ЛитМир - Электронная Библиотека

Никаких покушений на ее добродетель, к счастью, не последовало.

Король Мерлин провел Маргариту через зал, где стоял знаменитый Круглый стол и двенадцать сидений с именами ближнего круга рыцарей. Король в этом кругу считался «первым среди равных» (в пиршественном зале, где Мерлин с избранными гостями сидел на возвышении, наслаждаясь почетом, а прочая публика – за общим столом, старые традиции уже явно были неактуальны…).

Вскоре король и его гостья оказались в уютной гостиной, каждая из четырех стен которой была оборудована изящным камином (и вряд ли эти отопительные устройства тоже пришли из времен короля Артура).

– Прошу вас, леди Маргарита. – Мерлин указал на одно из высоких резных кресел, стоявших у самого огня.

– Простите, ваше величество, мою необразованность, но позволительно ли мне сидеть в присутствии короля?

Маргарита осмелилась задать вопрос самому монарху, так как больше спросить было не у кого, а попасть впросак было бы еще неприятнее.

– В моем королевстве – да. Я не сторонник жесткого соблюдения норм этикета, – ответствовал Мерлин. – Так что чувствуйте себя как дома.

Уверенности, что в средневековом замке можно почувствовать себя как дома, у Маргариты не было, но ей оставалось лишь любезно улыбнуться.

– Нравится ли вам в Камелоте, леди Маргарита? – поинтересовался король, явно напрашиваясь на комплименты.

Видимо, любезной улыбке в этот вечер так и не суждено было сойти с Маргошиного лица…

– У вас очаровательное королевство, ваше величество. То, что я успела увидеть, похоже не на грубую жизнь, а на красивые картины, выполненные талантливым живописцем…

И кто бы мог подумать, что она способна на столь витиеватые речи! Но надо же было придумать что-нибудь этакое для разговора с монархом. Самое забавное, что при этом Маргарита еще и не врала, а говорила королю чистую правду. Действительно, Камелот – дивное местечко, виды вокруг необыкновенные, что тут еще скажешь!

– Вы не поверите, моя милая, сколько столетий мои предки и я, ваш покорный слуга, создавали эту красоту, этот уникальный мир, где есть все для счастья. Мягкий климат, плодородные пашни, леса, полные дичи, чистейшие реки, богатые рыбой… Ни войн, ни эпидемий, ни голода, ни стихийных бедствий! Казалось бы, что моим подданным еще нужно? Трудитесь, плодитесь и размножайтесь. Хочешь – будь крестьянином, и у тебя будет крепкий дом, хозяйство, сад, пашня. Можешь выращивать урожай и продавать его на городском рынке, минимальный налог отдавая в казну… Хочешь – будь ремесленником, живи в городе, производи товар: горшки, башмаки или корзины – и радуйся. Единственное, чего я не допускаю, – новых веяний, той дикой техники и убийственной философии, что царят в вашем мире.

Мерлин так разволновался, что вскочил на ноги и прошелся из угла в угол.

– За последние триста лет, что я самолично наблюдаю за жизнью вашего мира, я окончательно убедился, что прогресс не несет пользы, губит природу, создает брожение умов и отвлекает от радостей простой жизни. Но люди моего королевства стали роптать! Они хотят чего-то иного, вместо того что имеют, причем представления об этом ином у них весьма смутные. Крестьяне стали лениться и не обрабатывают поля должным образом. Ремесленники и того хуже – бражничают и дерутся, вместо того чтобы производить полезные товары. Рождаемость снизилась, численность населения сокращается, жители королевства правдами-неправдами пробираются в сопредельные миры и бегут из Камелота навсегда… Вот взять хотя бы ваш мир – что в нем хорошего?

– Ну не скажите, ваше величество, – попыталась возразить Маргарита, но король своеобразно воспринимал риторические обороты речи.

