ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Нининсина вздохнула – наверное, у нее с Маргаритой Стефановной не раз возникали споры на эту тему и сегодня, в день поминок, возвращаться к недосказанным аргументам было не слишком приятно.

– Пойдем, посмотрим, как там наши. Наверное, у них уже руки-ноги затекли без движения-то. Пора освобождать.

– Тетя Нина, а откуда у валькирии взялся меч? Она ведь пришла без оружия. Все-таки предмет громоздкий, под одеждой его спрятать трудно, а в руках или на поясе носить обременительно. И в любом случае это было бы заметно… Валька пришла с пустыми руками и вдруг, как Дункан Маклауд, оказалась при мече.

– Вообще-то она таскает свой меч с собой постоянно, у валькирий такие привычки. Но до тех пор, пока меч не приведен в боевое состояние, он невидим. Заклятие соответствующее на него наложили. Так проще, к оружию лучше не привлекать чужого внимания. Хотя и для Вальки постоянное наличие меча под рукой не такое уж благо. В последние три столетия ей не доводилось использовать меч в бою, только при ссорах его извлекает. А при ее нервной системе ссоры не редкость, особенно бытовые. И зачем нужно так рисковать? Ведь рано или поздно сдуру срубит кому-нибудь голову, а это, знаешь ли, большая неприятность даже для существа, обладающего бессмертием. Вот и приходится быть начеку, чтобы беды не вышло. Ну а если бы меня рядом не оказалось, кто бы их остановил?

ГЛАВА 13

Оставленная в полном оцепенении троица так и стояла, замерев в тех самых позах, в которых ее настигло заклятие. Мудрая Нининсина прошептала нечто неслышное – и три окаменевшие фигуры зашевелились.

– А чего это я с мечом? – удивилась Валька, опуская занесенную для удара руку.

– Так ты нам какой-то боевой прием показать хотела, – ласковым голосом сказала тетя Нина.

– Прием? Это я маху дала, – самокритично объявила Валька, – ведь никто из вас мечом не владеет. Вот разве что Ритку со временем обучу. А что ты, Эрик, такой бледный? Меча, что ли, испугался?

– Да, наверное. Я, деточка, вообще не люблю холодное оружие. У меня, знаешь, плохие ассоциации один вид меча вызывает. Мы, цверги, от разных мечей натерпелись…

– Не боись, своих не бьем! – утешила его Валька, ласково потрепав по лысине.

– Девочки, я поставлю чаю? – встрепенулась Кика. – Так пить хочется. В горле что-то совсем пересохло, а для моего организма водный баланс – главное… Я существо водяное.

Похоже, о недавней ссоре они напрочь забыли. Как забыли и о том, с чего разгорелся весь сыр-бор. Маргарита так ничего и не узнала о загадочном незнакомце, пришедшем на бабушкины похороны. И теперь, наверное, навсегда останется в неведении: гости забыли все, что собирались ей рассказать.

– А мы тут, кстати, говорили о месье Реми (чтоб ему пусто было!), пока вы не отвлеклись, – все-таки вернула беседу в нужное русло тетя Нина. – Риточка видела его на похоронах и спрашивала, кто он такой…

Буртининкас, Кика и Валька вновь встревоженно переглянулись.

Валькирия даже злобно буркнула:

– Ну тогда понятно, почему я с мечом. Как услышу про этого гада, рука сама тянется к оружию. – Она обвела присутствующих внушительным взглядом и провозгласила: – Если этот хмырь заинтересовался Риткой, нужно, во-первых, узнать, из-за чего собственно, а во-вторых, наложить заклятие забвения, чтобы у него все из башки выветрилось.

Маргоша не стала напоминать, что точно такую же фразу Валька уже сказала полчаса назад, тем более что на этот раз ей никто ничего не возразил: нервы у представителей колдовского сообщества после обряда Нининсины значительно укрепились. Но Маргарите хотелось узнать побольше о человеке, одно имя которого способно вызвать целую бурю эмоций.

