ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Но ведь Нининсина – шумерская богиня? А нордические боги – совсем другая компания, – заметила Маргарита.

– Деточка, богиня целительства и врачевания – существо планетарного масштаба. А прожила она долгую жизнь, и ей довелось побывать в самых разных компаниях. Во времена Одина ее звали Эйр и служила она в пантеоне богов все по той же медицинской части, покровительствовала врачевателям… Сама она почему-то не любит вспоминать те давние времена.

– А что же кольцо? – напомнила Маргарита.

– Ах да, кольцо. Один проклинал себя, что не передал сыну кольцо «Драупнир» вместе с присущей ему магической силой вовремя. Кольцо могло бы спасти юного бога, пока он был еще жив. Когда Бальдра, согласно обряду, возложили на погребальную ладью и снабдили всем необходимым, что могло бы понадобиться ему в мире теней, вплоть до оружия и любимого коня, Один взошел на палубу и надел кольцо «Драупнир» на палец мертвого сына, чтобы Бальдр унес его с собой в мир иной. На ладье разожгли огромный костер и столкнули ее в морские волны.

Но при этом родственники все же пытались предпринять шаги, чтобы вернуть Бальдра в мир живых. Хёрмод, младший сын Одина, которому едва исполнилось восемнадцать лет, по настоянию матери даже ездил в царство мертвых и пытался предложить его владычице, великанше Хель, богатый выкуп за брата. Увы, из этой затеи ничего не вышло, но братишка смог повидать Бальдра. «Возьми кольцо «Драупнир», которое дал мне отец, – сказал ему Бальдр. – Здесь, в мире теней, у меня нет в нем нужды. Покажи кольцо Одину, чтобы доказать, что видел меня. И прощай, брат!»

Бальдр так и остался в царстве мертвых, а его кольцо вместе с силой прежнего обладателя и всей магической мощью вернулось на землю и зажило своей жизнью, переходя из рук в руки, надолго исчезая и снова возвращаясь в мир… Мне когда-то вручил его человек, которого я очень любила. Узнав, что у нас будет ребенок, он, не жалея, передал кольцо в мои руки. Стояли страшные времена, деточка, и твой дед верил, что кольцо сможет защитить меня и твоего еще не родившегося отца… А сам он, оставшись без магической защиты, попал в лагерь на Колыме и сгинул там. И ни мои слезы, ни мои чары не смогли его спасти – он пал жертвой более могущественного чародея. А мы с моим сыном выжили. Вот так, девочка моя. А теперь я передала эту бесценную реликвию тебе, последней представительнице нашего рода. Не буду повторять ошибок Одина и ждать, когда ты поумнеешь и наберешься опыта. У тебя достаточно ума, чтобы сделать в жизни правильный выбор. А кольцо «Драупнир» поможет тебе и защитит.

Все тайны кольца я раскрывать не буду, с течением времени они откроются сами. А ты, дорогая моя, должна для начала освоить азы бытовой практической магии. Знаешь, нельзя преподавать высшую математику тому, кто еще не выучил таблицу умножения.

– А для чего же тогда кольцо, если мне придется начинать с азов?

– С кольцом-то любой дурак чудес натворит, а ты попробуй-ка без кольца, вот тогда и почувствуешь собственную силу. Впрочем, пожалуй, кое-что, связанное с магией кольца, тебе освоить не помешает. Пойдем-ка в прихожую.

В холле бабушкиной квартиры прямо напротив входной двери на стене висело зеркало в старой деревянной раме с грубоватой резьбой. Маргоша давно обратила на него внимание и еще подумала, что бабушка, наверное, почитывает книги по фэн-шуй и кое-что применяет на практике.

Кажется, именно правила фэн-шуй требуют вывешивать зеркало напротив входной двери, чтобы отражать негативную энергию…

– Посмотри на резьбу рамы, – попросила бабушка.

Резьба была затейливой, но без той художественной тонкости, которая присуща ценным декоративным предметам. По периметру рамы тянулся узор из листьев, чем-то смутно напоминающих стилизованное изображение французской геральдической лилии – флёр-де-лис, а углы украшали розетки с овальным углублением в центре.

– Вставь в них кольцо, – предложила бабушка, кивнув на эти розетки. – Во все четыре угла. Руку веди слева направо по диагонали, а потом справа налево. И каждый раз повторяй: «Со мной сила Бальдра!»

