ЛитМир - Электронная Библиотека

Трансматериализация, которую Маргарита давно освоила и не раз с успехом использовала, сегодня тоже далась нелегко. Пришлось раз пять начинать все сначала, пока она не почувствовала, как в ладони шевельнулось нечто металлическое, и крепко сжала кулак.

Увы, рассмотрев то, что удалось вернуть, Маргарита чуть не расплакалась: это была только цепочка, на которой прежде висел охраняющий амулет, но самого амулета не было… Какой-то сильный маг успел защитить украденный пентакль от ее поползновений вернуть себе свою собственность.

– Мне сегодня ничего не удается, – пожаловалась Маргарита, забыв о собственных рассуждениях о силе позитивного мышления.

– Кольцо, – подсказал Раймундо. – Призови силу кольца!

Да, хочешь не хочешь, а к кольцу обращаться придется – самой ей сегодня не справиться.

– Со мной сила Бальдра! – громко прокричала Маргарита. – Мой украденный амулет, где бы ты ни был и в чьих бы руках ни находился, заклинаю тебя мощью кольца «Драупнир», силой Небес, светом Солнца, сиянием Луны, блеском Огня, скоростью Молнии, быстротой Ветра, глубиной Моря, непоколебимостью Земли, твердостью Камня – вернись к своей хозяйке!

В комнате завертелись вихри, распахнулась и захлопала оконная рама, замигали свечи, то разгораясь ярче всех допустимых пределов, то затухая почти до полной тьмы. Все более-менее легкие предметы, подхваченные порывом ветра, поднялись в воздух и понеслись в безумном хороводе, особую пестроту которому добавляла рассыпавшаяся колода карт таро.

Раймундо еле устоял на ногах, а Маргариту вихрь отшвырнул к стене, и она осела на пол, закрыв лицо руками… Но тут же рядом с ней что-то пролетело и звякнуло, упав на низкий столик. Ветер сразу стих, и наступила странная, какая-то давящая тишина…

Маргоша осторожно приоткрыла глаза. Вокруг царил страшный беспорядок, все вещи были сдвинуты и сброшены со своих мест и валялись где попало. При этом Цели своей пусть и с помощью кольца, но Маргоша все же достигла – ее пентакль лежал рядом с ней на столике черного дерева. Но в ушко амулета, приспособленное для вдевания цепочки, была протянута еще одна красная ленточка, завязанная узлом.

– Моя магия подействовала! Роман, моя магия подействовала – амулет вернулся!

Обратиться к магу можно было, использовав разные имена, но Маргарита все же предпочитала его подлинному, громоздкому средневековому имени имя, распространенное в современном мире и потому привычное слуху. Хотя… композитора Паулса ведь зовут Раймонд, почти то же самое, что и дон Раймундо, и никто из друзей композитора еще язык себе не сломал.

Роман-Раймундо наконец вышел из столбняка.

– Как ты догадалась использовать защиту святого Патрика для усиления магии кольца?

– Защиту святого Патрика? Похоже на название шахматного приема. Знаешь, мне и в голову не приходило что-то специально использовать… Так, сами собой вырвались какие-то слова, у меня это иногда бывает. Моя бабушка считалась сильной ведуньей, но она почти ничему не успела меня научить. Хотя и утверждала перед смертью, что передает мне свою силу. Видимо, ко мне все же пришло нечто неосознанное, не то силой внушения бабушки, не то из глубин генетической памяти выплыло. Но иногда, в критических ситуациях, какие-то заклинания и магические формулы вдруг сами наворачиваются мне на язык.

– Тебе следует как-то фиксировать эти экспромты. Вдруг еще когда-нибудь придется их воспроизвести. Сегодня ты использовала редкое сочетание двух разноплановых магий. Кольцо Бальдра – могучий артефакт, пришедший из глубин скандинавского язычества, а защита святого Патрика – заклинание позднедруидической школы Британских островов, уже периода распространения христианства. Обычно никому не приходит в голову соединять столь несоединимое… Но магический эффект получился весьма интересным.

Как старый алхимик и исследователь наследия друидов Раймундо был прежде всего ученым, хотя сам он себя считал в первую очередь куртуазным рыцарем. Однако вечное стремление подвергать все явления научному анализу плохо сочеталось с куртуазностью. Еще хуже, чем наследие Бальдра, языческого бога весны и света, с творчеством святого Патрика…

– Ты бываешь таким страшным занудой! Главное, что пентакль вернулся!

