ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Ясно.

– Тогда продолжаю. От провала мы повернули. Вышли наружу. А когда выходили, Тонков заметил Юрину стрелку. Ну, вышли, он мне и говорит, – отойдем, Святослав.

Отошли. Тогда он мне и выдал все, что обо мне думает. Я подождал, пока он отругается и предложил взаимовыгодное соглашение. Ему вся эта эпопея с ходами ни к чему. Его стройплощадка сразу оказывается на месте памятника старины, и его землеотвод аннулируют.

А если не аннулируют, то стройку точно заморозят. Поэтому он заинтересован в сохранении тайны. Ему его реальная стройка дороже любых гипотетических кладов в подземных ходах.

Наш интерес в этом смысле совершенно аналогичен. Единственная его претензия, что я сразу ему все не рассказал. На что я возразил, что тут так много накручено, что меньше знаешь, крепче спишь.

В итоге он согласился.

Но, стену завтра забетонируют капитально. А на стройке выставляют охрану. Он это как-нибудь обоснует. Причем для усиления охраны он привлечет афганских ветеранов, председателем совета которых он является. Разумеется, их он соответствующим образом проинструктирует…

Так что завтра упущенный вами хоругвеносец, если пойдет туда, то получит по шее.

– Но мы лишаемся входа в лабиринт! – воскликнул Алексей.

– Не скажи. Здесь надо поразмыслить. И прикинуть все на карте. Так что давайте, разложим сейчас мои записи, планшет с миллиметровкой и карты.

Подробные карты города и окрестностей у Кузнецова были.

Глава 9. Симонов монастырь

Они построили примерный план хода, по которому прошел Кузнецов сначала на миллиметровке. В масштабе достаточно крупном. Потом перевели этот план в масштаб, соответствующий карте города и окрестностей. И совместили этот план с планом города.

Все соответствовало предварительным соображениям Кузнецова. Ход выходил к монастырю. Но шел несколько сбоку от него. Прямо около монастыря, бывшего в свое время частью резиденции Грозного, ход имел ответвление. Это ответвление вело в монастырь.

Немного погодя, ход изгибался и дальше шел прямо. Мимо монастыря куда-то за город.

Куда?

Кузнецов взял карту окрестностей города и наметил продолжение хода. Других вариантов не было. Ход был направлен прямо в сторону знаменитого Симонова монастыря, уединенно стоящего за городом в живописнейшем месте, называемом Немецкие горы.

Это был совершенно таинственный объект. Монастырь был очень древним. Чуть ли не одиннадцатого века. Но в Смутное время был разрушен. Тогда многие церкви и монастыри в окрестностях были разрушены. Но потом все восстановлены. Не восстановленным остался только Симонов монастырь.

Между тем, он, судя по сохранившимся свидетельствам, был капитальным. Можно сказать, самым мощным в округе. Камни и кирпичи этого монастыря растаскивались столетиями и были окончательно разнесены по округе только в наше время.

Интересно было и то, что при монастыре существовало большое кладбище. Но плиты с этого кладбища безо всякого почтения тоже растаскивались. Чудесная резьба перекрывалась грубо нацарапанными символами уже в восемнадцатом и даже девятнадцатом веках. И такие плиты потом использовали на могилах бедных людей.

Кузнецов сам лично нашел, гуляя в лесу, одну такую плиту. Великолепно прорисованный стилизованный растительный орнамент, будящий некие скрытые в душе архетипы. И слегка изогнутая свастика в центре плиты.

А на фоне этой красоты и свидетельства мастерства, буквально процарапанные череп с костями и православный крест. Ублюдская порча поистине художественной вещи.

Интересно то, что массивную плиту сначала изуродовали, а потом пытались перетащить куда-то. Не удалось. И она лежала, расколотая на две части.

Сейчас от Симонова монастыря не осталось никаких следов. Просто на лугу, примыкающему к высокому речному откосу, осталось несколько заметных провалов земли.

Если очертить некой огибающей эти провалы, то схематично можно определить, где же стоял знаменитый монастырь.

Начав изучать этот вопрос еще давно, просто из любопытства, Кузнецов сразу понял, что монастырь, судя по всему, был арианским. Он составлял неотъемлемую часть орденской инфраструктуры Грозного.

