ЛитМир - Электронная Библиотека

– А свобода, по-вашему, это необходимость подчиняться приказам, которые отдает не тот, кто отдавал их прежде, а некто другой? Улучшить жизнь можно только разумными мерами, целенаправленно исправляющими ошибки и недоработки власти, а вовсе не бунтами, убийствами и гражданской войной. Вам нужен правитель, который ответственно подойдет к делу и который может быть смещен, если не оправдает надежд.

Арконцы прислушивались к словам Маргариты осмысленно, к оружию уже никто не тянулся, и она решилась внести конкретное предложение:

– Завтра я приглашаю всех на вечевую площадь. Нового правителя Арконы будем выбирать путем всенародного голосования. А все ваши взаимные претензии придется разбирать в судебном порядке.

– Твоя правда, матушка. Соберемся завтра всем миром и кого выкрикнем, тому князем и быть!

– Нет, голубчики, так дела не делают! Завтра наметим кандидатуры тех, кого арконское общество желает видеть своим правителем. Потом дадим им время пообщаться с народом и представить собственную программу действий. А вы будете не спеша, на трезвую голову выбирать. Тайным голосованием. Еще избирательные участки следует подготовить…

– Как у вас, у чародеев, все мудрено выходит! – удивлялись арконцы. – Чего нам с ними общаться? Тех, кого на княжье место выкрикивать станем, мы, поди, и так знаем, чужих не призовем… А пока волынка тянется, прежнего князя хорошо бы на суку вздернуть.

– Никаких суков! Сначала разберемся, нарушал ли он закон!

– Да как тут, матушка, разобраться? Он ведь как к власти пришел, первым долгом указ подписал, что князь ни за что ответственности не несет и к суду привлечен быть не может. Хоть воруй без меры, хоть душегубствуй или разбойничай…

– Что ж, все равно пусть отчитается перед подданными. Надо выбрать народных представителей, которые определят, можно ли считать подобный указ легитимным и какова степень вины князя. Ладно, это все вопросы ближайшего будущего. Сейчас расходитесь по домам. И не вздумайте снова драться по дороге. Иначе… Иначе… – Маргарита порылась в памяти и вспомнила одно страшное средневековое проклятие: – Чума и глад на ваш град!

Поскольку ее желания в Арконе уже не сбывались, Маргарита позволила себе такую вольность, но тут же сама замерла от ужаса: а вдруг случится короткий рецидив действия чужого заклятия и то, что сорвалось с языка, сбудется?

Но, к счастью, никаких признаков того, что из Арконы исчезает продовольствие, не наблюдалось (мешки с зерном, истыканные случайными стрелами, как лежали у пристани, так и продолжали лежать). Горожане наземь не падали и в корчах не бились – стало быть, и эпидемия чумы пока еще не началась… Но все же со словами надо быть осторожнее.

ГЛАВА 38

Арконцы в ужасе разбежались по домам, разнося весть, что Лебедь нашлет на город неисчислимые беды, если бунт не прекратится сию же секунду. Не верить ей оснований не было: она уже не раз подтвердила, что по праву считается отпрыском княжеско-чародейского рода. А с этими отпрысками всегда так – не знаешь, не ведаешь, чего от них и ждать-то! Столетиями будут скрываться где-нибудь на чужбине, передавая из поколения в поколение древние реликвии и тайные знания, но как раз в тот момент, когда старая родина оказывается в тисках проблем, они тут как тут – срывают с себя плащи и с криком «Узрите все!» являют миру свою венценосную сущность.

И тут уж лучше под руку им не попадаться: рубят в горячке направо-налево головы очутившимся поблизости узурпаторам, насылают глад и чуму, стирают города с лица земли… Правда, если отпрыскам не перечить, они могут и к добрым делам повернуться – исцелить парочку болящих или раздать народу деньжат из казны.

Так что лучше во всем Лебеди слушаться, капризам ее потакать, а при случае на руках внести в княжий терем. Вот как отстроим терем после пожара, так и внесем! Пущай уж она и правит, баба башковитая. Чего других-то князей выбирать и сутолоку у престола разводить!