Маргарита протянула руку, чтобы взять свой амулет, но Раймундо остановил ее:

– Подожди, ты забываешь про алое колдовство!

Да, к амулету ведь и вправду была привязана ленточка…

– Ну так сделай с ним что-нибудь, – попросила Маргоша. – Не век же на него любоваться!

Ответ был достоин истинного алхимика.

– Мне не хватает информации для принятия грамотного решения, – рассеянно сказал Роман и погрузился в глубокую задумчивость.

И тут в комнате вновь закрутился вихрь…

ГЛАВА 2

У Маргариты сжалось сердце – вдруг алая магия притянула к ним какую-то опасную дрянь? А они, проявив полное легкомыслие, развязали дурацкую дискуссию, вместо того чтобы нейтрализовать чужое негативное влияние!

Но вихрь был кратковременным и совсем не агрессивным. Он быстро растаял, оставив вместо себя бодрую пожилую даму в голубом медицинском халате.

– Бонжур, молодые люди, – поприветствовала она Раймундо и Маргариту, кокетливо поправляя седые кудряшки. – Пардон, что я без приглашения и даже без стука, но, полагаю, обстоятельства меня извиняют. Как я понимаю, ситуация сложилась экстраординарная! Мистификасьон какой-то! Ой! Проклятье!

Дама схватилась за поясницу и потребовала, чтобы ей немедленно предоставили стул, а еще лучше мягкое кресло.

– О моя поясница, о мои ноги, – застонала она, как только Маргоша материализовала для нее старомодное кресло с высокими подлокотниками, обтянутыми тканью в цветочек, и с уютной вышитой подушечкой на сиденье. – Как тяжело в моем возрасте трансфигурироваться! При моих-то больных суставах – такие чрезвычайные нагрузки на организм. Вам, молодым, этого не понять…

Кому-то могло бы показаться странным, что эта дама объединяет понятием «молодые» Маргариту, находящуюся в блаженном промежутке между двадцати– и тридцатилетием, и рожденного в тринадцатом столетии испанского идальго… Но близкие люди знали, что дама, известная как Нина Семеновна Шумская, участковый терапевт из районной поликлиники, на самом деле Нининсина, богиня целительства и врачевания, пришедшая из Шумерского царства, и, поскольку живет она на этом свете уже не первую тысячу лет, все те, кто не справил еще и тысячелетнего юбилея, кажутся ей зеленой молодежью. Маргошина бабушка была в большой дружбе с Нининсиной и перед смертью завещала ей заботиться о единственной внучке и во всем начинающей ведьме помогать. Тетя Нина свято соблюдала волю усопшей и во всех сложных ситуациях кидалась Маргарите на помощь.

Вот и сейчас, ее и позвать не успели, а она уже тут как тут.

Немного отдышавшись, Нининсина извлекла из старомодного кожаного медицинского саквояжа (с какими посещали своих пациентов доктора во времена расцвета врачебной карьеры Антона Павловича Чехова) несколько колбочек с зельями. Для начала она смешала по паре капель из каждой колбы и залихватски хлопнула мензурку полученного коктейля. Потом, со словами «Ну отпустило маленько!», принялась готовить в лабораторных склянках какую-то страшную дымящуюся зеленую смесь, подливая разные зелья, помешивая, подсыпая душистые порошки и шепча заклинания…

– Ну вот, – удовлетворенно произнесла она наконец, встряхивая колбу и любуясь результатом своих трудов. – Кажется, получилось…

И тут Маргошин амулет сам собой поднялся в воздух, покружился над колбой и нырнул в зеленое зелье, вспыхнувшее ярким огнем. Маргарита и Роман завороженно смотрели, как колба окуталась густым дымом… Казалось, она вот-вот взорвется прямо в руках у старой целительницы.

Но дым быстро рассеялся, огонь затух, бурлившая в колбе жидкость становилась все светлее и прозрачнее, и вскоре стало хорошо видно, как алая ленточка темнеет, сжимается и растворяется без остатка. Зато золотой амулет засверкал так ярко, словно его кто-то начистил пемолюксом.

5
{"b":"12195","o":1}