ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

С трудом дождавшись, когда котел остыл до чуть теплого состояния, Маргоша распахнула створки окна в эркере, сняла с широкого подоконника горшки с цветами и притащила туда свое варево.

Окунув помело в котел, она что есть силы брызнула за окно на улицу, взывая к Дажьбогу и его сестрице.

– Ой, дождь начинается! – закричали внизу под окном. – На меня первые капли упали!

Но дождь не только не начинался, напротив, становился все менее вероятным. Легкий ветерок, налетев невесть откуда, погнал на запад тучи, неподвижно висевшие над Москвой целый день. Небо становилось все светлее, скоро в облачной завесе показались рваные дыры, расползавшиеся все больше и больше, и в них не только проглядывало голубое небо, но и играли яркие солнечные лучи.

– Так, – раздался прямо над головой Маргариты залихватский голос:

Мы не сеем, мы не пашем,
Мы валяем дурака!
Из окна метелкой машем,
Разгоняем облака!

Откуда-то из поднебесья на подоконник спикировала Валька, хохоча во все горло.

– Я-то думаю, откуда вдруг такой ветер поднялся, что меня аж с курса сносит! А это наша Маргоша синоптиков дразнит! Ладно, кончай это мокрое дело, я назначаю боевые учения! Как только ветер уляжется, а солнышко сядет, летим!

– Куда летим, какие учения? – удивилась Маргарита. – Дай мне завершить ритуал. Ты мешаешь повторять заклинание, а для чистоты эксперимента все следует делать по правилам.

– Ну ты, блин, даешь! Для чистоты эксперимента! Выражаешься так, будто всю жизнь чернокнижием занималась… А я, к слову, чернокнижников недолюбливаю. Гнилая интеллигенция, как не мной было замечено. С этим твоим «экскрементом» и так все ясно. Давай-ка сюда свою кастрюлю…

Маргарита не успела опомниться, как Валька выхватила у нее котел с магическим зельем и резко выплеснула все так тщательно сваренное Маргошей содержимое котла на улицу, словно помои, закричав:

– Вот тебе, Дажьбог, гостинчик! Заполучи, фашист, гранату!

Зелье, даже не успев долететь до мостовой, прямо в воздухе рассыпалось на радужные брызги, которые полетели во все стороны, словно микроскопические воздушные шарики. А облака на небе закружились хороводом, налезая друг на друга и оставив чистое голубое небо только над Гагаринским переулком.

– Ну смотри, что ты наделала, – вздохнула Маргоша.

– А что такого, – передернула плечами Валька. – Над всем Гагаринским безоблачное небо… Класс!

– А на соседних улицах?

– Ну на соседних пусть свое зелье варят, тебе, подруга, на всю Москву не наготовить. Ладно, ближе к делу. Тебе пора осваивать левитацию. Сегодня ты должна приступить к учебно-тренировочным полетам. Инструктором буду я. Слушай мою команду…

– Ты что, и вправду хочешь заставить меня летать'?

– Что значит «заставить»? Разве ты сама этого не хочешь? Ведьма просто обязана уметь летать. Что ж… Не можешь – научим, не хочешь – заставим. Как раз такой случай! А ты не будь дурой, учись, пока я рядом. Я всю жизнь летаю, с малолетства, и должна тебе сказать, чувство полета – это что-то…

– Но ведь ведьмы летают на метле, – пискнула Маргарита, не зная, какие еще аргументы придумать, чтобы отбиться от неожиданного предложения. – Мне Нининсина говорила. А у меня метла не готова…

– Метла не готова? А что ты с ней делать собралась? Ручку метлы лаком покрывать? Или цветочки в нее хочешь вплести? Не готова – и ладно. Я тебе часто пользоваться метлой вообще не советую. Нужно рассчитывать на внутренние резервы организма и держать мышцы в тонусе. На метле каждая дура рассядется – да толку что? Маневренности никакой, растренированность проявляется, и любая сволочь тебя с метлы легко собьет магическим посылом, если метлу твою заговорит. А когда ты сама по себе паришь в небе, да еще с хорошей защитой, – тебя и не ущучить! Чувствуешь, сгусток негативной энергии на тебя прет, – так сразу меняешь на лету собственную субстанцию, обтекаешь вражеский посыл или нейтрально пропускаешь его сквозь себя – ну, этому я тебя потом специально научу – и понеслась дальше. А когда опасность миновала – сконцентрировалась и вернулась к прежнему состоянию… Метлу бери только в качестве путеводной: если сама дороги не знаешь, тогда делать нечего, пусть метелка довезет. Ладно, это теория, давай к практическим занятиям приступать.

