Содержание  
A
A
1
2
3
...
31
32
33
...
91

– Не совсем, не совсем. Поначалу он был довольно умеренным.

– А при чем здесь вообще православие?

– Я подозреваю, что очень даже при чем. Наверное, есть причины, по которым именно православное руководство очень не заинтересованно в нахождении этой библиотеки.

– Почему?! – несказанно в один голос удивились Алексей с Виталием.

– Это опять же мои подозрения. Но мне кажется, что было в этой библиотеке нечто такое, что очень не нравится нашим батюшкам. Они об этом знают и поэтому блокируют поиск библиотеки.

– Но они сами могли бы ее найти. И перепрятать, либо уничтожить.

– Наверное, не нашли. Ведь фигура Грозного не столь уж проста. И его отношения с церковью, если посмотреть на события прошлого под иным углом, весьма интересны. В самом деле, менял и убивал патриархов. Устроил у себя в резиденции военно-монашеский орден. Да, именно военно-монашеский орден. Именно так смотрится его монастырь опричной верхушки, если посмотреть на это не как на некую карикатуру, а как на серьезный факт.

– Погодите, Святослав Михайлович, – удивился Виталий, – какой монастырь?

– Эх, Виталий, ты активист Русского сопротивления, а не знаешь историю собственной страны. Штаб опричнины и весь двор Грозного были помимо всего прочего неким монастырем, где сам царь был игуменом. Они служили службы, звонили в колокола и так далее. Историки смотрят на это как на причуды монарха. А если отбросить эту версию о причудах? Тогда получается, что Грозный копировал чуть ли не один в один быт ордена тамплиеров.

– Вот это да! – удивился Виталий.

– Впрочем, дружище, это не важно. Важно только то, что отношения Грозного с церковью были натянутыми. И это сопровождалось некоторыми весьма необычными поступками царя. Так что вполне возможно, что в библиотеке было то, что Грозный приберегал для давления на церковь. А значит, от церкви прятал. Так что в поисках этой библиотеки они находятся в одинаковом положении со всеми иными искателями.

– Ладно, допустим, – сказал Алексей. – Но нам это сейчас не столь интересно. Важная для нас деталь, как я понял, состоит только в том, что нашим церковникам эти поиски не нужны. Им бы, может быть, и хотелось бы ее найти, но гораздо проще примитивно заблокировать такие поиски. И то правда, эти деятели всегда предпочитают пассивную оборону. «Не буди лихо, пока оно тихо».

– Блестящее знание родного фольклора, мой дорогой, – не без иронии похвалил Кузнецов. – Но продолжим нашу печальную повесть.

– Почему печальную? – туповато спросил Виталий.

– Потому что погиб наш товарищ. Это что не понятно?!

– Извините, Святослав Михайлович, немного потерял нить ваших мыслей.

– Эх, Виталий, сколько наших погибло за то время, что я участвую в Русском Движении. Ну, за них. Не чокаясь.

Они снова выпили.

– Мне хватит, – сказал после этого Алексей.

– Мне тоже, – поддержал его Виталий.

– Ребята, не выставляйте меня алкоголиком. Хватит, так хватит. Но вы все-таки приехали сюда в мое распоряжение как активисты нашей партии. Так что не расслабляйтесь.

– С чего вы взяли, что мы расслабились, – спросил Алексей.

– Так, некоторые косвенные разведпризнаки. Ладно, не берите в голову. Итак, цепочка моих рассуждений вам понятна. Прекращение активности Германа Стерлигова я связал с приказом его православных кураторов. А это лишний раз подтверждало, что поиски именно здесь имеют определенную перспективу. Но что из этого следовало? Только то, что библиотеку в принципе найти можно.

Я как-то высказал эту мысль просто так, в кулуарах, после заседания пленума Центрального Совета нашей партии. И тут наш лидер, Юра Булаев, полушутя сказал, что если бы мы эту библиотеку нашли, то могли бы весьма дорого продать. И тогда деньги на финансирование русской национально-освободительной революции были бы у нас в избытке.

Так что стоило попробовать.

– Святослав Михайлович, а не слишком ли цинично? Все-таки это наше национальное достояние.