– А кто он такой? Если вы так тревожитесь из-за его появления, он должен быть весьма неприятной личностью…

– Да уж, ничего хорошего эта встреча тебе не сулит, – грустно заметила Кика, тоже почти слово в слово повторяя то, что уже было сказано. – Это могучий маг, обладающий черной силой и крайне мерзким характером. Лучше бы тебе с ним больше не встречаться…

Ей тоже никто не возразил, хотя Маргоша с тревогой ожидала, что после этих слов опять начнется перепалка. Но блаженно-успокоительное колдовство для восстановления нервной системы действовало безотказно…

– Когда-то, в шестнадцатом веке, его звали Николя Реми, деточка, – заговорил Буртининкас, и все дамы почтительно замолчали, прислушиваясь к его словам. – Он был самым обычным, заурядным и даже не очень-то сильным колдуном… Но жаждал могущества и власти, любой ценой. Его всегда влекло к себе зло. Он стал инквизитором и подпитывался силой казненных людей, как волк, как шакал…

В руки инквизиторов чаще всего попадали совершенно невинные люди, но порой их уловом становились и неопытные ведьмы, наделавшие ошибок, и чародеи, которые в силу каких-либо обстоятельств не могли себя защитить… Реми всегда старался приговорить их к казни, чтобы в момент гибели оказаться рядом и воспринять их силу и знания. Кроме того, он под видом конфискации улик получал все магические атрибуты, принадлежавшие носителям тайных знаний.

Терпеливо собирая эти крохи, Реми становился все сильнее, все могущественнее… И однажды он познакомился с известным алхимиком Леонгардом Турнейсером, учеником Парацельса. Турнейсер был из тех настоящих мастеров, которым удалось получить философский камень, а уж сведения о его уникальных знаниях и магических возможностях превращались в легенды и передавались из уст в уста. Он жил и работал при дворах европейских монархов – австрийского эрцгерцога, курфюрста Бранденбургского, герцога Тосканского из рода Медичи… Но и во дворцах высоких покровителей он не был защищен от инквизиции, бушевавшей по всей Европе. Нередко ему приходилось тайно бежать из дворца очередного августейшего властелина, так как дело могло кончиться скорой казнью, а монархи ради собственного спокойствия легко предавали верных слуг разгоряченной толпе. И вот могущественный месье Реми, главный обвинитель на процессах инквизиции, предлагает знатному алхимику помощь и защиту… Но не бескорыстно – в обмен на тайные знания и секреты мастерства. Затравленный Турнейсер с радостью согласился.

Реми оказался хорошим учеником – за короткий срок он сумел не только перенять все навыки своего учителя, но и полностью лишить его магической силы…

Маргоша слушала завороженно, словно ей рассказывали еще одну волшебную сказку. Но тревожная мысль о том, что это вовсе не сказка и не легенда, это быль, а бездушный инквизитор Реми теперь нацелился на нее – молодую, неопытную ведьмочку, не умеющую противостоять врагам такого уровня, делала историю о жестоком маге очень страшной.

– Старик Турнейсер умер в нищете и безвестности, ославленный как шарлатан и сумасшедший, через год после того, как Николя Реми опубликовал свое знаменитое руководство для инквизиции о том, как бороться с ведьмами и колдунами.

Теперь, когда Реми научился лишать их магической силы, для него больше не было неприкасаемых. Многих волшебников он отправил на костер или на виселицу, только чтобы завладеть их книгой заклинаний, волшебным жезлом или магическим кольцом, а то и просто-напросто физически уничтожить конкурента…

Насосавшись крови, он надолго затих и пребывал неизвестно где до тех пор, пока в 1640-х годах не объявился в Англии под именем Мэтью Хопкинса и не занял пост главного следователя по делам о ведовстве. За два года он отправил на виселицу больше людей, чем было в Англии казнено по всем приговорам за предыдущие сто лет… Потом он опять затаился, а его последователи относились к делу без особого рвения – процессы над ведьмами постепенно сошли в Британии на нет. Последних трех ведьм казнили там в 1682 году, и более англичане не покрывали себя подобным позором.

А вот Реми, представьте себе, возникает неизвестно откуда каждые пятьдесят-семьдесят лет и жаждет новой крови, новой энергии и новых магических артефактов для своей коллекции.

Вероятно, воспользовавшись философским камнем старого алхимика Турнейсера, он приготовил себе эликсир бессмертия, потому что благополучно дожил до наших дней. И даже неплохо выглядит для своих без малого пятисот лет.

23
{"b":"12193","o":1}