ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Пьянчужке стало ясно, что с попыткой встать на ноги он сильно погорячился.

– Видал, Тобик, бабы летают… И как низко летают, стервы! Одно из двух: или это к дождю, или это белая горячка! Хана мне пришла, псина ты моя дорогая!

ГЛАВА 17

Маргоша и Валька, вновь набирая высоту, обогнули шпиль высотного дома на Смоленской площади и полетели туда, где за домами голубела лента Москвы-реки.

Маргарита впервые видела родные места в таком необычном ракурсе, с высоты птичьего полета, что называется, и у нее захватывало дух от потрясающей красоты. На город опускались сумерки, кое-где уже зажигались ранние огни, и четкая картина городских кварталов, похожая сверху на выставочные градостроительные макеты, окутывалась сиреневой дымкой, посверкивающей яркими золотыми искорками, от чего казалась каким-то волшебным видением.

– Внушай себе, что ты птица, – советовала Валька. – Вот сейчас полетим над водой, так говори себе: «Я – чайка!»

– Я – чайка, – засмеялась Маргарита и, не удержавшись, добавила: – Пришел и от нечего делать сгубил!

– Это ты о чем? – не поняла Валька.

– Чехова цитирую, – прокричала Маргоша сквозь порыв ветра, завывавшего в ушах и уносившего слова в сторону. – Монолог Нины Заречной.

– Тьфу ты, нашла тоже время, – фыркнула Валька. – Не отвлекайся от полета, а то в реку свалишься. Будет тебе тогда и заречная, и речная. Ладно, еще минут десять свободного полета – и разворачиваемся к дому. На первый раз достаточно.

– Ой, – расстроилась Маргоша. – А я бы еще полетала!

– Ты не увлекайся слишком-то для первого раза, – осадила Валька. – Это тебя пока чувство полета пьянит, а потом знаешь, как мышцы будут болеть? Тебе лыжный кросс без предварительных тренировок приходилось бегать? В смысле мышечной боли ощущение похожее.

Возвращаясь, они пересекли Плющиху, чуть не запутавшись в низких проводах, потом покружили над лабиринтом переулков и проходных дворов, тянувшимся до самого Смоленского бульвара. Маргоша издали посмотрела на крышу своего родного дома: крыша была так себе – зеленая краска с нее давно облезла, а кровельное железо украшали разнообразные подтеки и вмятины.

Хоть бы РЭУ крышу-то поправило, а то как бы не потекла, подумала она. Впрочем, это я, наверное, теперь и сама смогу наколдовать по ремонтной части, без всякого РЭУ. Надо только с заклинаниями разобраться.

Многоопытная Валька поторапливала Маргариту, утверждая, что действие крема вот-вот закончится и надо успеть вернуться домой, пока они еще не видны прохожим.

– Послушай, скоро стемнеет, и мы все равно будем не так заметны, – канючила Маргарита, которой хотелось еще полетать. – Незачем торопиться!

– Не скажи, – перебила ее Валька. – В Москве очень яркие фонари, а эпатировать своими полетами городскую общественность я бы тебе не посоветовала, самой дороже выйдет.

Преодолев Садовое кольцо, летуньи уже приближались к новому обиталищу Маргариты в Гагаринском переулке. До бабушкиного дома было рукой подать, когда амулет на груди Маргоши вдруг вспыхнул, как раскаленный уголь.

– Ой! – взвизгнула Маргоша от боли и еще больше от неожиданности.

– Что с тобой? – обернулась к ней Валька. – Ты что-то необычное чувствуешь?

Ответить Маргоша уже не успела.

Упругие струи воздуха, которые только что держали ее в высоте и несли вперед, вдруг ослабли. Полет Маргариты остановился, на долю секунды она почувствовала, что висит в пустоте и опереться не на что, и тут же камнем рухнула вниз. Парила она выше восьмиэтажного дома, так что стремительно приближавшаяся земля не сулила ничего, кроме смерти.

– А-а! – в ужасе закричала Маргоша, понимая, что спасения нет.

– А-а! – в унисон ей дико завыла Валька, молнией кидаясь наперерез подруге.

До земли оставалось метров пять, когда Валька, схватив Маргариту за шкирку, словно котенка, зависла с ней в воздухе, а потом медленно и плавно поставила на землю.