– Национальным достоянием является по большому счету информация, содержащаяся в этой библиотеке. И мы бы продали библиотеку не тем, кто собирается ее уничтожить, а тем, кто собирается ее опубликовать. Впрочем, мы, как всегда, постоянно отвлекаемся. Так что, господа офицеры Русского сопротивления, извольте генерала не перебивать, а слушать внимательно.

Ясно?

– Ясно, экселенц! – рявкнул Алексей, едва подмигнув Виталию. Он явно думал, что Кузнецов немного под шафе.

– Без намеков, Лешенька, – усмехнулся Кузнецов, заметив его подмигивание. – Юмор и лекция по истории скоро закончатся. И пойдет сплошная боевая практика. Итак, как могли, мы начать поиски. Денег у нас нет, административного ресурса тоже. Вот и стал я понемногу провоцировать соответствующие настроения в местном обществе. И собирать всю информацию, которую в пылу дискуссий выкладывали местные энтузиасты. И когда накал страстей достиг определенного градуса, здесь появился некто доцент Маляев, советник министра культуры.

А надо вам сказать, господа, министр культуры лично курирует музей в монастыре. Я сразу же сменил тон, и предстал перед ним этаким скептиком. Но мне сразу показалось, что он прилетел сюда, почуяв жаренное.

Это еще больше укрепило меня во мнении, что решение у этой задачи есть!

Эх, ребята, – вдруг ударился в лирическое отступление Кузнецов, – как хочется оружия. Я имею в виду не вульгарные стволы, а вообще все средства для полномасштабной политической борьбы. Как осточертела эта ублюдская страна под управлением этого ублюдского режима. Вам не понять, мальчики, какая тоска иногда овладевает такими старыми борцами, как я. Я ведь в этом всем варюсь с 1979 года.

Ладно, об этом потом. Короче, понял я, что надо начинать искать уже предметно. Доложил все на Центральном Совете. И прислали мне в помощь Юру Половцева. Он начал ходить вместе со мной на все тусовки и изучать проблему свежим взглядом.

И тут я на неделю уехал по делам. Вернулся, а Юра уже убит.

Ну, как, серьезное это дело, или нет?!

– Серьезное, Святослав Михайлович. Но как вы узнали все подробности этого убийства, и то, что убийца хоругвеносец?

Алексей намекал на те подробности дела, которые Кузнецов рассказал им ранее.

– А вот это вам, господа, знать не обязательно. Меньше знаешь, крепче спишь. Есть один человек в одних органах, которому мы оказали некоторые услуги, и который нам сочувствует. Вот он и поделился данными об этом убийстве. Разумеется, не за даром.

– Мы ему платим?

– Ну, что ты! Мы с ним обмениваемся информацией. Кстати, по этому делу мы ему тоже подкинули быстренько определенный материал, который ему очень пригодился.

– А Половцев знал этого человека? То, что он знал, где тот работает, и так очевидно. Полз то он к крыльцу ФСБ.

– Зачем тебе эта информация, Леша?

– Просто так. Видимо Половцеву вы доверяли больше, чем нам. А зря, нам же вместе продолжать те поиски, которые он вел.

– За которые, кстати, и убивают, – довольно хмуро вставил Виталий.

– Леша, все мы в этих играх, увы, дилетанты. Но хочу тебе сказать, что мне интуитивно ясны определенные правила. Не надо вам знать, прикрывает нас кто-либо или нет. Это бесполезно. Все равно в наших конкретных поисках этот доброжелатель нам не помощник. Да и не знает он об этих поисках.

– А что же нам полезно знать?

– То, к чему мы с Половцевым пришли, анализируя все данные. Так вот библиотека спрятана где-то в системе подземных ходов. И нам надо найти вход в этот лабиринт. Мало того, видимо Половцев этот вход нашел. И был убит. Но наши враги об этом входе не знают.

– Не факт, что Половцев нашел этот вход, – хмуро заметил Виталий.

– Согласен, не факт. Но я почему-то думаю, что это именно так.

– Святослав Михайлович, вы все же не гадалка, а профессиональный ученый, – заметил Алексей, – и должны понимать, что ваша догадка не аргумент.

– Согласен, Леша. Но мне так кажется. Потом есть одно совершенно рациональное соображение, которое мы вскоре проверим. И вот тогда начнется настоящая работа. При том в условиях противодействия конкурентов. Вы готовы к этому, господа?

32
{"b":"12185","o":1}