Пока же суд да дело, бунт лучше прекратить и разойтись по домам, раз она так распорядилась. А то еще осерчает…

Через полчаса улицы города опустели полностью.

Глава Тайного приказа Горыня пребывал в своем не менее тайном (как и положено главе соответствующего ведомства) убежище, созданном на случай неординарной ситуации. Теперь, поскольку такая ситуация имела место, убежище расконсервировали, проветрили и использовали по назначению.

Развалившись на мягких полатях в подземном тереме, Горыня грыз сухарик из числа обширных стратегических запасов и размышлял об удручающем несовершенстве человеческой природы. Взять, к примеру, князя… Как ему недостает концентрации воли. В минуту опасности выпустил из рук инициативу, позволил событиям развиваться по нежелательному сценарию, отрекся от власти и в конце концов оказался в остроге, балансируя между жизнью и смертью. То есть жизнью в вечном заточении и смертью на лобном месте, отведенном для публичных казней…

По сведениям, полученным от осведомителей, давеча князю, запертому в темнице, чудом удалось бежать из-под стражи, кто-то, видимо по ошибке, в общей суматохе выпустил его на волю вместе с другими узниками. И сейчас он бродит где-то в диких лесах за чертой города. Надо бы отловить, помыть и накормить… Когда дойдет до дела, князь все равно может оказаться полезен – как формальный претендент на княжий престол он отвлечет на себя силы оппозиции.

Хотя у Горыни не было сомнений, что следующим арконским князем станет он сам, почву для победы следовало унавозить и продумать пару ловких политических комбинаций. Борьба всегда нужна, хотя бы ради благодарных зрителей.

О мятежниках тоже слова доброго не скажешь. Будь Горыня в их числе, он бы давно возглавил революционный процесс, и сейчас весь остров пылал бы, а князя как претендента на престол уже не было бы в живых. А эти? Столько сил потрачено на то, чтобы разграбить очередную лавку или лабаз, что на борьбу за власть их уже не остается.

Но, как бы то ни было, основа для контрреволюции подготовлена. Нужен спаситель нации, способный навести порядок. А уж о том, чтобы спасение нации принесло Горыне реальные плоды, он позаботится. Тем более теперь, когда ему повезло обрести столь мудрого и могущественного союзника, как чужестранный чародей Ремиз. Если Ремиз берет на себя проклятую Лебедь, то Горыня со всем своим удовольствием возьмет на себя все остальное.

Однако одними сухарями сыт не будешь. Горыня хлопнул в ладоши челяди, чтобы ему подали солонины с хреном, квашеной капустки и пива. Обед из припасов стратегической кладовой казался убогим, не домашним, а походным (провизия-то сплошняком была лишь такая, что годится в долгую лежку), но что поделать, не до жиру – решается судьба Арконы. Тут уж разносолами не побалуешься, невольно приходится терпеть лишения.

Если бы не трупы, оставшиеся на местах недавних уличных боев, и гарь от пожарищ, можно было бы подумать, что в Арконе все спокойно.

Но до настоящего покоя было еще далеко: едва с городских перекрестков исчезли возбужденные арконцы, в город быстрым маршем вошел вооруженный отряд беоритов. Запертые городские ворота не могли служить серьезной преградой для человекомедведей, вооруженных тараном из крепкого бревна.

Маргарите с охраной, состоявшей из одинокого Гарольда и кота, пришлось выдвинуться им навстречу.

– Ой, мне сдается, что мы пошли не по той улице, – канючил Кий, когда увидел, что впереди все запружено беоритами. Он в этот день так часто проявлял мужество, что это уже стало надоедать ему самому… В конце концов, он не могучий богатырь, он слабое животное, не способное противопоставить врагу ничего, кроме когтей, а у беоритов когти, как ни крути, покрепче будут.

Но в данной ситуации обращать внимание на настроения кота не приходилось. Нужно было ликвидировать новый очаг политической нестабильности.

– Почему вы пришли в Аркону с оружием, беориты? – спросила Маргарита, стараясь, чтобы голос звучал властно. – Неужели вы хотите воевать?

73
{"b":"12195","o":1}