Сейчас эти подозрения еще более окрепли.

Кузнецов хорошо знал эту местность. И сейчас, глядя на карту, представлял все как наяву. Он прочертил линию подземного хода, как она шла от небольшого изгиба далее до завала. Потом просто продолжил ее, и она уперлась прямо в овал, очерчивающий провалы земли в районе Симонова монастыря.

Но где же должен быть вход в лабиринт там?

Предполагаемая линия хода пересекала небольшой овражек, огибающий монастырь. Именно там, скорее всего и был вход.

Ребята напряженно молчали, наблюдая за тем, как Кузнецов что-то рисует на карте. О Симоновом монастыре он им рассказывал, вводя в курс дела.

Наконец, он поднял голову.

– Виталя, Алексей, напрягитесь. Представьте себе, что вы проникли в лабиринт. Проникли в сумерках. Ваш преследователь, о котором вы не знали, не засек место вашего исчезновения в лабиринте. Но примерно знает, где вы исчезли.

Представили?

– Представили.

– Теперь, вы в лабиринте что-то ценное нашли.

– Не факт, – отозвался Алексей. – С чего вы взяли?

– А зачем вести нас своими наводящими знаками именно туда? Ну, показал бы вход в лабиринт.

– А он нас никуда и не вел. Единственное осмысленное указание – это стрелка. А потом только невольно оставленные пятна крови. Но это не наводка, это просто свидетельство того, откуда он шел.

– Хорошо. Зайдем с другой стороны. Некто следит за Юрием. Следит, чтобы устранить его только после того, как библиотека будет найдена. Это верный ход мыслей?

– Не совсем. Противники ведь равно заинтересованы и в том, чтобы она не была найдена. Это если ваши предположения, о которых вы нам рассказывали, верны.

– Нет, – вступил в разговор Виталий. – Если уж кого-то устранять, то будучи уверенным, что библиотеку найдешь. А так, смотрите, что получается. Библиотека не найдена. Тот, кто ее искал убит. Значит, набрел на верный след. Это знак соратникам, что они на правильном пути. И они придут и найдут. Значит, тот, кто пошел на убийство, уже знал, что найдет библиотеку сам.

Ни Кузнецов, ни ребята не знали о том, что знал Мыльников, и поэтому никак не могли подтвердить свои, в общем-то правильные, домыслы.

– Значит, библиотека была найдена Юрием.

– Выходит, что так.

– Идем дальше. Библиотека найдена. Юра выходит из лабиринта, получает пулю. Но каким-то образом скрывается опять в лабиринте. Кстати, зашел он в подземный ход именно там. На стройке он только вышел.

– Не согласен, Святослав Михайлович, – сказал Алексей. – Юра знал о стене и проломе в ней от прораба. Гораздо вероятнее, что он просто зашел в этот пролом на стройке. А в лесу только вышел. Уже порядком исследовав все по пути.

– В твоих словах есть резон. Но это не меняет дела. Зашел на стройке. Вышел в лесу. Опять зашел в лесу. И снова вышел на стройке. Но нам сейчас важно другое. Действия убийцы непонятны. Он не преследует Юрия. Дает ему уйти по подземному ходу, а потом зачем-то принимает участие, или даже организует убийство цыганского барона и цыганского попа.

– А что нам все это дает? – спросил Алексей.

– Не знаю, Леха. Но очевидны две вещи. Первое. Юрия не преследовали в подземном ходе. Второе. Он сумел как-то так в него войти в лесу, что преследователь не смог за ним последовать.

И мы должны себе представить, что это может быть за вход, такой, что в него можно скрыться, сбив, со следа преследователя.

– Сбив в сумерках, или даже ночью. Ведь судя по всему дело происходило именно в это время., – вставил Виталий.

– Существенное уточнение, – задумчиво промолвил Кузнецов.

– Наши рассуждения бесполезны, – вдруг сказал Виталий.

– Виталя, ты вечно говоришь о том, что думать бесполезно, – ехидно вставил Алексей. – Слушая тебя, я начинаю вспоминать все анекдоты о ментах и все анекдоты о спортсменах.

46
{"b":"12185","o":1}