– Мамочки! – Маргариту не держали ноги. – Мамочки, мамочки! Валя, что это было?

– А я почем знаю? – огрызнулась Валька, которая тоже никак не могла отдышаться. – Скорее всего, кто-то хотел тебя достать заклинанием. Не буду называть имен, чтобы зло не приманивать, но вспомни, о чем на поминках бабки твоей, Маргариты-старшей, говорили. Я тебя как учила: чувствуешь сгусток чужой отрицательной энергии – сразу меняй собственную субстанцию…

– Но как менять, ты же не сказала!

– Да, действительно, – согласилась валькирия. – Однако, не вдаваясь в тонкости технической стороны, ты могла бы воспользоваться силой Бальдра! У тебя на пальце кольцо «Драупнир» с невероятными магическими возможностями, а ты, как курица, безвольно падаешь с высоты, почувствовав чужой отрицательный посыл. Ну ты все-таки соберись, подруга, активизируй внутреннюю энергию. В нашем мире иначе нельзя, а то в два счета башку оторвут и схавают.

– А что же надо было сделать?

– Надо успеть призвать силу Бальдра на помощь. А дальше магия кольца сама найдет себе применение. Но помни: активизировать магию кольца должна ты сама, его властительница, иначе не сработает.

– Мне, между прочим, никто так и не сказал, каким образом активизировать магию кольца и в чем она вообще заключается, – обиженно напомнила Маргарита. – Бабушка велела учиться колдовать традиционными способами и кольцом не пользоваться, а теперь, когда ее нет, мне уже ничего и не узнать. Не у кого больше спрашивать.

– Ну что за нездоровый пессимизм? Запомни: знания такого рода приходят к людям сами, когда наступает их время. А на первый случай мы можем вытрясти полезные сведения из старикашки Эрика – эти цверги народ дошлый, все знают, даже то, что их совсем не касается. Ладно, пойдем пока к дому. На сегодня полетная подготовка завершена.

Они свернули в проходной двор, чтобы побыстрее оказаться возле Маргошиного дома, но в этом обычно малолюдном и тихом дворе их поджидал неприятный сюрприз. Следом за двумя девушками в арку свернула компания подвыпивших парней. Действие защитно-маскировочного крема явно прекратилось, да к тому же, делая летуний невидимыми в воздухе, он, вероятно, не столь уж хорошо действовал на грешной земле. Во всяком случае эти несимпатичные молодые люди прекрасно видели Маргошу и Вальку и не собирались этого скрывать.

– О, девочки, – загоготал один из них, – подождите, мы с вами! Будете, как говорится, потенциальными жертвами…

Маргарита и Валька ускорили шаг, но арку, выходящую в Гагаринский переулок, блокировали еще три парня, из чего можно было сделать вывод, что встреча залетной шпаны с «потенциальными жертвами» отнюдь не случайна.

– Нам обещали, что тут будет валяться одна баба, и притом дохлая, но две живые – это еще интереснее, – гоготнул рыжий верзила, рассматривая подруг наглыми светлыми глазами. – Приступаем к варианту «Б» и начинаем резвиться, крошки. Но для начала – о деле. У одной из вас есть ценное колечко. И лучше бы вам признаться, где это колечко, и добровольно пожертвовать его, так сказать, на развитие народной культуры. Тогда мы придем к полному взаимопониманию. А если вы, дурочки, начнете кобениться, придется забрать все ваши колечки, сколько ни на есть, и вместе с пальчиками. А потом уж разберемся, что там ценное, а что нет…

Надо сказать, начинал парень свою речь весьма самоуверенным тоном, но постепенно под взглядом Маргариты стал мямлить и заикаться, хотя и нашел силы договорить все, что собирался, до конца. Но, черт возьми, эта красивая баба смотрела на него такими глазами, что сил ее грабить уже не было… Взгляд красотки, полный презрения, просто прожигал насквозь. И до чего же она была при этом хороша! Ну надо же такому случиться, чтобы они встретились при самых паскудных обстоятельствах… Такую бы не грабить, а телефончик попросить и свиданку ей назначить, да вот перед корешами неловко слабину показывать. Раз уж велено разобраться с девкой – значит, надо разобраться. Раз уж велено снять у нее с пальца старинное кольцо – значит, надо снять. Без базара.

30
{"b":"12193","o":1}