– Действительно, сказать нечего, – заявил он. – Мы, прошу прощения, используем его в качестве каторги. Я считаю себя, и поверьте – не без оснований, одним из самых благожелательных монархов в истории Камелота и посему отказался от практики заточения преступников в темницах. Темницы замка все годы моего правления практически не используются. Жизнь человека в вашем мире, особенно в Москве, настолько трудна и безрадостна, что лучшего наказания и не придумать. Злоумышленники на собственном опыте познают, что такое настоящая кара. Вот вчера, к примеру, наш суд приговорил вора к страшной участи – он будет считаться молдаванином и три года отработает в качестве гастарбайтера на стройке в Подмосковье. Конечно, это бесчеловечный приговор. Я, признаться, не поощряю подобную жестокость, вор ведь тоже человек, хотя и преступник. Однако в данном случае были обстоятельства, усугубляющие вину… Так вот, душа моя, казалось бы, что может быть хуже и тяжелее подобного наказания? Но, представьте, находятся люди, не желающие возвращаться в Камелот после искупления своей вины! Готовы терпеть все ужасы жизни в вашем мире, лишь бы не благостный покой нашего королевства…

– Я их понимаю, – заметила Маргарита, – я и сама как-то притерпелась ко всем ужасам нашего мира. Пусть он и несовершенен, но мы его любим. И, честно говоря, променять его на что-то другое было бы сложно.

– Да, достопочтенная леди, вам ведомо что-то такое, чего не знаю я, хотя много лет посвятил совершенствованию знаний и чародейского мастерства. Я хочу сделать вам, любезная фея из Москвы, одно предложение… Вы не согласились бы стать моей помощницей, так сказать, ассистентом по административным вопросам?

Маргарита слегка оторопела… Правильно ли она поняла короля? Судя по движению его губ, он говорил совсем другие слова, но невидимый магический «переводчик», наколдованный старым цвергом, заставил ее услышать именно такую современную фразу. Что ж, возможно, на языке древних бриттов есть какие-то аналоги понятию «ассистент по административным вопросам»?

– Видите ли, ваше величество, я связана некоторыми служебными обязательствами и не могу надолго покидать свою родину.

– Дитя мое, я вовсе не настаиваю, чтобы вы оборвали все связи с вашей Москвой, вы вполне можете там бывать, и даже достаточно регулярно. Но ведь так же регулярно вы можете бывать и здесь, в Камелоте, – портал в ваш мир открыт постоянно, и я надеюсь, перемещение из пространства в пространство не показалось вам излишне утомительным или болезненным. Я, со своей стороны, сделал все, чтобы облегчить для вас этот путь. Вы мне нужны, во-первых, потому что обладаете гибким молодым умом и понимаете то, что происходит за границами нашего мира, и, во-вторых, потому что мне следует обзавестись учеником или ученицей, что предпочтительнее, и поделиться своим магическим опытом. Я могу обучить вас множеству фантастических вещей, которые открыл путем бесчисленных экспериментов и опытов в колдовстве. Мы с вами, леди Маргарита, можем быть весьма полезны друг другу.

– Вы мне позволите подумать, прежде чем дать вам ответ, ваше величество?

– Что ж, неспешное размышление – залог верного решения. Я люблю основательных людей. Размышляйте, дитя мое. Но хочу надеяться, что ваш ответ будет благоприятным. А теперь разрешите проводить вас в библиотеку нашего замка. Полагаю, для вас именно книжные собрания представляют особый интерес.

Ну и что прикажете на это ответить?

– О да! – восторженно пискнула Маргарита, хотя всю свою сознательную жизнь работала именно с книжными собраниями и в иных мирах могла бы для разнообразия ознакомиться с чем-нибудь еще…

До королевской библиотеки Мерлин дошел вполне уверенно – видимо, твердо знал, что именно расположено за каждой дверью в этом коридоре замка. Но вот переступив порог и увидев просторное помещение, заставленное от пола до потолка резными шкафами, в лабиринте полок которых были расставлены фолианты и разложены пергаментные свитки, король стал озираться с некоторым удивлением.

– Хм, красивые покои, – гордым тоном произнес он. – Не помню, бывал ли я здесь прежде.

Это вполне соответствовало истине. Служанки, помогавшие Маргарите, уже успели насплетничать, что король никогда не посещает многие покои в своем замке. Приближенные вообще не могли вспомнить, чтобы видели его где-то кроме тронного, обеденного и каминного залов и магической лаборатории или поблизости от них.

20
{"b":"12195","o":1}