– Валька, я ведь прежде никогда не летала!

– И как ты жива до сих пор, ума не приложу!

– А если я разобьюсь?

– Вот хуже нет – с таким настроением приступать к полетам! У меня в Афгане дружок был, не из наших, обычный человек, летчик… И тоже каждый раз, как за штурвал садился, так начинал «а если, да а если»… Вот и накаркал себе… Ох, это меня что-то не в ту степь понесло. Короче, никаких «если». Я рядом, я страхую. Да, вот специальный крем, намажься. Для чего, для чего… Так надо. Отставить разговорчики! Иди мажься, это для легкости собственного тела и улучшения полетных качеств применяют. Ну и ради защитно-маскировочных соображений. Ты поторопись. Дело уже к закату, самое время для летной практики… Так, хорошо! Вставай на подоконник, свободнее, руки раскинула, теперь концентрируй внимание на полете, представляй, как паришь в вышине… Воздуху глотни и… пошла!

И тут Валька безжалостно вытолкнула Маргошу из окна.

Маргоша в ужасе зажмурилась, представляя, как камнем падает на пыльный московский асфальт, и ее действительно потянуло вниз, хотя упругие струи воздуха держали, делая падение медленным, как в кино…

– Представляй, как летишь, дура, летишь, а не падаешь, – гаркнула на ухо Валька командным голосом, пикируя следом.

Маргоша от окрика вздрогнула и вдруг представила, как парит, подобно птице, взмывая все выше и выше. Ее падение тут же замедлилось, полет выровнялся, и вскоре она и вправду взмыла вверх… Удивительно! Тугие воздушные струи подхватывали ее, словно морские волны, и выносили в высоту…

– Как хорошо! – крикнула она Вальке, нарезавшей вокруг Маргоши широкие круги.

– А то! – кивнула валькирия, делая в воздухе кувырок, который авиаторы именуют «мертвой петлей». – Сплошной кайф! А ты, дурочка, боялась! Теперь учись маневрировать. Идем на снижение, а потом опять на подъем!

– Слушай, а нас что, никто не видит? – сообразила вдруг Маргарита.

Люди внизу шли себе по переулку как ни в чем не бывало, и ни один не обратил внимания на то, что практически у них над головами кувыркаются в воздухе две молодые женщины.

– Ну – кивнула Валька. – Я ж тебе говорила, что крем обладает защитно-маскировочными свойствами. Редкие люди, обладающие особо чистой душой и паранормальными сенсорными способностями, могут нас увидеть или почувствовать. Но таких крайне мало, в основном их можно встретить среди детей. И им никто не верит, когда они сообщают взрослым, что увидели летающую тетеньку в небесах. Кстати, битлы в молодые годы были способны к подобному восприятию, особенно Леннон… Он однажды увидел полет молодой ведьмы и вдохновился на творчество. Так и родилась песня «Lucy in the Sky with Diamonds». А невежды кричали: «Наркотики, наркотики, это все наркотический бред!..»

Облезлый пьяненький мужичонка сидел на бортике старинной ограды, сжимая в руках собачий поводок. Он вышел прогулять Тобика, единственное близкое существо, которое осталось у него в этой дурной и тяжелой жизни, но принятая час назад большая доза низкопробного алкоголя не давала мужичку наслаждаться прогулкой.

Тобик, понимая, что хозяину каждый шаг дается с трудом, никуда не рвался, сидел, высунув язык, рядом с родной хозяйской ногой в мятой брючине и стоптанной кроссовке, заглядывал в пьяные глаза и дышал привычным перегаром, витавшим вокруг хозяина облаком.

Да, хозяин у него не фонтан, но зато свой и добрый. Не у каждой дворняжки и такой найдется, пусть даже и алкаш…

Хозяин уже собирался встать на ноги и еще хоть немного продвинуться в сторону дома, когда по пустынному переулку на бреющем полете, что-то крича и смеясь, пролетели две молодые бабы.

29
{"b":"12193","o":1}