Кольцо идеально ложилось в углубление резьбы, и каждый раз, когда Маргоша произносила: «Со мной сила Бальдра!», по стеклу зеркала бежали голубые волны.

– Со мной сила Бальдра, – сказала Маргоша в четвертый раз, дотронувшись кольцом до левого нижнего угла, и вдруг их с бабушкой отражения в зеркальном стекле исчезли, а все пространство внутри рамы заполнило темное звездное небо…

– Ой, это что такой домашний планетарий? – восхитилась Маргоша. – Как красиво!

– Если тебе понадобится, можешь использовать его и как планетарий, но зеркало способно показать тебе все что угодно. Обращайся к нему с любой просьбой. Только, я надеюсь, у тебя хватит ума не допытываться, кто на свете всех милее, в надежде на дешевые комплименты? Ну так что или кого тебе сейчас хотелось бы увидеть?

– Я даже не знаю, – замялась Маргоша.

Она конечно же не отказалась бы одним глазком взглянуть, что сейчас делает Игорь, но бабушка не одобрила бы подобное любопытство. Да и сама Маргоша твердо решила оставить бывшего мужа в прошлом, а для этого следовало бы пореже его вспоминать.

– Ну ладно, я понимаю, твой интерес может быть сугубо личным, и не буду тебе мешать. Подумай, о чем попросить, и скажи: «Свет мой, зеркальце, покажи мне то-то и то-то». А когда насмотришься, не забудь сказать спасибо и закрыть зеркало кольцом, проведя его по всем углам в обратном порядке. Зеркало нельзя надолго оставлять в рабочем состоянии – может установиться непредсказуемая астральная связь между тобой и объектом наблюдения. Четверть часа – это максимум, что ты можешь себе позволить при работе с зеркалом. Ну дорогая, дерзай!

И бабушка ушла в комнату, закрыв за собой дверь. Маргоша тут же постаралась сформулировать свою просьбу – раз уж отведено всего пятнадцать минут, а минут пять из них уже прошли, надо поторопиться.

– Свет мой, зеркальце, покажи мне того, кто сейчас обо мне думает! – попросила Марго, рассчитывая увидеть какое-нибудь знакомое лицо.

Но за стеклом возник мрачный темный зал готического замка. В большом очаге горел огонь, бросая отсветы на лицо стоящего рядом мужчины в темной одежде. Он был строен, этого не скрывал даже бесформенный балахон, наброшенный на его плечи, и, пожалуй, красив, но вот только лицо его было полно какой-то отчаянной мрачной решимости, глаза горели злобой, брови были насуплены, а губы плотно сжаты, и это не придавало ему ни капли привлекательности…

Человек в черном, словно почувствовав, что на него устремлен чужой взгляд, вздрогнул и нервно оглянулся.

Марго была уверена, что впервые видит и этого мужчину, и этот зал, и этот старинный каменный очаг, а ведь зеркало должно было представить ей человека, который о ней думает и, стало быть, как минимум с ней знаком… Наверное, она по неопытности сделала что-то не так в магическом действе и у зеркала случился сбой. Поблагодарив, Маргоша от греха подальше поскорее «закрыла» волшебное стекло.

Хозяин замка смотрел на огонь и думал, как бы добыть заветное кольцо, обойдя магическую защиту, поставленную ведьмой из Гагаринского переулка на свою внучку. Маргарита – ведьма сильная, но он-то гораздо сильнее и могущественнее. Захотел бы – давно стер старую перечницу с лица Земли, просто лень было возиться и тратить на нее силы. Как-никак, а кольцо превращало ведьму в непростую добычу… А он привык бережно и даже скупо тратить силы, ведь их запас никогда не бывает безграничным и самое мощное существо может однажды дойти до своего предела.

Это лет пятьсот назад, когда он был молод и глуп, а силы казались неисчерпаемыми, ему случалось заниматься всякой ерундой – квитаться с обидчиками, мстить каким-то жалким, ничтожным людишкам… Он давно остыл к таким пустякам. Его воля была столь несокрушимой, что рано или поздно она приводила всех его недругов к поражению, и вовсе не нужно было самому суетиться, заботиться, плести интриги и ловушки, чтобы ускорить этот процесс.

14
{"b":"12193","o":1}