кивнул и пошел дальше своей упругой спортивной походкой.

Именно этим – спортивностью, элегантностью, не скрываемой интеллигентностью, неким даже аристократизмом всегда отличались сотрудники КГБ и ФСБ от своих милицейских коллег. Те, наоборот, зачастую сами старались выглядеть попроще. И даже те из них, кто был образован, эрудирован и хорошо воспитан, зачастую не спешили продемонстрировать эти качества.

Но, увы, маска имеет свойство намертво прикипать к лицу. Поэтому Мыльников и вел себя так, как он себя вел.

– Сережа! – позвал он стажера, следовавшего за ним чуть поодаль, – заходи.

– Я не Сережа, а Андрей, Семен Платонович.

– Все равно заходи, – ухмыльнулся Мыльников чему-то своему.

Кабинет Мыльникова был маленьким и казался вечно пыльным, даже после влажной уборки. Впрочем, так выглядят все казенные кабинеты. Обшарпанный стол, два стула, вешалка для верхней одежды и старый сейф составляли всю обстановку этого, прямо скажем, убогого помещения.

Мыльников тяжело опустился на один из стульев и кивнул стажеру, показывая на другой стул. Тот вежливо присел и вопросительно поглядел на Семена Платоновича.

«Да, почтительный и воспитанный молодой человек. Не типичный для нынешней молодежи», – подумал майор, но сам и не подумал быть более приветливым. Он хмуро посмотрел на помощника и несколько ворчливым голосом начал:

– Значит так. Задание тебе такое. Первое. Держи связь с экспертами. Тереби их от моего имени. Когда и как убитый был ранен, от чего наступила смерть, ну и все такое. Как только у них все будет готово, получишь заключение и принесешь мне. Второе. Выясни, откуда шел потерпевший. Хорошо бы вызвать кинолога с собакой…

– Извините, Семен Платонович, но прошел дождь, да и затоптали уже следы.

Стажер не сказал по деликатности, что «теребить» экспертов и «организовывать» поиск следов с собакой гораздо более сподручнее майору, а не стажеру.

– Кстати, о дожде. Так как кровавые каракули покойного художника-символиста, – он довольно гаденько усмехнулся и продолжал, – не смыты, значит, он грохнулся у дверей наших коллег уже после дождя. Вот ты и узнай, когда был дождь.

– Где узнать?

Мыльников не удержался от усмешки, демонстрируя свое превосходство.

– Здесь не далеко аэродром. При нем должно быть метеобюро. Вот у них и узнай. Они круглосуточно ведут наблюдение за погодой. Вернее, должны вести, – помолчав добавил он, и, глянув на собеседника, продолжил:

– Что, есть сомнения? Не отвечай. Вижу, что есть. Разумеется, собака если и возьмет след, скоро его потеряет. Но нам важно знать, откуда, с какого направления он шел. А там уже сам ходи кругами. Может где чего и зацепишь. Где-то, кто-то чего-то увидел. Где-то собаки утром залаяли разом. Это тоже, разумеется, не ахти какая информация, но общее направление, откуда он шел, мы тем самым определим. А может, тебе и повезет, и найдешь еще чего-нибудь. Ведь убитый шел, теряя довольно много крови. Может, еще чего потерял.

Стажер смотрел на Мыльникова задумчиво и молчал. Он понимал, что майор дает ему совершенно дурацкое задание. Ну, установят они последний километр или даже два того пути, по которому шел убитый. Но шел то он, похоже, довольно долго. Остальная часть пути все равно не отслеживается. Дождь смыл следы. А городок окружен лесами и полями. Разве что установим, с вокзала ли шел убитый, или откуда-то из-за города. Но нет, со стороны вокзала он не мог идти. Человека в таком состоянии заметили бы. Около вокзала всегда толпятся таксисты, проститутки и прочая ночная публика.

И вдруг стажер, словно набравшись смелости, не совсем почтительно спросил:

– А в итоге, что вы хотите получить в результате этого расследования.

– Какого этого? В результате расследования мы должны получить полную картину преступления и установить виновных.

Мыльников картинно изогнул левую бровь и посмотрел на стажера с деланной строгостью. Впрочем, он немного переигрывал. Возможно, нарочно показывая некоторую фарсовость ситуации. Поэтому стажер довольно смело продолжал.

– Нет, не всего расследования, а того задания, что вы даете мне. То есть, не всего задания, а того, что касается установления пути жертвы.

Стажер смешался. А Мыльников откровенно ухмыльнулся.

– В результате твоих действий мы будем иметь возможность отчитаться о своей активности. Я не знаю, что вам говорят преподаватели, но во времена СССР более двух третей преступлений раскрывалось благодаря данным нашей агентуры в криминальной среде. Падение раскрываемости в 1990-х годах произошло, по моему мнению, потому, что распалась агентурная сеть. Многие агенты вышли из-под нашего контроля. А стремительно растущие новые криминальные группировки вообще поначалу не были охвачены сетью осведомителей.

3
{"b":"12185","o":1}